Бен Кейн - Ганнибал. Бог войны Страница 84

– Сделай приношение Фортуне. Может быть, пронесет, – посоветовал Урций, похлопав его по плечу.

Юноша состроил гримасу. По своему опыту он знал, что дары богам не влияют на будущее, но промолчал.

Обоим пришлось вынести град ругательств за задержку, но вскоре установилась тишина, когда Плацид начал рассказ. Однако он оставил равнодушным Квинта, поскольку его голову заполняли мрачные мысли о Сиракузах. Когда рассказ закончился, юноша все еще сидел, размышляя.

Марий подтолкнул его.

– Прекрасная история, а?

– Да, – с рассеянным видом согласился Квинт.

Приятель пристально посмотрел на него.

– Да ты ни слова не слышал! Что с тобой?

– Ничего, – ответил тот, но Марий не отставал.

Через некоторое время Квинт сдался. В конце концов, Мария это тоже касалось, и товарищи не изменят своего мнения о них к худшему из-за того, что они не хотят отправляться на самоубийственное задание. Впрочем, к его удивлению, лицо Мария просветлело от такой перспективы.

– Откуда ты знаешь по-гречески? – спросил Квинт.

– Я вырос в Бруттии. Даже теперь во многих маленьких городах на побережье основной язык – греческий.

Урций тихо присвистнул.

– Я знаю, Марий, что у тебя одному Гадесу известно какие взгляды на жизнь, но хотеть взяться за такое…

– Мой срок еще не пришел, – самоуверенно осклабился тот. – К тому же, говорят, сиракузские женщины ошеломительны – и так же легки в поведении!

– Он опять думает о своем члене… Человек не видит беды, пока она не грянет. Ставлю дидрахму, что ты вернешься, так и не засунув его ни в одну сиракузскую бабу. – Урций протянул руку.

– Идет! – Марий пожал ее.

– Уговор дороже денег, – предупредил Квинт, не удержавшись от улыбки. – Без обмана!

– Договорились. Пусть Вулкан расплющит мой член, если не сдержу слова!

– Вот это было бы противно. Твой член так мал, что Вулкану не так просто будет его отыскать, – ухмыльнулся Урций.

Лицо Мария на мгновение стало серьезным.

– Дело не в бабе. Вообразите, какие нас ожидают опасности! А если все получится? Наверняка будет большая награда, и мы сможем несколько месяцев пить.

Квинт постучал по лбу.

– Ты свихнулся.

Марий рассмеялся, и юноша понял, что, несмотря на свой страх, он не был бы так уж счастлив, если бы Мария отправили на задание одного. Плохо это или хорошо, он – его товарищ.

– Все равно ничего такого не будет, – сказал Марий. – Марцелл наверняка найдет кандидатов получше.

Пара дней прошла без событий, и тревоги начали затихать. Наверняка командующий нашел людей для секретного задания. И когда однажды утром Коракс куда-то пропал, оставив свою манипулу Витрувию, Квинта это не обеспокоило. Собрания центурионов были обычным делом, а рвение Витрувия не оставляло времени для размышлений. Вскоре он устроил одним гастатам серию марш-бросков в полном вооружении, а другим велел сражаться друг с другом тяжелыми деревянными мечами, какими обычно пользовались рекруты. Некоторым даже пришлось бороться в доспехах – как сказал Витрувий, чтобы освежить навыки рукопашного боя. Солдаты не были рады – мало кто из центурионов истязал своих солдат таким образом, – но взялись за упражнения с готовностью, потому что Витрувий ничуть не уступал Кораксу в приверженности строгой дисциплине. Если он замечал, что кто-то недостаточно старается, того ожидало нечто похуже упражнений.

Квинт с Урцием и остальными заканчивал серию марш-бросков, когда услышал, как кто-то зовет Мария и его. Еще оставалось четыре забега, но их звал сам Витрувий. Они трусцой пустились к младшему центуриону, стоявшему с опционами. У Квинта возникло нехорошее предчувствие, когда он заметил рядом с Витрувием солдата. На нем был самнитский нагрудник из трех пластин, означавший, что он из социев. Осознание пришло мгновением позже. Коракс был у Марцелла, а это был экстраординарий, один из отборных солдат союзников, служивший в охране консула.

Уже с отчетливой тревогой Квинт сказал:

– Ты звал нас, центурион?

– Оба пойдете с этим солдатом. Марцелл хочет вас видеть.

– В таком виде?

Квинту совершенно не хотелось видеться с командующим римскими силами в Сицилии – которого он видел лишь однажды, да и то издали, – вот так, с раскрасневшимся лицом и вспотевшему. Даже Марий смотрел уже не так бодро, как мгновение назад.

– Да, – коротко сказал Витрувий. – Сейчас.

– Слушаюсь!

Квинт отсалютовал и посмотрел на бородатого самнита, не намного старше его самого.

– Следуйте за мной.

Слегка пожав плечами перед Марием, Квинт последовал за самнитом.

– Как твое имя? – спросил он, когда они удалились от Витрувия.

– Саттион.

– Ты знаешь, зачем за нами послали?

– Консул хочет что-то сказать.

Квинт скрипнул зубами, а Марию было все равно. «Отчего я не могу быть таким безмятежным?» – подумал юноша.

– Это я знаю, – ответил он Саттиону. – Но почему?

– Не мое дело – задавать вопросы консулу, – ответил тот, топорща бороду.

«Вот болван!» – подумал Квинт.

– Потому что мы оба говорим по-гречески, – пробормотал Марий.

– Да.

Квинт не мог придумать другой причины, зачем еще они понадобились. «Мы вернемся без всяких неприятностей», – сказал он себе. Однако когда они приближались к преторию Марцелла, уверенность эта таяла с каждым шагом.

Штаб-квартира консула располагалась в главном лагере войска – обширном лагере, вмещавшем два легиона. Когда Квинт добрался туда, его мрачные предчувствия усилились многократно. Правда, однажды он был в такой высокой резиденции, но давно, когда еще служил в коннице. К тому же человек, с которым он тогда встречался, Публий Корнелий Сципион, помогавший водить римские легионы в начале Ганнибалова вторжения, был хорошо расположен к его отцу. Их встреча была формальной, но приятной. Сегодня же все будет совсем не так. Теперь, когда они прошли за частокол вокруг претория, Квинту стало не по себе.

При входе в палатку Марцелла Саттион поговорил с дежурным начальником стражи, центурионом экстраординариев, который отдаленно напоминал Коракса. Множество серебряных и золотых фалер украшали его доспехи поверх кольчуги, а шрам на правой ноге от колена до лодыжки являлся еще одним свидетельством заслуг. Центурион с неприязнью посмотрел на Квинта.

– Вы Креспо и Марий, гастаты из манипулы Марка Юния Коракса?

– Так точно! – ответили они.

– И в таком виде вы хотите увидеться с консулом?

– Когда прибыл посланник, мы проходили тренировку. Наш центурион приказал явиться немедленно. Не было времени привести себя в порядок.

Центурион лишь издал презрительное «пффф».