Иван Кошкин - Когда горела броня Страница 12
- Категория: Проза / О войне
- Автор: Иван Кошкин
- Год выпуска: -
- ISBN: -
- Издательство: -
- Страниц: 13
- Добавлено: 2019-03-28 14:51:56
Иван Кошкин - Когда горела броня краткое содержание
Прочтите описание перед тем, как прочитать онлайн книгу «Иван Кошкин - Когда горела броня» бесплатно полную версию:Лучшие романы о Великой Отечественной, достойные войти в «золотой фонд» военной прозы, наряду с книгами Симонова, Бондарева, Курочкина, Васильева, Богомолова.Советский Союз проиграл войну уже к августу 1941 года. После разгрома Красной Армии в приграничном сражении СССР был обречен. Советская Россия должна была рухнуть – словно «колосс на глиняных ногах». Но Россия – устояла. Россия выжила. Потому что как говорил Фридрих Великий: «Русского солдата мало убить – его надо еще и повалить».Эта страшная, горькая и светлая книга – о тех, кто осенью 41-го стоял насмерть. Кто продолжал сражаться без единого шанса остаться в живых. Кто, даже умирая, так и не признал себя побежденным… Этот роман – о русских солдатах, живых и мертвых. О тех, кто не сломался в мясорубке отчаянных боев, не сдался в кровавом аду окружений. О тех, кто совершил чудо, победив в безнадежно проигранной войне. Вечная им память.
Иван Кошкин - Когда горела броня читать онлайн бесплатно
У Светлякова медали не было, и «Отвагу» комроты-2 он, похоже, считал личным оскорблением. Несмотря на то что объективно вторая рота в ходе обучения была одной из первых по всем показателям, капитан неоднократно в рапортах командиру полка указывал, что Волков плохо готовит бойцов. После четвертого или пятого рапорта комполка приехал на стрельбище и понаблюдал за тем, как рота уверенно выбивает нормативы. Ничего не сказав, командир полка уехал обратно, а вечером жестоко накрутил Светлякову хвост. Волков, естественно, при этом не присутствовал, но уполномоченный 3-го Управления лейтенант Архипов со смехом рассказывал, как интересно менялся цвет лица комбата во время разноса.
Надо сказать, что с уполномоченным лейтенант поддерживал некое подобие дружбы. Несмотря на свою должность, Архипов был человек, в общем-то, незлой. Однако, как и положено хорошей ищейке, нюх и хватка у него были выдающиеся, в чем Волков вскоре убедился при весьма неприятных обстоятельствах. Значительную часть полка составляли не служившие в армии мужики лет под тридцать. На пятую ночь несколько человек выбрались из расположения и отправились пешком в город. В три часа ночи лейтенанта поднял один из караульных. Следуя за бойцом, комроты-2 подошел к забору, шедшему по периметру учебного лагеря. У забора Волков застал весьма неприглядную картину: шестеро бойцов переминались с ноги на ногу под дулами винтовок часовых. Вдоль забора размеренно ходил Архипов. Увидев лейтенанта, уполномоченный нехорошо обрадовался.
– Здравия желаю, – вскинул руку к пилотке Волков и покосился на задержанных.
– Здравствуйте, товарищ лейтенант. Ваши орлы? – Архипов кивнул на бойцов у забора.
– Не уверен, – честно признался комроты-2. – Я их еще не всех запомнил.
– Ну, они утверждают, что из второй роты. – Старший лейтенант почесал подбородок и как-то жестко посмотрел на собеседника. – Так что делать будем, товарищ лейтенант?
– Как что? – удивился Волков. – Под арест…
– Арестом тут не отделаешься, – уполномоченный посмотрел на восток, где небо потихоньку начало светлеть. – Это, вообще-то, оставление части в военное время. Давайте-ка отойдем, товарищ лейтенант, надо поговорить.
Они отошли шагов на двадцать, задержанные провожали командиров тревожными взглядами.
– Значит, так, – Архипов достал из кармана мятую пачку папирос, вынул одну и закурил. – По-хорошему, я должен их арестовать и сообщить о ЧП по команде. В этом случае твоих субчиков скорее всего ждет трибунал.
– И что? – Волков похолодел.
– А ничего, – старший лейтенант глубоко затянулся. – Поскольку они первые попались, думаю, получат на всю катушку. Чтобы другим неповадно было.
Ротный резко развернулся и почти бегом бросился к красноармейцам.
– Вы… – вздохнув, он взял себя в руки. – Вы какого черта в город поперлись?
Бойцы молча переглянулись. Самый здоровый, ражий мужик ростом под метр девяносто, с темными от въевшегося масла руками, гулко пробормотал:
– Мы, товарищ лейтенант, это… Тут, ну, заводской поселок… Он отсюда в двух километрах будет, – он замолчал, словно стесняясь, затем махнул рукой. – В общем… К женам мы ходили. Что такого-то?
– К женам? – Волков не знал, плакать ему или смеяться. – Я вам скажу, «что такого-то»! Вам трибунал светит!
Отвернувшись от ошалевших бойцов, он вернулся к уполномоченному.
– Ну, ты все слышал? – спросил комроты-2.
– Слышал, слышал. А теперь давай посмотрим на это дело вот с какой стороны, – Архипов метким щелчком отправил окурок в ящик с песком. – Тут у нас три учебных батальона, две тысячи триста двадцать пять человек. Большинство – из города. Чуть не половина – женатые. Понимаешь, куда я клоню?
– Я за них поручусь, – внезапно сказал Волков.
