Пэлем Вудхауз - Том 14. М-р Моллой и другие Страница 116

Макака же, повинуясь первейшему своему инстинкту � бежать и не оглядываться, унесся тем временем в дальние дали, до того дальние, что когда спустя немалое время он остановился и решил возвратиться в �Приусадебный мирок� за сумочкой, он понял, что заблудился. Да, Вэлли Филдс � не африканские джунгли, но, как и в большинстве лондонских пригородов, заблудиться там нетрудно, потому что состоит он из домов и улиц, ни в чем друг от друга не отличных. Тут неоценимую помощь должны оказать доброхотливые старожилы; и битый час производя первые повороты налево, а вторые � направо, но возвращаясь раз за разом на исходное место, он все же достиг железнодорожной станции, а оттуда до �Приусадебного мирка� рукой подать. К Малбэрри Гроув он подходил в прекрасном настроении, чуть ли не пел, но песнь его оборвалась при первом же взгляде на заветный дом.

Это не значит, что, бросив взгляд на ворота, он сразу подумал о Джордже и Моллоях. Нет, внезапно остановиться и признать, что Рок следует за ним по пятам, побудили девушка и юноша, которые стояли у этих самых ворот и с увлечением о чем-то беседовали.

Он отвернулся от них в тоске, зная, что воспоследует, если на том или ином месте юноша начал беседовать с девушкой. С места их уже не сгонишь.

Обед удался на славу. Начался он, прилично обстоятельствам, в атмосфере некоторой подавленности. Первая перемена блюд ознаменовалась, уместно сказать, всевластием темных сил. Однако рыба принесла с собой заметные сдвиги к лучшему, поскольку именно над ней Салли, постаравшись говорить по-женски убедительно, убедила Фредди позабыть о видженовском достоинстве и позволить ей занять у Лейлы денег. А уж после этого пиром правило веселье.

И только когда они застыли у ворот �Приусадебного мирка�, саднящая нотка вновь зазвучала в разговоре. Пока они направлялись домой, Салли порой отмечала склонность возлюбленного к молчанию, и теперь он открыл ей, что, взвесив все, не станет обращаться за помощью к Лейле Йорк. Былые терзания вновь всплыли наружу.

��Понимаешь, Виджены не берут денег у знакомых дам.

��Фредди, я умоляю!

��Кричи-кричи, сколько душе угодно, вопрос яснее не станет. Странное все-таки чувство, когда споришь с женщиной. Все равно что разглаживать бархат против ворса. Помню, когда я в детстве учился танцам, одна девочка по имени Алиса принесла молочный шоколад. Я прекрасно знал, какие чувства она ко мне питает, и расчетливо сыграл на них, чтобы завладеть половиной плитки. Тогда-то я был от себя в восторге, а теперь меня мучает совесть. Да, я поступил подло, и мне кажется, что просить у Лейлы Йорк � то же самое.

��Так ведь не ты будешь деньги брать, а я.

��А я буду брать их у тебя.

��Хорошо, а что здесь такого?

��Да нет, вроде ничего, но как-то� Салли вышла из терпения.

��Вот что,�� спросила она,�� ты хочешь на мне жениться?