Ярослав Астахов - Лезвие осознания (сборник) Страница 22

Блестело лезвие Осознания на его плече, и он шел…

И женщина благословила его. И он преклонил колена. И оставался с ней; и шел дальше.

А я смотрел ему вслед. И видел: какая-то темнота, как огонь, течет – встреч ему и по обе стороны от его дроги.

И странно мне это было, поскольку никакой тьмы раньше не замечал я здесь, в едином луче Светил, и даже никакой тени.

Я видел, как выгорает трава по краям дороги – там, где проходит тьма. И некоторые языки тьмы были подобны зверю, а некоторые – человеку.

Среди же этих людей, сделанных из огня тьмы, были и подобия колдуна. И были мои подобия, но было мне хорошо известно: ни эти, и никакие другие рода испепеляющих языков не есть я! Я есть и человек, и зверь; я есть я, и я есть моя душа; и я же есть мой колдун, стремящийся искать дальше. Но вот разорвал клинок, им заказанный, стены моей тюрьмы. И я знаю: испепеляющий мрак – какую бы он форму ни принимал – не есть я!

А языки темноты росли, приближаясь. И схлестывались они над его дорогой, и воздух устрашенный дрожал, как будто бы дорога эта была – раскаленный горн.

Но все-таки не останавливался колдун. И шел. И я видел: которого я называю колдун – он был уже не таков. И нес перед собой меч, удерживая его крепко, двумя руками.

И даже и не он шел, а шел через него самый путь – не важно, что там клубится по сторонам его – от кузницы и до церкви.

2005

Примечания

1

«Ибо саддукеи говорят, что нет воскресения, ни ангела, ни духа…» (Деяния Св. Апостолов, 23:8.)