Игры Шпиона - Андрей Закаблуков Страница 54

— Ха-ха! Боевая девочка хочет добровольно лишить себя своей силы? — предводитель сатиров услышал разговор наставника и воспитанницы и подсел рядом. — Недаром говорят: боги придумали спиртное, чтобы эрдонийцы не захватили мир! Хе-хе-хе-мхе-е-е! — неожиданно заблеял он и тут же исправился. — Ой, чего-то я сорвался малость.

— Что ты там говорил насчёт того, что я хочу лишить себя силы? — требовательно спросила Ринэя, борясь с желанием отсесть от «благоухающего» Фьерса.

— Да, ваша нация на самом деле увлекается. Даже мы, сатиры, столько не пьём, хе-хе-хе! Вино хорошо в меру!

— От тебя это слышать просто смешно! — не выдержала девушка, демонстративно обводя рукой хохочущих сатиров, которые буквально вливали в себя содержимое чаш с вином.

— Ты не равняй человеческую мерочку с нашей мерой! — Фьерс засмеялся блеющим смехом. — Мы пьём много, но и время для этого знаем!

— Это правда, — грустно сказал Рэнг. — Увы, в умении входить в скотское состояние после непрекращающихся пьянок люди уже давно опередили даже сатиров. При всей их любви к вину.

— Ещё б подраться! Было б полное счастье! — предводитель сатиров взмахнул руками, выпустив пустую чашу, которая полетела в одну из компаний пьющих чудовищ. Те сразу же без долгих разбирательств начали драку, гневно блея и меся друг друга кулаками.

— Так, как там его? Чего вы, того, ждёте? — к компании подсела покачивающаяся Мала. В честь праздника она порядком перебрала. — Есть же этот… как там его?

— Кто «этот»? — не поняла Ринэя, удивлённо рассматривающая раскрасневшуюся подругу, которая пыталась сформулировать мысль, размахивая руками.

— Ну, этот! Ну, как там называют тех, кто там следит за всеми, докладывает и…

— Ябеда, что ли? — принцесса задумчиво почесала затылок.

— Сама ты ябеда! Ну, который в стан врага крадётся и…

— Разведчик? — не понял находящийся рядом Степан. Сантсец не сильно отставал в плане пития от сатиров, но по-прежнему был почти трезв, как будто на него спиртное не действовало вовсе.

— Да не! Это не хороший, как бы наш, а который плохой, вражеский! Вот! — тут мабирийка не выдержала и уронила голову на плечо ошарашенной Ринэи.

— Шпион, что ли? — сообразил сидевший поодаль Симеон. Опричник мало ел и ещё меньше пил. В основном он просто наблюдал за происходящим на поляне.

— Ах да! Та сволочь, которая превратила Гшахшашахон в монстра, — Фьерс внезапно посерьёзнел и поднялся, трезвея на глазах.

Предводитель сатиров подошёл к краю поляны и встал на высокий камень, откуда знаком привлёк к себе внимание. Только несколько драчунов всё ещё продолжали выяснять отношения в тесном кругу.

— А ну все успокоились и сюда посмотре-е-ели! — повысил голос Фьерс.

Сатиры и наяды мигом отложили все свои дела и повернулись к выступающему. Искатели приключений тоже замерли в ожидании, с любопытством глядя на Фьерса. Даже Мала проснулась и подняла голову с плеча Ринэи.

— Помните, братцы, как мы сетовали, что давненько не было у нас славной битвы?! Не так давно мы узнали, что тёмные под предводительством выродка в капюшоне, который называет себя Шпионом, напали на Пареенд?! Наши источники были в опасности из-за злостной гидры! А теперь руки развязаны! И мы сможем хорошенько наподдать под зад тёмным, помогая Пареенду!

— Сдался нам этот Пареенд! — прорычал один из серых сатиров. — Хоть бы раз они пришли навести порядок в Хорсе! С какого бока нам нужно подставлять свои шкуры, помогая им?!

— А ну молчать!!! — рявкнул Фьерс. — Здесь говорю я! И я вот что!..

— Подожди, мой дорогой друг. Дай мне сказать своё слово, — никто сначала и не заметил, как Дросья неспешно подошла к камню и поднялась на него, встав вместе с предводителем сатиров. — Глупо думать, что тёмные забудут про нас, справившись с Пареендом. Да, верховный жрец не так часто обращал свой взор к Хорсу, но Пареенд следит не за одним лишь Хорсом. Или вы забыли, как жрецы когда-то остановили гонения на нас с вами, братья сатиры? Или вы забыли, что судьбы всех живущих в светлых странах связаны?

— Или вы забыли, какую позорную оплеуху мы получили от Шпиона с его гидрой!!! — не выдержал Фьерс. — Значит так, у кого из вас есть мужество, тот пойдёт со мной в бой! А у кого причиндалы только для виду болтаются, может оставаться и дрожать от страха! И как?! Пойдём бить морды тёмным?!

Эта речь воодушевила лесных жителей. Наяды лишь молча кивнули в ответ на слова своей главной, а вот сатиры вовсю драли глотки, вскидывали кулаки и топали копытами по земле. Постепенно все возвращались к своим делам. Винченцо, уже успевший обыграть Монсэльма и нескольких наяд, теперь пытался справиться с Нирном. Всё бы ничего, но плут и проныра успел испить вина сатиров, так что его внимание было несколько рассеяно.

— Даже уговаривать сильно не пришлось, — задумчиво заметил Рэнг. — Они сами были готовы отправиться в бой по первому зову.

— Не на диво такой настрой боевой, — сказал Степан, с одобрением выслушавший речь Фьерса. — Коли бы нам, сантсцам, так досадили, так гнали бы рать тёмную до самых границ и дальше.

— Ага, все так говорят, — хмыкнула Ринэя.

— Это не пустые слова, ваше высочество, — старый маг укоризненно покачал головой. — Однажды сантсцы доказали это на примере Крагерхатера.

— Да-да, мой дед воевал с крагерхатерцами, — грустно улыбнулся могучий сантсец. — Славным был человеком и воином хоть куда.

— Это что за пример такой? — нетерпеливо спросила принцесса.

— Когда-то в Крагерхатере захватил власть один безумец, мечтавший о власти над миром, — охотно начал Рэнг. — Захватил несколько стран и подошёл к Сантскому Царству. У них был мир, но безумный король презрел договор и напал на царство без предупреждение рано утром. Они даже смогли дойти до стольного града, но потом сантсцы разбили армию Крагерхатера и погнали их до самого Брасгара. Тогда вмешались и жрецы Пареенда. Безумного короля сожгли на костре, чтобы никогда не воскрес, от беды подальше. Та война благодаря вмешательству Пареенда была короткой, но довольно кровавой.

— Да, было времечко неспокойное, — согласился Степан. — Я рад, что сейчас мы в мире с крагерхатерцами и прошлые обиды забыли. Худой мир завсегда лучше доброй ссоры.

Богатырь хотел сказать что-то ещё, но тут его за плечо тронул подошедший Симеон.

— Друг мой, можно тебя на пару слов? — опричник сурово смотрел в глаза друга.

— Конечно, друже! Чего ты хотел поведать мне? — Степан тут же поднялся и направился прочь от компании вместе с Симеоном. Чуткие уши Ринэи услышали только первые несколько реплик сантсцев.

— Ты поступаешь опрометчиво. Не стоит забывать, что эти люди являются твоими будущими соперниками.

— Брось, Симеон. Они выглядят людьми добрыми.

— И всё же.