Маргарет Йорк - Поместье Даунтон. Начало Страница 29

– Граф Грэнтэм, вы могли надеть не только маску, но и два парика, и все же выдали бы себя с головой.

Роберту тоже стало смешно.

– Да, мисс Левинсон, от ваших проницательных глаз ничего не скроешь.

– Скорее уж ушей, ведь вы выдали себя вопросом. И вы уверены, что я мисс Левинсон?

– Да, мисс Кора Левинсон…

Вальс закончился и пришлось раскланяться, а потом Кору беспрестанно приглашали другие молодые люди, в первую очередь Генри Невилл. Да и сам лорд Кроули танцевал с другими партнершами. Время от времени его взгляд выхватывал из толпы стройную фигурку в золотистом наряде, отмечая грациозность движений и веселость девушки, но не более. Сердце Роберта Кроули осталось нетронутым.

– Роберт, о чем вы говорили с Корой?

Роберт усмехнулся: тетушка все же намерена женить его на миллионах Левинсонов?

– Она подтвердила, что любит вальс, и дала понять, что знает, кто я. Этого достаточно, чтобы сделать предложение?

– Негодник! Немедленно пригласи мисс Левинсон танцевать еще раз и постарайся получить приглашение на скачки.

– Для того чтобы посетить скачки, нужно приглашение? Я полагал, что достаточно простого присутствия и билета.

– Ты должен получить приглашение на трибуну Левинсонов. Хорошо, мы будем сидеть у Бельмонтов.

Танцевать на маскараде им больше не пришлось, Кора была постоянно ангажирована, а потом просто исчезла, как и с бала у леди Астор. Но они встретились еще раз довольно скоро – на том самом приеме, посвященном героям хартумской операции.

– Томас, нужно посмотреть, что из привезенного подойдет для такого приема…

– Милорд, а зачем смотреть, разве не лучше быть в парадном мундире с орденами?

Роберт рассмеялся:

– Ты предлагаешь за день чудесным образом переместиться в Даунтон, чтобы принести оттуда мой мундир? У меня нет феи из сказки.

– Есть!

– Что есть?

– И фея есть, и мундир тоже. Вон он висит выглаженный и готовый.

– Томас?! – Роберт не поверил своим глазам, его парадная форма и впрямь была в полной готовности. – Откуда?

– Ваша фея – леди Маргарет, это она посоветовала мне взять с собой форму и награды.

– Ну, леди Маргарет… – прошептал Роберт, разрываясь между благодарностью к предусмотрительной тетушке и возмущением из-за ее слишком плотной опеки. Ему не семнадцать и вот так старательно загонять его к алтарю – это уж слишком.

Но как бы ни возмущался Роберт, приходилось признать, что леди Маргарет оказалась дамой предусмотрительной и была права. Появиться на подобном приеме во фраке было бы гораздо хуже.

Прием, который устроил дядя супруги Эдварда, проходил в очень узком кругу – всего сотня гостей. Сьюзен присутствовала по праву другой племянницы хозяина особняка, а Кора по праву ее ближайшей подруги. Она отчаянно противилась необходимости посетить совершенно неинтересное для нее мероприятие, но Сьюзен буквально взмолилась:

– Кора, Джеймс уезжает на неделю, я рискую остаться там совсем одна среди скучных-скучных мужчин. Умоляю, не дай погибнуть! Мы постараемся исчезнуть, как только появится такая возможность, обещаю.

Когда слуга объявил о появлении леди Маргарет Кроули и лорда Кроули графа Грэнтэма, Кора стояла к входу вполоборота и не намеревалась оборачиваться. Но ей пришлось… Невозможно не заметить, как почти все присутствующие, дружно забыв о своих визави, поступили именно так – повернулись к графу Грэнтэму. Роберт замер у порога, чуть смущенный такой встречей, а хозяин – мистер Джордж Беннет – поспешил ему навстречу.

Кора тоже замерла, потому что на ярко-красном мундире графа Грэнтэма выделялись награды самого высокого достоинства, причем не только английские. Сам Роберт меньше всего походил на скучного джентльмена.

– Как он хорош… – невольно прошептала Сьюзен. – Кора, ты только посмотри!

Мисс Левинсон понадобилось усилие, чтобы отвести глаза и продолжить разговор со Сьюзен.

Мистер Беннет не зря предвкушал успех приема – граф Грэнтэм оказался главной его достопримечательностью. С молодым героем, имевшим боевые награды, захотели побеседовать все.

Позже Кора оказалась за столом неподалеку от графа Грэнтэма, почти напротив него. Встретившись с ней взглядом, Роберт склонил голову в знак приветствия, Кора также степенно ответила. Она очень старалась не проявлять открытый интерес к графу, но все же не удержалась и поинтересовалась у сидевшего рядом мистера Коллинза, какая из наград лорда Кроули самая значительная.

