Раиса Богомолова - Небо и землю содержит любовь Страница 9

Тогда, давно, заблудившись в переулках Китайгорода, я остановился на углу Средних рядов, то, конечно, в своем испуге и смятении и не подозревал, что стою перед Кремлем. Я не вошел в него, но туда вошла моя молитва. И в Вознесенском монастыре у Спасских ворот святая и преподобная Евфросиния, великая княгиня Московская, встала из своей пречистой раки, и явилась ребенку, и путеводила мне, и привела меня домой.

Преподобная мати Евфросиния, моли Бога о нас!»

У многих верующих хранится в душе заветная история чуда. Была такая история и у известного духовного писателя С. И. Фуделя.

В начале Великой Отечественной войны шестеро солдат выбирались из окружения. Шли иногда дорогами, а больше – целиной, чтобы не попасть к немцам. К вечеру одного дня они, совсем обессиленные, по колено в снегу, вышли на какое-то поле.

– Наверно, здесь мы и замерзнем… – сказал кто-то.

Вдруг они увидели вдалеке огонек и пошли на него. Это была крошечная избушка, стоявшая среди поля. Кто-то из солдат постучал и вошел: там сидел старичок, занятый подшивкой валенок.

Просить не пришлось: старичок велел сейчас же входить и ночевать. Усталые солдаты повалились на пол кто где: в тепло и в сон…

А когда они проснулись утром, оказалось – лежат бойцы не на полу, а на земле, запорошенные снегом. Над ними – не крыша, а небо, и в тишине где-то близко звонит колокол. Вскочив, они пошли на благовест, а когда вошли в храм, один из солдат изумленно сказал, указывая на икону святителя Николая:

– А вот и хозяин наш, давший нам приют и тепло…

Архимандрит Кронид (Любимов), впоследствии прославленный как преподобномученик, рассказывал о духовной помощи преподобного Сергия в трудный момент своей жизни: «Наш старец, отец Никодим, скончался, и я в духовном отношении оказался предоставленным самому себе. Стал духовно слабеть, иноческое правило иногда исполнял не полностью и так, незаметно сокращая его, дошел до чтения одних вечерних молитв. Да и те все чаще читал небрежно. А иногда случалось и так, что, ложась спать, читал только „Да воскреснет Бог“. Совесть моя обличала меня, но сила воли моей ослабла настолько, что я исправить себя не мог, пока не последовало вразумление свыше, от самого преподобного Сергия.

Конец ознакомительного фрагмента.