Бернард Корнуэлл - Арлекин. Скиталец. Еретик (сборник) Страница 119

Диконом звали того, что был помоложе, круглолицего, беспрестанно ухмыляющегося паренька. Его товарищ по прозвищу Попрошайка оказался здоровенным неуклюжим детиной, с физиономией, так заросшей густой бородищей, что между нею и спутанными, заскорузлыми волосами, выбивавшимися из-под обода проржавевшего шлема, удавалось различить только нос да глаза.

Ростом Томас был шесть футов, как раз с добрый английский лук, но рядом с Попрошайкой, чья похожая на бочку грудь распирала обшитую металлическими пластинками кожаную куртку, он казался коротышкой. На поясе громилы (чтобы пояс обхватил его стан, к ремню пришлось привязать веревку) висели меч и шипастая булава, именуемая «утренней звездой». Меч не имел ножен, и острие его было обломано, тогда как один из шипов, отходивших от венчавшего булаву металлического шара, погнулся. К заляпанному кровью набалдашнику прилипли человеческие волосы. Вразвалочку, так что трехфутовая рукоять «утренней звезды» била при этом его по ногам, великан двинулся к Элеоноре, приговаривая:

– Милашка! Ай да милашка!

– Полегче, Попрошайка, – добродушно окликнул его Дикон.

Гигант с утробным рычанием отпрянул от молодой женщины, хотя и продолжал буравить ее взглядом.

Потом его внимание привлек пронзительный крик, и громила повернулся в сторону ближайшей горящей хижины, где шотландца, раздетого догола, то кидали в огонь, то вынимали обратно. Длинные волосы пленника пылали, и он судорожно сбивал пламя, выписывая, на потеху англичанам, круги. Еще два пленных шотландца сидели на корточках поблизости, удерживаемые на земле обнаженными мечами.

Худощавый всадник смотрел, как лучник обматывает волосы пленника куском мешковины, чтобы погасить огонь.

– Сколько вас там? – спросил тощий верзила.

– Тысячи! – с вызовом ответил шотландец.

Всадник наклонился через луку седла:

– Сколько тысяч, приятель?

Шотландец, чья борода и волосы дымились, а обнаженная исцарапанная кожа местами почернела от угольев, приложил все усилия к тому, чтобы в его голосе звучал вызов:

– Достаточно, чтобы посадить тебя в клетку и отвезти в Шотландию!

– Вот уж не стоило ему говорить такое Пугалу, – удивленно пробормотал Дикон. – Ох не стоило!

– Пугалу? – переспросил Томас, подумав про себя, что тощий верзила со знаком Черного Топора и впрямь способен наводить страх.

– Для кого Пугало, приятель, а для тебя сэр Джеффри Карр, – промолвил Дикон, с восхищением глядя на командира.

– А кто такой сэр Джеффри Карр? – поинтересовался Томас.

– А сэр Джеффри Карр – это и есть Пугало, он же лорд Лэкби, – сказал Дикон таким тоном, что сразу стало ясно: этого человека должен знать каждый. И сейчас все будут играть в игры Пугала.

Ратник ухмыльнулся, в то время как сэр Джеффри, уже вновь свернувший свой кнут в кольцо, спрыгнул с коня и направился к пленному шотландцу с ножом в руке.

– Положите его наземь, – на ходу приказал он лучникам. – Держите покрепче и раздвиньте ему ноги.

– Non![11] – в ужасе вскричала Элеонора.

– Милашка, – прогудел Попрошайка, словно огромный колокол.

Шотландец заорал и попытался вырваться, но его поймали, подставив подножку, повалили наземь и распластали на траве. Трое дюжих лучников удерживали пленника, в то время как человек, известный всей Северной Англии под именем Пугала, опустился рядом на колени. Где-то в рассеивающемся тумане каркнул ворон. Несколько лучников внимательно смотрели на север, на тот случай, если вдруг вернутся шотландцы, но большинство следило за Пугалом и его ножом.

– Ты хочешь сохранить свои съежившиеся яйца? – спросил сэр Джеффри у шотландца. – Тогда скажи мне, сколько вас там? Пятнадцать тысяч? Шестнадцать?

Шотландец вдруг сделался словоохотлив.

– Он говорит, что их тысяч десять или одиннадцать, – громко объявил сэр Джеффри собравшимся вокруг лучникам, – чего, впрочем, тоже более чем достаточно. У нас на такую ораву стрел не хватит. А ваш ублюдочный король тоже здесь?

Шотландец было вскинулся, но, почувствовав прикосновение лезвия к паху, вспомнил о своем затруднительном положении.

– Давид Брюс здесь, да.

– А кто еще?

Отчаявшийся пленник перечислил остальных военачальников. Отряды захватчиков возглавляли племянник короля и наследник престола лорд Роберт Стюарт, а также графы Морей, Марч, Уигтаун, Файф и Ментейт. Он назвал и других – предводителей кланов и дикарей, обитавших на пустошах далеко на севере, но Карра особенно заинтересовали двое.

– Граф Файф и граф Ментейт? – уточнил он. – Что, оба действительно здесь?

– Да, сэр. Оба.

– Но ведь они поклялись в верности королю Эдуарду, – сказал сэр Джеффри, очевидно не поверив этому человеку.

– Ну, я не знаю, может, и поклялись, но теперь они маршируют с нами точно так же, как и Дуглас из Лиддесдейла.

– Вот уж кто ублюдок, – прорычал сэр Джеффри. – Просто кусок дерьма, которым испражняется ад!

Он устремил взгляд на север – туда, где туман начинал рассеиваться и сквозь его клочья можно было видеть простирающееся в обе стороны каменистое плато. Его покрывала чахлая трава, из которой, точно ребра истощенного человека, проступали разрушенные ветрами камни хребта. К северо-востоку, за заполненной туманом долиной, на утесе над рекой высились собор и замок Дарема, тогда как к западу протянулись холмы, леса и обнесенные каменными стенами поля, прорезанные маленькими речушками. Два ястреба реяли над хребтом, направляясь к шотландской армии, которая по-прежнему была скрыта застоявшимся на севере туманом. Однако Томас предполагал, что он скоро развеется и тогда шотландцы увидят тех, кто напал на их товарищей у перекрестка.

Сэр Джеффри откинулся назад и уже стал было вкладывать меч в ножны, но тут, похоже, что-то вспомнил и ухмыльнулся, обратившись к пленнику:

– Ты ведь собирался отвезти меня в свою Шотландию в клетке, верно?

– Нет.

– Еще как собирался! Но мне нечего там взять, в твоей Шотландии. Мне и здесь есть на что нагадить и помочиться.

Он плюнул на пленника, потом кивнул лучникам:

– Держите его.

– Нет! – крикнул шотландец, но сэр Джеффри наклонился с ножом в руке, и крик перешел в ужасный пронзительный визг.

Когда Пугало встал, его стеганая безрукавка была забрызгана кровью, а пленник продолжал орать, зажимая руками окровавленный пах. Пугало усмехнулся.

– Бросьте то, что от него осталось, в огонь, – велел он и повернулся к двум другим пленникам-шотландцам: – Кто ваш господин?

Они заколебались, потом один облизал губы и гордо заявил:

– Мы служим сэру Дугласу!

– Я ненавижу Дугласа. Я ненавижу всех Дугласов, которые когда-либо выпадали из задницы дьявола.