– Крест Виктории. Он не очень ярок, но весьма дорог, поскольку дается за боевые заслуги.

– Это высшая награда Англии?

– Нет, конечно, существуют ордена Подвязки, Бани… Но это боевая награда.

В слове «боевая» чувствовалось такое уважение, что Кора не могла не оценить. Эдвард Коллинз, сам того не ведая, сильно повлиял на отношение мисс Левинсон к своему английскому другу.

Подобные приемы не рассчитаны на светскую болтовню и ухаживания, тем более Сьюзен быстро заскучала, потому при первой же возможности они с Корой поспешили распрощаться. Лорд Кроули был окружен любопытствующими, танцы не полагались, потому мистер Беннет не возражал против ухода племянницы и ее подруги.

Дома мистер Левинсон заметил некоторую задумчивость дочери.

– Кора, где ты была?

– На приеме у Беннетов.

– А, да… Беннет сегодня собирал старых вояк. Не понимаю его любовь к военным трофеям и прочему. Ну и кем он потчевал гостей на сей раз?

– Героем дня был граф Грэнтэм, папа.

– Молодой Роберт Кроули? Чем он сумел заслужить такую честь?

– У него боевые награды, в том числе, как мне сказал Эдвард Коллинз, Крест Виктории.

Мистер Левинсон, кажется, удивился:

– В самом деле? Это означает, что у графа Грэнтэма немалые заслуги перед Ее Величеством. Ты поиграешь нам? Давно не слышал хорошей музыки.

Кора села за рояль, но даже Ава-младшая, переворачивавшая страницы нот, заметила легкую задумчивость сестры.

– Кора, ты так устала? Наверняка все эти старички, увешанные медалями, страшно скучны.

– Возможно… – Спорить с сестрой не хотелось, тем более Коре и Сьюзен действительно было скучно. Но красный мундир лорда Кроули с наградами на нем врезался в память мисс Левинсон. Теперь она относилась к Роберту несколько иначе, хотя он все равно оставался чужим, сухим и немного надменным англичанином.

Они еще дважды встречались во время прогулок, Кора невольно отметила прекрасную выправку графа Грэнтэма, на которую не обращала внимания раньше. В седле все сидели хорошо, с детства ежедневно совершая прогулки верхом, просто невозможно не держаться уверенно, но выправка военных все же отличалась.

Оставаясь чужим и страшно далеким, Роберт Кроули, однако, с каждым днем занимал все больше места в мыслях мисс Левинсон. Кора не выказывала этого ни в малейшей степени, чем страшно расстраивала свою тетю леди Бельмонт.

А потом…

Глава 4

Ветер, врываясь в распахнутое окно, легко шевелил занавеси. Было жарко, спасал только этот ветерок, приносивший прохладу, крики вездесущих чаек и запах моря.

Кора решила переодеться в легкое муслиновое платье, чтобы не мучиться от жары и, оставив ноты на пюпитре рояля, ушла к себе в спальню, но задержалась там надолго. Ее горничная Анна перебирала платья, привезенные в прошлом году из Европы, нужно было решить, что можно переделать, а что не подходит совершенно. В моде произошла своего рода революция – дамы отказались от турнюров. Конечно, не совсем, юбки сзади все равно заметно больше, чем спереди, но перемена разительная.

Кора невольно вспомнила, какой из нарядов где был сшит, где в нем появлялась…

– Вот в этом мы гуляли по набережной в Венеции, когда вдруг пошел сильный дождь… Потому оно оказалось почти испорчено, но мне так понравилась ткань, что горничной пришлось высушить и отправить багажом в Нью-Йорк. Наверное, зря?

Анна ответить не успела.

– Кора, ты только посмотри! – Ава-младшая буквально ворвалась в спальню сестры, даже не постучав.

– Что случилось?

– Пойдем в музыкальную комнату, посмотри!

Подбежав к окну, Кора увидела потрясающую картину:

вся подъездная дорожка к особняку и подход к крыльцу были усеяны розами. Тысячи цветов образовывали бордюр по сторонам оставленного узкого прохода, а в конце самой дорожки с коня спускался… граф Грэнтэм! Следом из кареты выходила леди Бельмонт.

– О боже! – Кора даже схватилась за горло, не в силах ни поверить глазам, ни осознать увиденное.

Но позади буквально взвыла Ава:

– А этот тут при чем?! Кора, цветы привезли от Генри, я сама видела, как он распоряжался, когда их раскидывали. Это Генри Невилл привез!