Гончая. Корабль-призрак - Ирина Александровна Нечаева Страница 14

Речи Высокого

Парусный фестиваль в Ольборге оказался не слишком удачен и чрезвычайно утомителен. Мы лишились грот-марселя и двух матросов вахты фока, по неизвестной причине решивших сменить борт. Хотя по этому вопросу я был полностью солидарен с Джо, которая выразилась в том смысле, что жалеть о ненормальных не стоит, однако подходящих людей в Ольборге мы так и не нашли. Да и нового паруса пришлось дожидаться пару недель, терять которые в конце лета было особенно жалко. Но когда мы наконец покинули Данию, оказалось, что наш путь теперь лежит к южному побережью Норвегии, тоже не обещавшему ничего интересного.

Вечер перед прибытием тянулся как-то совсем скучно. Два часа из четырех, отведенных мне на сон, я коротал время, терзая кусок шкимушгара в попытках разобраться с одним особо хитроумным и, кажется, совершенно бессмысленным узлом из бессмертной Ashley Book of Knots. Джо де-юре сидела рядом со мной, де-факто же практически отсутствовала на борту, полностью уйдя в дебри Интернета. Узел неожиданно поддался, и, завязав его десяток раз, я полностью потерял к нему интерес.

– Пойдем покурим, – предложил я Джо без особой надежды на успех.

– А? – вздрогнула она, – Ага, через пять минут, – и снова зашуршала клавишами ноутбука.

– Ты не знаешь, что мы забыли в Норвегии? – я мужественно попытался продолжить разговор.

– Селедку? – рассеянно предположила она, – или сыр этот коричневый… как его… бруност?

– Ты голодная, что ли? – тема показалась мне весьма перспективной. – Кстати да, надо будет сходить там куда-нибудь оценить национальную кухню.

Джо оторвалась от монитора и насмешливо посмотрела на меня.

– Звучит так, какбудто ты приглашаешь меня на свидание.

– Нет! – рефлекторно открестился я. Она закатила глаза:

– Пошли курить.

Неизвестный городок Фарсунн оказался еще больше похож на игрушечный, чем другие маленькие европейские города. Мы с Джо остались курить и разглядывать порт, предвкушая прогулку по улицам, застроенным пряничными домиками, а Рамсес отправился улаживать формальности. Вернулся старпом удивительно быстро.

– Ребята, – обалдело поделился он, – тут бесплатная стоянка для всех. И вода бесплатная. И электричество.

– Брось, – не поверил я, – так не бывает. Это Норвегия, самая дорогая страна в мире.

– Честное слово. И они не говорят, почему!

Мы посмотрели в лоции – там этот факт был отмечен, но не объяснен. Поискали в Сети, но ничего не нашли, во всяком случае на известных нам языках.

– Надо спросить у какого-нибудь местного жителя, – решил я.

– Скажи уж сразу, что ищешь повода свести знакомство с местными женщинами, – сразу отреагировала Джо. – А спорим, что капитан неслучайно этот порт выбрал?

– Вот ты у него и спрашивать будешь, – парировал я, отлично зная, что задавать глупые вопросы капитану наша подруга склонна не более чем я сам.

– Успокойтесь оба, – оборвал нас Рамсес, – лучше пойдем вечером гулять. Тут липы растут…

Липы. Липы – это да, это серьезно. Одна из немногих вещей, по которым я скучаю в открытом море – настоящая зелень, и резная тень листвы, и запахи деревьев. От всего этого меня отделяло оставшееся время вахты, но друзья меня подождали, хотя их матросы, конечно, отправились на разграбление города сразу же.

– Вахту сдал, – нетерпеливо сообщил я капитану, как только наступила полночь.

– Вахту принял. – Капитан загадочно улыбался. Он-то, конечно, знал, что творится в Фарсунне.

– Идите на берег, Рудольф. Вас ждут.

– Есть.

Я поспешил к поджидавшим меня у трапа Рамсесу и Джо. Капитан почему-то присоединился ко мне. И даже сошел на берег вместе с нами, что было уж совсем неожиданно.

Меня… точнее, нас всех, в том числе матросов, здесь действительно ждали. Неподалеку от «Гончей» скромно стояли несколько девушек. И это явно были не те девушки, которые охотно проводят время с кем угодно, были б деньги, а девушки нормальные, приличные. Они толкали друг друга локтями, хихикали и краснели. Потом одна все-таки решилась, подошла. Улыбнулась робко, не слишком радуясь всеобщему интересу… и протянула капитану корзинку с румяными плюшками, что-то смущенно сказав.

