Анна Джейн - Северная корона. По звездам Страница 50

Надя молча попыталась обогнуть молодого человека с разбитой губой, но он перегородил ей дорогу, скрестив руки на груди. Почти тут же он убрал руки, а затем вновь скрестил, будто бы не знал, куда их деть. Движения его были несколько нервными и дергаными.

– Ну, куда же ты, крошка? Куда? Я здесь, иди ко мне, – деланно ласково произнес парень, наклоняясь к испугавшейся темноволосой скрипачке. – Мы снова встретились. Теперь ты точно от меня не убежишь. Защитничков-то больше не найдешь. Поэтому давай двигай прекрасными своими ножками в мою тачку. Она тоже прекрасная. Поедешь со мной! – С этими словами он распрямил руки и небрежно, как свою собственность, погладил девушку по щеке, а после рука наглого парня плавно переместилась на ее шею. Она бы соскользнула и дальше – под пьяный довольный смех его друга, – но Надя дернулась и отскочила назад.

– Отстань от меня! – выкрикнула она. Марта в отчаянии оглядывалась по сторонам, ища помощи, но гардеробщик сделал вид, что ничего не замечает, официантка, которая тоже все видела, куда-то убежала, не посмев ничего сказать сыну хозяина заведения, а только что зашедшая в бар небольшая компания студентов как-то быстро просочилась в зал, из которого доносилась громкая музыка, – пианист ушел, и теперь вместо гармоничных звуков фортепиано там царствовал современный грегорианский распев, торжественный и отчего-то зловещий, но очень подходящий к этому местечку, стилизованному под трактир.

– Не ори, – поморщился парень, пружинистым шагом подошел чуть ближе к испуганной девушке и крепко схватил ее за руку.

– Отстань! Что ты от меня хочешь? – в панике вновь выкрикнула Надя, беспомощно глядя на Марту. Вырвать из его хватки запястье у нее не получилось, а молодой человек явно наслаждался ее страхом. – Отпусти меня!

– Я же сказал – не ори, – рассерженно произнес синеглазый, которого в душе Карлова уже с десяток раз обозвала самыми нехорошими словами. Она так злобно глядела на не умеющего вести себя пьяного парня, что он заметил ее взгляд и, криво усмехнувшись и склонив голову набок, поинтересовался: – А ты что так уставилась, крошка?

– Отпусти мою подругу, – собравшись с духом, сказала Марта, а сердце ее от страха колотилось так, словно она пробежала пару кругов на стадионе. Настоящее форте.

– Ты слышал? – резко повернулся к другу парень. – Как она разговаривает?

– Слышал. Смелая куколка, пусть поедет с нами. Вчетвером будет веселее, – развязно отозвался тот, рассматривая Марту, как товар на ярмарке. Надежда все пыталась вырываться, но у нее не получалось, и на глазах девушки даже появились слезы отчаяния. А добило ее то, что в «Три сосны» заглянула парочка, но, увидев, что происходит, она поспешно ушла. Гардеробщик и прочие работники кафе так и не показывались, а посетителям и вовсе было невдомек, что происходит в холле. И из-за музыки они ничего не слышали.

– Никуда мы с вами не поедем! – храбро крикнула Марта, искренне не понимая, почему никто, совершенно никто не хочет помочь им. А если их сейчас и правда увезут куда-нибудь? Мало ли что сделают с ней и Надей эти отморозки?! Почему люди такие безразличные?!

– Поедешь. Если мы скажем, что поедешь, значит, поедешь, – проговорил второй парень, которого слегка пошатывало от количества выпитого, – ты мне даже нравишься. Тебе тоже со мной понравится. – И он неприятно подмигнул девушке.

«Сомневаюсь, скотина пьяная», – в отчаянии подумала Марта, но все же еще раз попросила дрожащим от негодования и страха голосом оставить ее и Надю в покое. Парни только одинаково гнусно расхохотались. Такие красивые внешне – у светловолосого еще и глаза воистину ангельские, необыкновенные, васильковые, обрамленные пушистыми темными ресницами, а на самом деле такие демоны в душе. Нет, до демонов им далековато, размах не тот – просто бесы.

– Все, пошли! – грубо схватили за локоть ошарашенную всеми этими событиями Марту, но она умудрилась вырваться и по матушке, что ей, девушке интеллигентной, было несвойственно, послать обоих, добавив еще парочку непечатных выражений. Того, кто положил глаз на Надю, это почему-то невероятно разозлило, он выпустил ее, вплотную приблизился к Марте, наклонился к ней, больно взял жесткими пальцами за подбородок и приподнял ее голову кверху. Раньше девушке казалось, что этот властный жест очень даже романтичный и прикольный, но сейчас она почувствовала себя униженной и испуганной.

