Кайркелды Руспаев - Горький аромат фиалок. Роман. Том третий Страница 17

– Я тебя предупреждал, Карина! – повторил Бекхан, стоя над лежащей на полу девушкой. Она теперь была полностью обнажена. Это для большего устрашения. Ведь человек без одежды чувствует себя совершенно беззащитным. Но Карина не была испугана. Ее глаза излучали ненависть. Бекхан наклонился и придавил ее коленом. Девушка ухватилась за его ногу обеими руками и попыталась скинуть с себя. Ее лицо перекосилось в бессильной ярости.

– Убери ногу! – крикнула она.

– Я раздавлю тебя! – Бекхану так хотелось привести угрозу в действие, но он помнил о словах Аликеева. Ведь босс предупредил, чтобы Бекхан не переусердствовал. Что трупы ему ни к чему. Он помнил и о словах Аксакала, но те слова оставались все же только словами. Может быть, пока…

Он наклонился еще ниже, увеличивая давление. Он не отрывал взгляда от лица Карины. Оно напряглось, покраснело. Бекхан видел, как ей трудно дышать. Карина предприняла еще одну, отчаянную, попытку освободиться, но с таким же успехом она могла бы откинуть упавшее на нее дерево.

– С-скотина… – прошептала она. Глаза ее продолжали полыхать в бессильной ярости.

– Я тебя предупреждал, – Бекхан продолжал давить на ее грудь, – А ты смеялась надо мной. Ты думала – я пешка? Как бы не так! Вот я сейчас задавлю тебя насмерть, и мне ничего не будет. Ты понимаешь – абсолютно ничего!

Лицо Карины побагровело. Она закрыла глаза. Бекхан ослабил давление, потом, подумав, убрал ногу. Карина судорожно вздохнула. Она открыла глаза, но в них ничего, кроме ненависти, не было.

– Карина, это последнее предупреждение, – сказал Бекхан, протягивая к ней руку. Он намеревался помочь ей подняться.

Но она произнесла посиневшими губами:

– Мы с Алиханом любим друг друга.

И Бекхан рассвирепел. Он ударил ее по лицу, хотя с самого начала решил не украшать ее синяками. Затем вытащил пистолет, и, передернув затвор, упер ствол ниже лона девушки.

– Я прострелю твою ненасытную утробу, шлюха! – рычал он, все глубже вдавливая ствол в ее влагалище.

Карина побледнела. Она замерла, но потом произнесла изменившимся голосом:

– Стреляй. Но знай – вместе со мной застрелишь и своего внука.

– Что? – прохрипел Бекхан, – Что ты сказала?

Он убрал оружие от ее гениталий.

К Карине вернулась уверенность. Она сказала, продолжая глядеть прямо в глаза своего истязателя:

– Что слышал. Я беременна. От Алихана.

Бекхан изменился в лице. Он встал и, отступив назад, упал на стоявшее сзади кресло. Карина поднялась, и, решив, что все кончилось, начала подбирать свою одежду. Она одевалась, а Бекхан сидел молча, раздумывая. Наконец, он сказал:

Конец ознакомительного фрагмента.