Блеск и нищета куртизанок. Евгения Гранде. Лилия долины - Оноре де Бальзак Страница 60
- Категория: Проза / Классическая проза
- Автор: Оноре де Бальзак
- Страниц: 294
- Добавлено: 2022-11-04 16:22:11
Блеск и нищета куртизанок. Евгения Гранде. Лилия долины - Оноре де Бальзак краткое содержание
Прочтите описание перед тем, как прочитать онлайн книгу «Блеск и нищета куртизанок. Евгения Гранде. Лилия долины - Оноре де Бальзак» бесплатно полную версию:Знаменитый французский писатель, один из основоположников реализма в литературе, Оноре де Бальзак упорно искал формулу своего времени, формулу человеческого бытия. В поисках универсального ключа к людской вселенной он создал целый мир — «Человеческую комедию», уникальный цикл, объединяющий несколько десятков романов и новелл и множество персонажей. «Мое произведение, — писал Бальзак, — должно вобрать в себя все типы людей, все общественные положения, оно должно воплотить все социальные сдвиги, так, чтобы ни одна жизненная ситуация, ни одно лицо, ни один характер, мужской или женский, ни чьи-либо взгляды… не остались забытыми». Романы, включенные в настоящее издание, представляют разные части этого цикла: «Блеск и нищета куртизанок» — «Сцены парижской жизни», «Евгения Гранде» — «Сцены провинциальной жизни», «Лилия долины» — «Сцены деревенской жизни». Светские красавицы и падшие женщины, ростовщики и юные честолюбцы, аристократы, банкиры, полицейские и городская беднота — все они становятся героями Бальзака, для которого душевные качества людей не зависят от социального положения. Непревзойденный романист, Бальзак умел сочетать увлекательный сюжет и тонкий психологический анализ, картины общественных нравов и пронзительную историю конкретного человека.
Блеск и нищета куртизанок. Евгения Гранде. Лилия долины - Оноре де Бальзак читать онлайн бесплатно
— О-о! Откуда она взялась? — сказала Мариетта госпоже дю Валь-Нобль. — Я думала, она утопилась…
— Неужели это она? Она кажется мне раз в тридцать моложе и красивее, нежели шесть лет назад.
— Возможно, она хранилась во льду, как госпожа д’Эспар и госпожа Зайончек, — сказал граф де Брамбур, вывезший этих трех женщин на представление в ложу бенуара. — Неужели это та самая крыса, которую вы хотели прислать мне, чтобы прибрать к рукам моего дядюшку? — спросил он Туллию.
— Та самая! — отвечала Туллия, раскланиваясь, как на сцене. — Дю Брюэль, ступайте в партер, посмотрите, она ли это в самом деле.
— И как она задирает нос! — вскричала госпожа дю Валь-Нобль, пользуясь чудесным выражением из словаря этих девиц.
— О, она вправе кичиться! — возразил граф де Брамбур. — Ведь она с моим другом, бароном Нусингеном! Пойду туда.
— Ужели это та мнимая Жанна д’Арк, покорившая Нусингена, о которой нам все уши прожужжали последние три месяца?.. — спросила Мариетта.
— Добрый вечер, дорогой барон, — сказал Филипп Бридо, входя в ложу Нусингена. — Так вы, стало быть, бракосочетались с мадемуазель Эстер?.. Сударыня, я бедный офицер, которого вы когда-то выручили из беды в Иссудене… Филипп Бридо…
— Не помню, — сказала Эстер, наводя бинокль на залу.
— Мотмазель, — отвечал барон, — не назифают больше просто Эздер; он полючаль имя матам Жампи (Шампи) от атна маленки именьи, что я для он покупаль…
— Если вы ведете себя по-джентльменски в отношении госпожи де Шампи, то сама она, как говорят эти дамы, чересчур задирает нос!.. Сударыня, если вам неугодно вспомнить меня, то не удостоите ли вы признать Мариетту, Туллию, госпожу дю Валь-Нобль? — обратился к Эстер этот выскочка, снискавший благодаря герцогу де Мофриньез благосклонность дофина.
— Если эти дамы будут милы со мной, я расположена быть им приятной, — отвечала сухо госпожа де Шампи.
— Милы! — вскричал Филипп. — Они премилые, они называют вас Жанной д’Арк.
— Но если эти дам желают иметь ваш компани, — сказал Нусинген, — я оставляй вас, потому я много кушаль. Ваш карет и ваш слуг будут вас ожидать. Шертовски Ази!
