Михель Гавен - Балатонский гамбит Страница 50

— Почему, фрау Ким? — удивленно спросил Шлетт.

— Потому что мне хорошо известно обратное, — она заставила себя улыбнуться, но получилось не очень, не хватало воздуха. — Женщина на войне знает о войне и о мужчине на войне гораздо больше, чем женщина в глубоком тылу, читая письма.

— Вот как они о нас думают. Даже фрау Ким. Как о самцах и только, — Шлетт присвистнул. — Спроси с нее потом, ждала ли она тебя и хранила ли она тебе верность? А зачем? Ты сам-то кто?

— Ты увидишь, я сумею убедить тебя в обратном, — Йохан убрал с ее лица волосы, выбившиеся из узла. — Ты видела, какая у Иванов медицина? Так вот любовь у их женщин примерно такая же.

Шлетт рассмеялся. Маренн с сомнением покачала головой и вдруг снова закашляла, еще сильнее. Йохан с нежностью взял ее за плечи. Но она не могла остановить кашель несколько минут, даже слезы из глаз покатились.

— Что, опять легкое? — он спросил обеспокоенно.

— Да, устала, большое напряжение. Мне пришлось поставить им всем капельницы, и при перевязке все делать самой, капельницы-то надо кому-то держать, так что Наталья не могла мне помочь. А там два офицера, они тяжеловаты. При перевязке мне самой пришлось их поднимать. Для меня это дело привычное, но, видимо, на ране сказалось.

— Шов не открылся?

— Нет, слава богу. Иначе кашель был бы не таким сухим, хлюпало бы внутри. Что «Гогенштауфен», где они? — она смахнула рукой слезинку, скатившуюся по щеке. — Сколько у нас времени?

— Мы только что связывались с ними, — ответил он. — Появятся минут через десять. Там все готово?

— Да. Можно всех переносить на машины. Только транспортировать придется с капельницами, — добавила она. — Если их снять, всем моим усилиям — грош цена.

— Хорошо, мы это устроим, — он кивнул. — Ты больше никого поднимать, а тем более носить не будешь, — он взял ее за руку, — и фрейляйн Натали тоже.

— Там этот хозяин Золтан, он сказал, что поможет нести.

— Это хорошо. Но времени мало. С тобой пойдет Крамер. Да, Ханс? — Пайпер повернулся к БТРу, помощник кивнул и спрыгнул на землю. — Франц, поможешь? Раз там все спят, то мы можем принять участие спокойно.

— Да, я готов, тем более фрау Ким такого невысокого мнения о нас и нашей верности. Это она заразилась от своей дочки из Красной армии. Той мы сразу не понравились, я заметил.

— Сейчас не время острить, — одернул его Йохан. — «Гогенштауфен» уже близко.

— Я ничего и не говорю. Я согласен, — он тоже спрыгнул вниз.

— А как эта снайпер? — вспомнила Маренн. — С ней все в порядке?

— Да вон она, — Пайпер указал на БТР. — Спит себе спокойно. С ней даже если захочешь, ничего приятного не сделаешь, — он взглянул на нее с иронией. — Такую даму ни один мужчина в одиночку на руки не поднимет, никогда, если только он не штангист-тяжеловес, конечно. Хоть ты сама знаешь, у нас в СС хилых не найдешь.

— Что вы с ней сделали? — вспомнив опасения Натальи, Маренн забеспокоилась.

— Ничего не сделали, не думай, — Йохан положил руку ей на талию. — Никто эту красотку даже пальцем не тронул. Как только она вышла и расположилась за сараем, Франц взял ее за попу — и все.

— Что все? — Маренн приподняла бровь.

— Франц сунул ей в нос тряпку, смоченную в горючем, это весьма концентрированная штука, она сразу отключилась. Потом мы сделали ей укол снотворного из аптечки. У Франца часто болит голова после ранения в Харькове и бессонница, так что он пользуется тем лекарством, которое ты ему прописала. Вот это лекарство мы ей и ввели. Но сначала, — он улыбнулся, — она все свои дела сделала, конечно. Зачем она нам со всем ее добром.

— Надеюсь…

— Как ты, Франц, сказал: не заводит? Вот именно, не заводит. Ладно, все, идите, — он посмотрел на часы. — Времени только донести и погрузить, больше нет. Мы будем ждать здесь. Если придет «Гогенштауфен», мы с ними поговорим, чтобы они не очень сосредотачивались на том, что происходит.

— Я поняла, сейчас.

Маренн быстро направилась к дому. Крамер и Шлетт пошли за ней. Вдалеке послышался гул моторов.

— «Гогенштауфен», — сказал Шлетт, обернувшись. — Когда не надо, они всегда вовремя.

— Минуту, — поднявшись на крыльцо, Маренн остановилась. — Я посмотрю, все ли спят. Я уверена в лекарстве, которое им ввела, но на всякий случай.

— Ладно, только скоро.

— Конечно.

Она вошла в дом, прошла через сени. В комнате Наталья по-прежнему стояла рядом с Раисой, держа бутылку с физраствором. Золтан присел у печи рядом с офицерами, проверяя, сколько раствора осталось в капельницах.

— Не успеет все прокапать, ваше высочество, — он повернулся и на мгновение осекся, увидев ее в немецкой форме.

— Ничего, Золтан, — Маренн подошла к нему. — Все остальное в порядке?

— Да, все спят, — он кивнул.

— Тогда мы их сейчас понесем.

— Там кто-то едет, — Наталья прислушалась. — Это «Гогенштауфен?» — спросила с беспокойством.

— Да, они. Но только спокойно. Все будет хорошо. Йохан их встретит. Они даже не поймут, что к чему. Сейчас я позову офицеров, они нам помогут, — она снова направилась в сени.

Открыв дверь, сказала:

— Все в порядке, Франц, заходите.

— Сонное царство, — войдя в комнату, негромко заметил Шлетт. — Как фрау Ким умеет всех усыпить! С вами опасно иметь дело, правда.

В чулане послышалась возня, приглушенные голоса, старуха лесничиха и ее дочка поспешно прятали детей. Видимо, они подумали, что немцы пришли убить раненых.

— А ну, тише, — прикрикнул на них Золтан. — Никого не тронут. Не мешайте. А лучше помогите. Агнешка, иди сюда!

Испуганная старуха показалась в комнате.

— Франц, это самая тяжелая, — Маренн подвела Шлетта к Раисе. — Надо очень аккуратно, я прошу. Пойдете вместе с Натальей. Она будет держать капельницу. Я тоже провожу вас, это все очень важно. Ханс, — она повернулась к Крамеру. — Вместе с Золтаном несите гауптмана, если не трудно, пусть ваша супруга подержит капельницу, — попросила она венгра, тот кивнул и жестом показал старухе, чтобы подошла ближе. — Потом майор. Со стариком и солдатом проще, у них ранения средние, они без капельниц.

— А эта легкая, — Шлетт наклонился и осторожно поднял Раису на руки. — Просто пушинка.

— Осторожно, Франц, — Маренн открыла им дверь. — Осторожно. Наталья, не отставай, нельзя, чтобы в трубку попал воздух, это может вызвать остановку сердца. Очень аккуратно.

Она быстро взглянула в сторону леса. «Гогенштауфен» еще не появилась, но гул моторов слышался все отчетливее. Шлетт поднес Раису к БТРу.

— Давай ее сюда, — Йохан наклонился, принимая девушку. — Да, фрейляйн сильно покалечили, — заметил он.