Виталий Полупуднев - Митридат Страница 39

– Больным дать вина, – распорядился старшой. – Выживут – их счастье! Умрут – выбросим за борт!

– Нет, нет! – слабым голосом запротестовал четвертый, икая и охая. – Я не хочу умирать!.. О Евлупор, ты спас меня от плена, спаси и от морской могилы! Это боги не пожелали моей гибели и прислали тебя на помощь!..

– Это кто такой?! – воскликнул бородатый витязь, не удержавшись от смеха. – Уж не для тебя ли одного я и мои люди сражались с морскими разбойниками? Откуда ты знаешь меня?

Вокруг захохотали.

– Это я, Гиерон!

– Гиерон?.. Ох ты! Привет тебе, друг!.. Ты прав, здесь без богов не обошлось! Видно там, наверху, знают тебя! Иначе мы не встретились бы!

Спустя полчаса они сидели в уютном трюме за столом, на котором еще лежали игральные кости. Гиерон жадно глотал из рога вино и постепенно приходил в себя. Он выглядел глубоко несчастным человеком, вид у него был жалкий, помятый, небритая борода старила его.

– Да восславят тебя боги, – слабым голосом говорил он Евлупору, – ты спас не одного меня, но всех, кто погибал в пиратском трюме! Скажи, где мой господин Асандр?

– Какой господин? – рассмеялся Евлупор. – Ты же свободный человек и воин Митридата! У тебя один господин – царь! Я знаю, что ты сражался хорошо, и замолвлю за тебя словечко Фарнаку-царевичу! Ты будешь награжден и станешь десятником в коннице. На море ты не годишься, эка раскис! Завтра поутру я расстанусь с боспорцами, поверну назад! Митридат повелел мне возвратиться с половины пути. Вот и ты – со мною!

– Нет, нет! – испуганно замахал руками Гиерон. – С меня хватит! Сражался я на коне, и мое копье было во вражеской крови! Штурмовал Кизик – увидел цвет собственной крови! После того как рухнула штурмовая башня, я оказался в море и хлебнул морской водицы! Спасся на обгорелом бревне, оно плыло мимо, но ветер отнес меня прочь от берега!.. И в награду за все испытания я оказался подобранным пиратами, которые посадили меня в вонючий трюм и хотели продать в самое что ни на есть черное рабство! И это те пираты, у которых я когда-то, вместе с тобою, намеревался искать свободы!.. Нет, хватит! Я хочу увидеть своего бывшего хозяина Асандра и напомнить ему о том, что он обещал мне!

– А каково было его обещание?

– Он клялся взять меня обратно в Пантикапей!

– Что же ты хочешь делать в этом городе господ и рабов?

– Хочу остаться при хозяине слугой!

– Как? – изумился Евлупор. – Ты хочешь отказаться от звания воина и опять получать оплеухи от хозяина и питаться его объедками? Ты же снова станешь рабом!

– Не стану, не раб я! Я получил вольную при тысяче свидетелей, на царском пиру, да еще от кого – от самого Митридата!.. Но я убедился, что нет настоящей свободы для маленького человека, а тем более для бывшего раба! Его свобода – это свобода зерна, падающего под жернов! Его превращают в муку, из которой цари и князья испекут себе хлеб, замешанный на крови человеческой. Вот и все!.. Ты прав был, когда говорил, что свобода – это белая ворона, ее трудно найти! Теперь и я уверился в этом!

– Верны слова твои, Гиерон, – отозвался Евлупор в раздумье, – свободу обрести трудно, зато неволю – легко! Неволя всегда рядом, только оступись – и она тут как тут!.. Но ведь неволя неволе рознь! Одно дело – быть рабом у царя и носить оружие. И другое – у Парфенокла!.. Нет, друг, не спеши на Боспор, вот отвоюемся, тогда посмотрим, что дальше делать. Думаю, что лучше остаться воином, чем слугой.

– Мне не привыкать обслуживать хозяина… Я всегда был слугой!

– А если он не признает твоей вольной, как тогда?

– Боги не допустят этого…

– Э, друг, боги и не то допускают! До тебя ли им!

– Все равно другой дороги мне нет! А Боспор – моя родина!

– Одумайся, Гиерон! Неужели ты говоришь это всерьез? Может, ты просто измучен, устал, переболел морской болезнью?.. Отдохнешь – все пройдет, и ты останешься воином!.. Подумай!

– Нет, Евлупор, друг, – вздохнул Гиерон, – я уже все обдумал там, в трюме, ожидая смерти или железного ошейника… Мне бы отыскать хозяина!

– А его нечего искать, – он здесь!

– Где?

– Вот он!

Гиерон оглянулся и увидел вошедшего в каюту Асандра. Тот отстегивал на ходу меч и взглянул на бывшего раба и слугу со снисходительной усмешкой.