— Неужели вы оставите меня одну в первый же вечер? — сказала Эстер. — Полноте! Надобно уметь умирать на борту корабля. Мне нужен свой мужчина для выездов. Ну а если меня оскорбят? Кого мне звать на помощь?
Эгоизм старого миллионера должен был отступить перед обязанностями любовника. У Эстер были свои причины держать при себе своего мужчину: принимая старых знакомых в его обществе, она рассчитывала уберечь себя от слишком настойчивых расспросов, неизбежных с глазу на глаз. Филипп Бридо поспешил вернуться в ложу танцовщиц и сообщил им о положении вещей.
— А-а! Так вот кто унаследует мой дом на улице Сен-Жорж! — сказала с горечью госпожа дю Валь-Нобль, которая, на языке этого сорта женщин, осталась на бобах.
— Может статься, — отвечал полковник. — Дю Тийе говорил мне, что барон ухлопал на этот дом раза в три больше денег, чем ваш бедняга Фале.
— Пойдем к ней? — сказала Туллия.
— Сказать по чести, нет! — возразила Мариетта. — Она чересчур хороша, я зайду к ней домой.
— Мне кажется, я нынче недурна, могу рискнуть, — отвечала Туллия.
Итак, отважная прима-балерина вошла в ложу Эстер во время антракта; они возобновили старое знакомство, и между ними завязался незначительный разговор.
— Откуда ты появилась, дорогая? — спросила танцовщица, не сдержав любопытства.
— О-о! Я жила пять лет в Альпах, в замке, с одним англичанином, ревнивым, как тигр. Это был настоящий туз. Я называла его: карапуз. Он был маленького роста, как судья Феррет. И вот я попала к банкиру! Как говорит Флорина, «из Сциллы да в Харибду». А теперь, когда я в Париже, я так хочу веселиться, что сам карнавал мне не брат! У меня будет открытый дом. Ах! Надо встряхнуться после пяти лет затворничества, и я намерена наверстать упущенное. Пять лет с англичанином — это чересчур! Должникам и то дают всего только шесть недель…
— Тебе барон подарил эти кружева?
— Нет, это остатки от моего туза… Мне так не везет, дорогая! Он был полон желчи, как смех друзей при наших успехах; я думала, что он умрет через десять месяцев. Куда там! Он был несокрушим, как Альпы. Не надо доверять тому, кто жалуется на печень. Я слышать больше не хочу о печени… Я чересчур верила… небылицам… Мой туз меня обокрал. Он все же умер, но не оставив завещания, и его семья выставила меня за дверь, точно я какая-нибудь зачумленная. Поэтому я и сказала вот этому толстяку: «Плати за двоих!» Вы правы, называя меня Жанной д’Арк, я обесславила Англию! И я умру, быть может, сожженная…
— Любовью! — сказала Туллия.
— …и заживо! — отвечала Эстер, задумавшись. Барон смеялся, слушая эти грубоватые шутки, но они не всегда доходили до него сразу, оттого-то его смех напоминал запоздалые вспышки фейерверка.
Каждый из нас живет в какой-нибудь среде, и все мы, в любой среде, равно заражены любопытством. В Опере приключения Эстер на другой же день стали новостью кулис. Уже между двумя и четырьмя часами весь Париж Елисейских Полей признал Торпиль и выведал наконец, кто был предметом страсти барона Нусингена.
— Вы, верно, помните, — сказал Блонде, встретившись с де Марсе в фойе Оперы, — что Торпиль исчезла на другой же день после маскарада, когда мы ее признали в любовнице этого мальчишки Рюбампре?
В Париже все становится известным, как в провинции. Полиция с Иерусалимской улицы не так искусна, как полиция большого света, где все, сами того не замечая, следят друг за другом. Поэтому Карлос верно угадал, в чем была опасность положения Люсьена во время эпопеи на улице Тетбу и позже.
Нет ужаснее положения, чем то, в котором очутилась госпожа дю Валь-Нобль, и выражение осталась на бобах передает превосходно ее состояние. Беспечность и расточительность таких женщин мешает им заботиться о будущем. В этом особом мире, гораздо более забавном и остроумном, нежели принято думать, только женщины, не обладающие той бесспорной, почти неувядаемой красотой, которая удовлетворяет всем вкусам, короче говоря, только женщины, способные внушать любовь
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.