– Благодарю вас, милая барышня, – вздохнул капитан, но от угощения по вполне понятной нам – но не девушке – причине отказался. И отступил подальше. Она покраснела до светлой челки и гордо отвернулась. Несмотря на неудачу, постигшую отважную первопроходицу, за ней потянулись ее подруги. И все, не поверите, угощали нас выпечкой, застенчиво улыбались, лукаво смотрели из-под ресниц… Быстро стало весело. Парни расхватывали пирожки, знакомились, перешучивались с девушками.

– Привет, я Кирстен, – радостно представилась мне какая-то девчонка. Она оказалась очень симпатичной – полненькой, рыжеволосой и быстроглазой, и я с большим удовольствием поцеловал протянутую мне руку. Она смутилась и обрадовалась – почерпнутые у капитана манеры действуют так на большинство известных мне женщин.

– Кто-то собирался пригласить меня на ужин, – подала голос Джо. Я почувствовал укол совести – девчонки девчонками, но обижать друга нехорошо. Рамсес болтал с одной из хорошеньких блондиночек, и помогать мне не собирался.

– Джоанна, я хотел просить вас составить мне компанию, – неожиданно вмешался капитан. – Вернемся на борт? – он галантно предложил ей руку.

Настала очередь Джо краснеть и торжествующе оглядывать норвежских девушек. Она звонко попрощалась и ушла с капитаном, избавив меня от душевных терзаний.

– Это твоя подруга? – спросила Кирстен.

– Это наш второй помощник, – со спокойным сердцем ответил я, – а я могу пригласить на ужин тебя?

Мы бродили по неярко освещенному городу, пили коньяк и ели мороженое в какой-то ночной кофейне, разговаривали – ее ужасный английский немного компенсировали начальные познания в немецком… Я рассказывал ей о «Гончей», о штормах и долгих переходах, о парусных регатах, о судьбе капитана ван Страатена и о морских чудовищах. Рассказывал, сам порой поражаясь тому, как интересно живу на самом деле. Она ахала, восхищалась, пугалась и смеялась, морща нос в золотой россыпи веснушек. Приятная оказалась девчонка, милая и неглупая. И чертовски хорошенькая, чего уж греха таить.

Жалко только, что я не знал, сколько мы простоим в Фарсунне – планы дальнейшего знакомства с Кирстен у меня вызревали даже не наполеоновские, а цезарские. Прощаясь с ней у дверей ее дома – она чмокнула меня в щеку, и я чувствовал кожей липкий след пахнувшей ягодами помады – я понял, что чуть не забыл спросить самое интересное.

– Кирстен… а почему здесь так корабли встречают?

– Ну, – она призадумалась, – мы очень любим гостей. В память об одном событии.

– Каком? – ничего не понял я.

– Потом узнаешь, – она показала мне язык и скрылась в отчем доме.

Я возвращался в порт кружной дорогой, пытаясь сохранить романтическое настроение подольше, но на полпути обнаружил, что кончились сигареты. Пришлось прибавить шагу. «Гончая» была тиха и темна – только, понятно, горели стояночные огни, да мерцали на баке несколько красноватых точек, хорошо заметных в ночи.

– Что-то вы рано, отважный потомок германских мореплавателей, – поприветствовала меня Джо, когда я нашел ее среди курильщиков и потребовал сигарету, – не повезло?

– Всем бы так не повезло, – гордо ответил я и щелкнул зажигалкой.

– Судя по тому, что помада всего лишь на щеке, все-таки не повезло, – хмыкнула Джо.

Я не стал отвечать, прикончил сигарету и пожелал Джо спокойной ночи.

– А кто будет смотреть на звезды и предаваться лирическим грезам? – попробовала возмутиться она. Кажется, остававшиеся на корабле тоже получили немного радости от жизни, продегустировав какую-нибудь интересную бутылочку.

– Поскольку до моего прихода этим занималась ты, то тебе и продолжать, – с этими словами я таки ускользнул в каюту.

К завтраку обнаружился и Рамсес. Темнота под глазами, жадность, с которой он глотал омлет, и победительный вид ясно говорили, что старпому не пришлось спать ночью. Я слегка позавидовал.

– С удачной охотой, – поздравила его Джо, – как оно?

– Тому, кто слывет мужчиной, нескромничать не пристало, – длинно и важно ответил он. – Кстати, никто не в курсе, мы надолго здесь?

– Сейчас только танки зальем и отчалим, – серебряным голоском сказала Джо.

– Эй! – забеспокоился я.

– Надо было ловить момент, – довольно усмехнулся Рамсес, наливая себе кофе, – ничего, еще научишься.

– Ну вас, – я