– Что? – не понял старший лейтенант.
– Я за них поручусь, – повторил ротный.
– Тогда уж за всю роту, – усмехнулся Архипов. – Ладно, давай попробуем, может сработает воспитательная сила коллектива.
Они подошли к задержанным.
– Значит, так, товарищи несостоявшиеся дезертиры, – жестко сказал старший лейтенант. – По-хорошему, трибунал по вас плачет, но ваш ротный решил взять вас на поруки. В случае повторения подобных инцидентов под трибунал пойдет он. Понятно?
– Есть! – крикнул за всех рослый рабочий.
– Разойтись! – скомандовал старший лейтенант.
Бойцы бегом бросились к своему бараку, Архипов повернулся к Волкову:
– Я не шучу, имей в виду.
– Есть, – мрачно ответил лейтенант. – Я понимаю.
Больше из второй роты никто не бегал, правда, в течение недели несколько человек ночью упали с верхних коек и наставили на лице синяков. Так, по крайней мере, изложил это ротному боец Шумов, тот самый здоровяк-рабочий, что попался тогда уполномоченному. Второе столкновение у Волкова с Архиповым состоялось буквально через несколько дней. По результатам первой недели лейтенант назначил временно исполняющих обязанности командиров отделений и взводов. Командиром первого взвода стал Андрей Васильевич Берестов, невысокий человек лет сорока с удивительно спокойным, мужественным лицом и абсолютно седой головой. До мобилизации он работал бухгалтером на торфозаготовках. Берестов сразу показал себя умелым бойцом – он отлично стрелял, умело метал гранаты и для своего роста и возраста был необыкновенно силен и вынослив. На вопрос лейтенанта, где он приобрел такой опыт, Андрей Васильевич сдержанно ответил, что воевал в Гражданскую. Волков составил рапорт и передал его по команде. Буквально через час его прямо с плаца вызвал к себе Архипов. Предчувствуя нехорошее, комроты чуть не бегом явился к уполномоченному и осторожно постучал в дверь кабинета.
– Войдите, – голос старшего лейтенанта был до тошноты уставным.
Волков вошел и аккуратно прикрыл за собой дверь. Архипов сидел за столом, перед ним лежала стопка бумаг. Уполномоченный встал из-за стола, обошел лейтенанта и запер дверь на ключ. Затем он вернулся за стол и, положив подбородок на сцепленные ладони, некоторое время смотрел на несколько ошарашенного этими маневрами Волкова. Наконец, кивнул:
– Бери стул, садись, в ногах, как говорится, правды нет.
Лейтенант пододвинул стул и сел напротив Архипова. С минуту командиры молча пялились друг на друга, наконец Архипов вздохнул и артистично спросил:
– Сашка, ты меня в гроб вогнать хочешь?
– Не понял, – честно ответил комроты-2.
– Твой рапорт? – риторически спросил уполномоченный, снимая верхний лист в стопке. – Твой. По подписи вижу. В этом рапорте ты докладываешь Светлякову, что временно исполняющих ты выбрал и на первый взвод просишь утвердить Берестова Андрея Васильевича. Так?
– Все верно, – кивнул Волков. – Ты чего так издалека заходишь-то?
– Сейчас-сейчас, – Архипов открыл ящик стола, вынул из него папку и толкнул по столу Волкову. – На, ознакомься.
Папка содержала в себе характеристику на Андрея Васильевича Берестова. На штамп лейтенант смотреть не стал, справедливо рассудив, что чем меньше знаешь, тем лучше спишь, и перешел прямо к тексту. Архипов закурил. Через пять минут Волков оторвался от папки и уставился на старшего лейтенанта.
– Твое мнение? – спросил уполномоченный.
Мнение лейтенанта было непечатным.
– Согласен, – кивнул Архипов. – Так что ты собираешься с этим делать?
– Слушай, ты мне объясни, – заволновался лейтенант, – как он вообще оказался у нас? В смысле в Советском Союзе?
– Ты невнимательно читал, – старший лейтенант погасил окурок, достал из пачки еще одну папиросу, но закуривать не стал. – Вернулся в двадцать седьмом по амнистии. Никаких художеств за ним не числилось, так что оснований отказать не было. После проверки приехал сюда и с 29-го работал на торфозаготовках. Характеризуется положительно. Даже награжден почетной грамотой за отвагу на пожаре. Но это все так, лирика. – Он перегнулся через стол и посмотрел прямо в глаза Волкову. – Вопрос в том, что ты поставил во главе взвода бывшего белогвардейского офицера.
Волков тоскливо выругался:
– Слушай, откуда мне было знать? Раз он так хорошо замаскировался…
– Ни хрена он не маскировался, – в сердцах ответил уполномоченный. – Если бы он что-то скрыл, а выяснилось это здесь, я бы его, не сомневайся, тут же под стражу… Самое смешное, что он и не думал скрываться. «Были ли в Белой армии?» – честно пишет: «Был»! Как его в военкомате прохлопали, я не знаю, но теперь это наше сокровище. Я его даже по происхождению не могу вычистить – с 38-го никаких препятствий нет.
– А чего ты кипятишься-то? – Волков уже успокоился. – Он что, шпион, по-твоему?
– Если шпион – то какой-то очень секретный. Двенадцать лет шпионил, как тут у нас торф добывают. Да ну, – Архипов махнул рукой. – Никакой он не шпион, просто… В общем, перепиши рапорт, замени его кем-нибудь и дело с концом.
Волков глубоко вдохнул, словно собираясь нырнуть, и быстро сказал:
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.