Княгиня Ольга - Елизавета Алексеевна Дворецкая Страница 113

«С Ольгиными воротами связано предание, что Ольга переходила здесь через реку и бросала камни в воду, чтобы по ним перейти на другой берег, и что они так здесь и остались (курсив мой – Е.Д.)»…

Чем нам интересны именно эти «следы пребывания» нашей героини на ее малой родине? В прямом смысле следы… Все они повествуют о том, как Ольга своими руками (и даже ногами) сформировала исторический ландшафт, сделала землю такой, какая она есть сейчас. Предания о формировании исторического ландшафта – весьма известна категория народного творчества. Идет она из очень древних времен и во многом связывается с образами великанов. Предания о великанах известны всем славянским народам: они назывались исполинами, полониками, волотами, осилками. Считалось, что великаны – «старшая раса», те, что жили на земле до появления людей. Легенды о деятельности великанов часто связаны с рельефом местности: они насыпают горы и курганы, делают запруды на реках. Очень частый мотив – бросание великанами различных орудий, в частности, камней.

«О перекидывании братьями-великанами топора говорится и в польских поморских преданиях. Эти братья были такими высокими, что головой достигали вершин сосен, а голова их напоминала копны сена. Чтобы построить хаты, они сделали топор, которым можно было рубить огромные деревья. Когда один браг кончал работу, то кричал другому: «Можешь взять топор» – и бросал его через залив. Когда же один брат отказался дать топор, другой, рассердившись, бросил в него огромной скалой; она и теперь лежит в заливе как память о ссоре братьев. Бросание огромных камней, скал – «бродячий» мотив предании о великанах», – пишет В. К. Соколова в книге «Русские исторические предания». «В наиболее старых преданиях есть еще фантастические образы. Считали, что курганы насыпали жившие ранее исполины – высыпет такой великан горсть земли, и вырастет гора. Например, Княжая гора около дер. Пески Демяновского уезда Новгородской губернии, по преданию, была «в древние времена насыпана одной богатыркою».

Особенность таких преданий в том, что они всегда привязаны к местности и объясняют появление тех или иных деталей ландшафта деятельность неких древних исполинов.

Такие предания имеются не только у славян.

«Есть легенды, в которых упоминается о враждебности горных жителей к христианству. Одним из примеров такой враждебности являются горы камней или обломков скал. Их можно видеть по всей Швеции. Утверждают, что горные жители бросали такие камни в некоторые церкви», – пишет Бенджамин Торп, собиратель фольклора германских народов.

Скандинавское же предание пересказывает А. Афанасьев: жили в Зеландии две сестры-великанки, Гримильд и Гвенильд. Гвенильде захотелось перенести несколько кусков Зеландии в Шонию (Сконе); одну глыбу она счастливо донесла в своем переднике, но когда вслед за тем потащила самый большой кусок, то посреди моря лопнула завязка передника и она уронила свою ношу; на том месте образовался остров Гвен. В Помернии рассказывают про великана с острова Рюген; однажды он захотел сделать плотину, чтобы ему было удобнее переходить с острова на берег; он привязал себе передник, наполнил его землей и пошел, но по пути в переднике показалась дыра, земля посыпалась, и выросли горы и острова. Одна девочка великаньего племени пыталась построить такой же мост на Рюген и понесла в переднике песок, но и с ней приключилась такая же история… Две сестры-великанки хотели построить для себя мост через пролив, одна тоже несла огромные камни в своем переднике, присела отдохнуть, но услышала гром Тора и пала мертвой от страха; камни рассыпались и до наших дней лежат огромными утесами.

Что касается славянского материала, то А. Афанасьев пишет:

«Воспоминания о великанских горах и камнях нечужды и русскому народу, так как основы подобных представлений коренились в мифах, вынесенных индоевропейскими народами из общей их прародины… В Смоленской губ. существует такой рассказ: в старое незапамятное время поднял великан огромный камень и подбросил его так высоко, что пока он летел на землю – успел вырасти еще больше, и когда упал – то разбился пополам; одна часть его продавила землю и образовала озеро…»

Примеры можно продолжать, но главное мы уже увидели. Существует множество преданий о великанских женщинах, которые ради каких-то своих целей несли камни в переднике, но не донесли, а камни эти, упав, выросли и лежат до сих пор. Буквально то же известно об Ольге: обломки скал, падающие из передника датских великанш, подобны камню, выпавшему из подола или платка княгини Ольги близ реки Великой. И она, таким образом, встает в один ряд с германскими великаншами, причем незаметно, чтобы она уступала им в росте…

Мотивы эти, разумеется, существовали задолго до Ольги – наверняка очень похожие предания о камнях и отмелях ходили в древнем селении у порогов еще в те времена, когда до рождения самой знаменитой его «гражданки» оставалась еще тысяча лет – ведь камни эти уже были. Но после того как Ольга прославилась, предание отдало эти сюжеты ей. И это очень важно – мы видим, что в глазах местной традиции Ольга занимает ни много ни мало как место великанши, чьими трудами земля была создана такой, какая она есть… Представительницы старшей расы, что населяла землю до людей.

* * *

Архетипический образ «мудрой матери-правительницы» в древних преданиях славян встречается не раз. Но ни одна из них не может сравниться с Ольгой масштабом: даже Либуше, самая знаменитая ее предшественница, принадлежит языческой эпохе, в то время как Ольга объединяет собой языческую эпоху с христианской и несет на себя священность и святость той и другой.

«Праматерь», как называл княгиня Ольгу Канон Кирилла Туровского. «Матерь князей русских». Священный сосуд, избранный самим богом для того, чтобы нести Его имя по Руси. Заря перед рассветом, луна в ночи. Великанша, создававшая землю своими мощными руками. Царь-Девица, на лодке подплывающая к берегу из туманной дали, чтобы встретить своего царевича. Царица Савская, из самой Эфиопии явившаяся на встречу с мудрым царем. Богиня в соколином оперении, жрица-валькирия, брак с которой означает смерть; подносящая кровавое вино сватам и кладущая гостей почивать в сырую землю вечным сном. Отважная воительница, непримиримая мстительница, гордая княгиня, для которой независимость и равенство важнее чести считаться «дщерью» царя царей. Имя ее вместило в себя столько образов, что они заполняют