Часть III.

Янус двуликий

I

Асандр уехал из Пантикапея малоуважаемым и бедным человеком, прислужником заносчивого наместника. А возвратился богачом и вельможей, соратником самого Митридата, отмеченным его царственным вниманием и милостью.

Он сошел на берег в окружении вооруженной стражи. Друзья устроили ему восторженную встречу. После дружеских объятий последовал беглый обмен новостями, местными и заморскими.

– Побеждает царь Митридат кичливых римлян?

– Боги помогают ему. А как дома, все в порядке?

– В твоем доме все благополучно. А вот Неоптолем отряд твой разогнал, а «ледовых братьев», что слонялись по городу без работы, похватал, в железо одел и, как рабов, послал за город землю копать!

– Да?

Асандр остановился на мгновение как бы в раздумье. Но тут же коротким жестом дал понять, что обсудит это позже. С приветливой улыбкой оглядел людей на пристани и знакомый облик города.

После шумной Синопы и циклопического круговорота римско-понтийской войны Пантикапей показался ему захолустным и тихим.

Толпа горожан собралась на берегу посмотреть, как рабы и матросы переносили с кораблей Асандра узорчатые тюки, плетенки из ивовых прутьев, увесистые ящики, сотни опечатанных больших и малых амфор.

Думая, что весь этот груз принадлежит Асандру, горожане завистливо и удивленно чмокали губами, показывали пальцами, крутили головами.

Асандр, весело смеясь, крикнул дружественным тоном:

– Приветствую вас, о боспорцы!

По его знаку вперед вышел Гиерон, еще бледный после морской болезни. Он стал разбрасывать горстями медные деньги, которые были подобраны с радостными возгласами. А потом раздал более десятка малых амфор с вином.

– Слава богатому и счастливому Асандру! – слышалось в ответ.

И когда Асандр проследовал мимо, то простые люди провожали его приветственным поднятием рук. Говорили:

– Нет, как хотите, а Асандр знает тайную науку чародейства! Ему служат демоны!

– А может, его счастье в острой голове и бесстрашном сердце?.. Он далеко видит и ничего не боится. Этот человек мог бы стать одним из архонтов нашей общины, ибо умен и удачлив!

Греки всегда преклонялись перед удачниками, помеченными рукой богов. И старались выбирать в совет города таких людей, которые носят за плечами невидимый мешок, полный удачи и счастья. Они верили, что, вручая власть счастливому и сильному, они косвенно могут рассчитывать на долю его успехов. Кому же не хочется урвать в свою пользу кусочек чужого счастья!

Примечательно, что Асандр не кинулся немедля во дворец, чтобы пасть ниц перед Махаром и доложить ему о благополучном завершении плавания, как полагается исправному слуге. Но в сопровождении вереницы рабов, нагруженных пестрыми свертками и тяжелыми сосудами, окруженный празднично одетыми друзьями, не спеша направился к храму Зевса Спасителя. Это означало, что он теперь богат, почувствовал силу и считает себя вправе поступать как один из знатных людей Пантикапея.

Увидев жреца Левкиппа, спускающегося навстречу по ступеням храма, он с достоинством приветствовал его.

– Прими, отец, посильные приношения мои великому богу в благодарность, по обету! – сказал он, подняв кверху мускулистые руки, украшенные золотыми браслетами.

Затем воскурил перед ликом бога привезенные из-за моря индийские благовония и совершил благодарственное жертвоприношение. Заморские дары были приняты самим Левкиппом и под его присмотром внесены иеродуламн в храмовую кладовую.

За принесением жертв последовало посещение бани. После освежающей ванны Асандр вошел в свой дом и в компании друзей вкусил от блюд, приготовленных искусными руками Антигоны. Преданная рабыня вручила ему папирус, свернутый трубочкой.

Это было письмо Икарии – художницы из Нимфея, написанное и присланное много недель назад.

Икария сетовала на одиночество и ухудшение здоровья в связи с длительным и печальным ожиданием того, кто люб ее сердцу. Звала его в Нимфей. Пыталась заинтересовать его делами виноградника, ранее купленного для нее Асандром, но теперь за отсутствием хозяина-мужчины пришедшего в упадок. «Приезжай, я жду тебя!» Этим призывом заканчивалось письмо.

Асандр вздохнул, задумался. Нет, сейчас он не мог покинуть Пантикапей ради встречи с Икарией. Это будет несколько позже. Обратившись к Панталеону, попросил его съездить в Нимфей, отвезти художнице ответное послание, подарки, привезенные издалека, произвести осмотр имения и уплатить долги.

– Захвати с собой двух лучших рабынь, из тех, что я получил в подарок от Митридата. Пусть они служат ей. Сделаешь все – возвращайся немедленно!