О`Санчес - Лук и армия (сборник) Страница 12

А Лук запомнил навсегда. С Корвина-то – какой спрос?

Он уверен, что мог тогда предотвратить убийство и спасти старой крысе жизнь, никому, кроме нее самой, не нужную, но не спас. Он с армии, с детства испытывает омерзение к этим помойным существам, он знает, что та крыса, даже если и не трогать ее, давным-давно умерла бы естественной смертью от старости. Он в курсе, что по религиозным нормам у крысы нет души, а по научным – разума, а все же… О, если бы только можно было вернуться в тот миг, о если бы! Лук – ни секунды не печалясь о городских санитарных нормах и не заботясь об удовлетворении собачьих охотничьих инстинктов – схватил бы Корвина за шиворот и дал бы уйти восвояси живому существу, потому что именно в его власти, в его мимолетной прихоти было решать за него – жить тому, или загублену быть, пощадить или… Но не случится у него второй попытки, он использовал первую.

И помнит, помнит, помнит Лук тех двух ворон и то, как они плясали и хохотали вокруг! Да, потому что птицы эти – зверохитрым дремучим инстинктом ли, по опыту, или синантропьим разумом своим – предвидели, в какую сторону склонится чаша Луковых колебаний.

А пожалуй – и знали.