– Ты следи за словами, сучка, – прошипел ангелообразный внешне парень, глядя ей в глаза, и Карлова вдруг поняла, что он не пьян – алкоголем от него не пахло, а вот глаза зато были странными: стеклянными, с расширенными зрачками, с искрой безумия, затаившейся не в зрачке или в яркой васильковой радужке – там царствовала пустота, а в покрытом тонкой красной сеточкой белке. Девушке стало еще страшнее, и от страха, не понимая, что делает, она выпалила:

– Ты, наркоман тупой, хватит к нам приставать!

– Я же сказал, следи за словами, маленькая дрянь! – резанули эти слова вдруг парня не хуже, чем острый, хорошо заточенный тесак, предназначенный для разделки сырого мяса. Он еще больнее сжал челюсть Марты и стал мотать ее головой из стороны в сторону. – Поняла? Поняла меня? Будешь делать все, что я говорю, поняла? Поняла?!

– Пошел ты, – выдавила светловолосая девушка.

– Хватит, перестаньте! Пожалуйста! – взмолилась Надя. Второй парень, с улыбочкой наблюдающий за этим, попытался обнять ее, в шутку поцеловать в обнаженную шею и только рассмеялся, увидев попытки скрипачки вырваться.

– Заткнись, – велели в это время ей агрессивным тоном. – А ты, сучка, ты меня поняла? Поняла, я спрашиваю?

– Поняла, – прошептала Марта, зная, что не должна говорить таких слов, иначе будет еще хуже, но… – Ты и правда, наркоман.

Синеглазый замер на пару мгновений, ртом вдохнул воздух, сощурился и занес над сжавшейся девушкой руку для удара по ее лицу. Однако этого не случилось – видимо, господин Случай, тот самый, что принес росткам чувств в солнечном сплетении Марты волшебные минералы, вступил в игру под названием «Жизнь».

Занесенная над отчаявшейся длинноволосой девушкой рука была перехвачена чуть выше запястья другой рукой – мужской, крепкой, принадлежащей не самому добродушному человеку в этом заведении. Марта от удивления чуть не вскрикнула: рядом с ней стоял не кто иной, как Александр, который непонятно как появился в «Трех соснах». Он вдумчиво, без опаски, с одним только ленивым пренебрежением глядел на ее обидчика, но не улыбался, а был серьезным и даже немного нахмурил брови, как профессор, заставший своего студент за списыванием на важном экзамене.

Саша перевел взгляд зеленых с коричневыми крапинками вокруг зрачков глаз на Марту и едва заметно кивнул ей. Девушка, верно истолковав жест, на ватных ногах отошла за его спину, и бледная как мел Надя, которую второй парень наконец нехотя отпустил, проделала то же самое. Марта взяла ладонь подруги в свою, будто бы говоря, что все теперь будет хорошо. Пальцы Нади мелко дрожали – она уже, видимо, приготовилась к самому худшему. А сама Карлова облегченно вздохнула. Страх толчками стал уходить из ее груди, змейка боязливости, что стала затягивать на ее тонкой шее свой жуткий узел, ослабила хватку, и дышать стало намного легче – рядом с черноволосым девушка мгновенно почувствовала себя в относительной безопасности. К тому же Александр был не один – рядом с ним стояли еще трое крепких молодых людей, в том числе и его накачанный друг Миха со шрамом на щеке, которого происходящее, похоже, слегка забавляло. Он с любопытством смотрел то на синеглазого, то на его смазливого друга, глаза которого тоже словно были обвиты стеклянной поволокой.

– Мне кажется, или ты собрался ударить женщину? – спросил Александр так, словно задавал нерадивому студенту простейший вопрос в попытке вытащить его хотя бы на троечку, чтобы потом не видеть на пересдачах.

– Пусти, – процедил сквозь зубы синеглазый парень, глядя с яростью на Сашу, но не в силах вырвать руку из его крепкого захвата.

– Заткнись, – бесцеремонно велел ему Александр, продолжая с задумчивым видом рассматривать молодого человека. – Хотя нет, лучше ответь на мой вопрос, приятель. Закидался?

– А тебе-то что? – с неожиданным презрением взглянул на него молодой человек, не побоявшись возможного применения грубой физической силы.

– Не дерзи, сосунок. Отвечай! – встряхнул его руку начавший злиться Александр. Однако ему нравилось, что паренек не застремался, а продолжает вести себя так же вызывающе. Таких всегда хотелось поломать – немного проучить.

– Закидался, и что? – отозвался синеглазый с вызовом, а после недобро улыбнулся губами с запекшейся кровью. Саша сразу понял, что мальчишка запоротый, то есть обдолбанный, находящийся под воздействием наркотика, действие которого, по всей видимости, заканчивается. И где только сестричка Ники его откопала? Вот же глупая девчонка. Думала, что такие богатенькие красавчики, как этот, все, словно на подбор, смелые и благородные рыцари, а не жестокие куски дерьма, глотающие «фен», нюхающие «снег» или курящие «крек» и ради этого способные продать не только родных, но и себя самого. Саша на своем веку видел немало нарков, но адекватных, способных отлично соображать и принимать правильные решения, ему как-то среди них встречать не доводилось.