Отель «Нантакет» - Элин Хильдебранд Страница 89

«Ого!» — подумала Грейс. История повторяла себя — владелец отеля и уборщица! Вот только Мегда была не просто «уборщицей», а сильной и независимой женщиной. Никто не помыкал Мегдой и не указывал ей, что делать, — даже мужчина с таким количеством денег, как у Ксавьера Дарлинга.

Ксавьер включил свет в гостиной и приглушил его — освещение было романтичным, медовым. Он поднял затемненные жалюзи на панорамном окне, и из номера открылся вид на Истон-стрит, гавань Нантакета и рубиновый свет Брант-Пойнтского маяка.

— Не желаешь шампанского? — предложил Ксавьер.

На кофейном столике из текстурированного орехового дерева стояло ведерко со льдом, где лежала бутылка Pol Roger.

— Ты же знаешь, Ксавьер, я никогда не отказываюсь от шампанского.

Ксавьер изящно откупорил бутылку и наполнил два бокала. Затем он и Мегда сели на диван и слегка соприкоснулись ими.

— За отель! — сказала Мегда.

Они осушил бокалы.

— Я купил его для тебя, знаешь, — сказал Ксавьер.

Мегда чуть не подавилась от смеха.

— Я серьезно, — продолжил Ксавьер. — Когда ты работала на моих лайнерах, я знал, где тебя найти.

— И всегда так хорошо это скрывал, — усмехнулась Мегда. — То посадил вертолет на нос лайнера, то приплыл на спортивном катере. Никогда не забуду, как ты пришвартовался на этом кошмарном судне, когда я сошла на берег в Искье. — Она погладила его по щеке. — Тогда ты так любил покрасоваться.

— И до сих пор люблю, разве нет? — вздохнул Ксавьер. — Как только ты сказала мне, что выходишь на пенсию и уезжаешь на Нантакет, я навел справки и узнал об этом отеле. Я хотел сделать его великолепным для тебя. — Он отпил шампанского. — Другая женщина была бы польщена.

— Другая женщина бы подумала, что ты пытаешься ее контролировать.

— Тебя никто не смог бы контролировать. За свою жизнь я повстречал много женщин, но лишь перед тобой чувствую некий призрачный трепет.

«Ха-ха-ха! Неплохое слово выбрал», — подумала Грейс.

— Ты такая независимая. Такая… недоступная.

Мегда прижала палец к губам Ксавьера. Он взял ее за руку и притянул к себе для поцелуя. Бокалы с недопитым шампанским они оставили на столе. Мегда и Ксавьер с таким нетерпением потянулись друг к другу, что мужчина задел коленом стол. Его бокал перевернулся, шампанское разлилось по столешнице и закапало на персидский ковер. Ни Ксавьер, ни Мегда, которая всегда орлиным взором выслеживала малейшие пятнышки, этого не заметили.

Внизу, на стойке регистрации, зазвонил телефон… но Ричи на месте не было. Он сидел в кабинете Лизбет и разговаривал по мобильному. «Опять?» — подумала Грейс. Наверное, причиной был скорый отъезд Кимбер с детьми. Грейс почувствовала грусть и разочарование. Ричи так порядочно вел себя, пока предавался теплым чувствам, совсем перестал заниматься этими полночными делишками.

На первый звонок телефона отеля Ричи не ответил. Он проигнорировал и второй звонок от тех же людей (на телефоне на столе Лизбет был небольшой экран, где можно было увидеть, кто звонит — в данном случае супруги Спарачино из номера двести шестнадцать). Когда вызов раздался в третий раз, Ричи отключил мобильный и взял трубку.

— Добрый вечер, это стойка регистрации, — сказал он плавным, как у диджея ночного клуба, голосом.

Миссис Спарачино недовольно хмыкнула.

— Пара в номере триста семнадцать очень… громко себя ведет. Мой муж постучал в стену, но они, кажется, не поняли намека. Можете, пожалуйста, позвонить им и попросить быть потише?

Ричи уверил миссис Спарачино, что так и сделает… и тут осознал, что гость в номере триста семнадцать — Ксавьер Дарлинг.

Грейс прождала, как ей показалось, достаточно времени, чтобы страсти поутихли, и вернулась в номер владельца отеля. К счастью, Мегда и Ксавьер уже лежали под одеялами, уткнувшись в подушки, и наслаждались нежностью момента.

— Как я понимаю, тебе очень нравится здесь работать, — сказал Ксавьер.

— Без сомнения. Я любила работу на лайнерах, а здесь, на суше, мое дело мне по душе еще больше.

— Но, Мегда, у тебя столько денег. Ты читала последние отчеты? Отель уже заработал много больше двадцати миллионов долларов. — Он пощекотал Мегду под одеялом, и она хихикнула, словно девочка, а после отпихнула его руку. — Ты далеко продвинулась с того вечера, когда мы впервые встретились.

— Тогда я выиграла почти четверть миллиона, — сказала Мегда. — Я поставила свои честно заработанные деньги, сделала ставки, кинула кубики.

— Но ты инвестировала выигрыш в банке моих людей…

— Да, ты помог мне накопить приличную сумму. Возможно, поэтому мне никогда и не казалось, что у меня есть полное право пользоваться этими средствами. Но, не пойми меня неправильно, — приятно знать, что деньги есть.

— Хотелось бы увидеть, как ты тратишь их себе во благо.

Мегда села, выпрямившись, и проверила состояние своей прически. Из пучка выбилось несколько прядей, и она аккуратно заправила их обратно.

— Мы во многом похожи, — сказала Мегда. — У тебя миллиарды на счету, и все же ты хочешь работать до самой смерти.

— Если согласишься выйти за меня, тут же выйду на пенсию, — ответил Ксавьер.

Мегда ахнула.

— Что за глупости, Ксавьер?

— Я влюблен в тебя с той секунды, когда встретил тебя на лайнере. Знаю, ты хочешь быть рядом с Зейком и Уильямом, но прошел почти год. Уверен, они желают тебе только счастья. Выходи за меня, Мегда. Переезжай в Лондон.

«Ва-а-а-а-а-а-у!!!» — подумала Грейс. Она закружилась по комнате, словно торнадо. Ксавьер любит Мегду! Он делает ей предложение — и, в отличие от Джека, который каждый свой визит в кладовку обещал Грейс развестись с Далией и выйти за нее, Ксавьер говорит искренне. Он, наверное, и кольцо уже выбрал!

Ксавьер потянулся к тумбочке у кровати, открыл небольшой скругленный ящичек и вытащил коробочку с логотипом Harry Winston. Он сел на кровати (к счастью, одеяло все еще прикрывало его ниже пояса) и протянул коробочку Мегде.

— Ксавьер, что ты наделал? — прошептала она.

— Выбрал самое лучшее, — ответил Ксавьер. — Открой.

Мегда так и сделала. Обручальное кольцо было достойно кинозвезды. В середине был светло-розовый овальный бриллиант (Грейс не отличала слова «караты» от слова «карты», но он был крупный), а само кольцо было из розового золота, инкрустированного крошечными бриллиантами.

— Что ж, — сказала Мегда.

— Примеришь?

Мегда захлопнула коробочку.

— Ксавьер, я не могу его примерить. И замуж за тебя не выйду. Хотя считаю тебя замечательным человеком и благодарна тебе за все, что ты для меня сделал.

Она уставилась именно на то место, где летала Грейс. Девушка ответила взглядом на взгляд, хоть и знала, что Мегда просто смотрит на картину ночного неба Нантакета на потолке.

— Для меня ты близкий друг, — продолжила она. — Ты знаешь,