Дань для Альфы - Полина Белова Страница 8

В зал вбежал взволнованный охранник, который обычно стоял у ворот снаружи.

— Война! Госпожа директриса, война! На нас напали оборотни!

Глава 7

Поли даже не заметила, кто из девочек закричал первой, а кто подхватил.

— А-а-а! — чей-то писк тонкой нотой резал слух.

— Война-а-а! — кричала одна половина женщин и девочек.

— Оборотни-и-и! — вопила другая.

Уже через мгновение большой зал с молчаливыми, стоящими на коленях пансионерками, превратился в неистово орущий, растревоженный курятник. Одна за другой, девушки и воспитательницы голосили все громче, подхватывались с колен и бежали. При этом, кто-то, сломя голову, мчался к окнам, кто-то бежал к небольшой внутренней двери, что вела вглубь замка к кабинетам директрисы, библиотеке и спальням, а некоторые, наоборот, стремились к широкому двухстворчатому выходу на улицу.

Поли же видела перед собой только исполосованную спину несчастной подруги. Все три пансионерки за четыре с лишним года настолько привязались друг к другу, что наказание Грейс причиняло сильнейшую душевную боль девушке. Едва началась паника, она дернула за руку Абели и потащила ее к подвешенной страдалице. Вдвоем они приподняли тело Грейс и сняли веревку, что стягивала запястья девушки с крюка.

Подхватив подружку с двух сторон под руки, Поли и Абели поволокли ее в свою спальню. По дороге они постоянно оглядывались, больше всего на свете опасаясь встретить директрису.

Местный лекарь, очень довольный Полиной работой, как-то захотел отблагодарить ее за великолепно приготовленные зелья, собранные и отлично высушенные пучки трав для его аптеки, небольшой суммой денег, но девушка решительно отказалась. Она была искренне благодарна старику за лекарскую науку, которая явно пригодиться ей в жизни.

А вот исцеляющую мазь, в подарок, с удовольствием взяла: работая на кухне, девушкам случалось, то обжечься, то порезаться, то удариться. Сейчас все драгоценные запасы этого лекарства ушли на спину и ягодицы Грейс. Зато несчастная явно почувствовала облегчение и, наконец, уснула, лежа на животе. Ее открытые взгляду раны, даже покрытые мазью, заставили Поли снова тихо расплакаться. Рядом Абели тоже зажимала рот кулаком, чтобы не разрыдаться в голос и не разбудить Грейс. Девушки, не сговариваясь, выскочили из спальни, чтобы дать своим чувствам волю.

Обнявшись, они вдоволь наплакались в коридоре, и только после этого вспомнили об ошеломляющей новости, которая остановила страшное наказание. Они решили вернуться в зал и все же узнать, что происходит.

Поли очень боялась того, как отреагирует директриса на их самоволие с освобождением Грейс, поэтому проходя мимо ее кабинета, больше пугалась возможной встречи с ней, чем волновалась о какой-то непонятной войне.

В тот момент Поли еще даже не представляла себе, насколько сильно все изменилось.

Отныне жизнь приграничного городка резко разделилась на «до» и «после».

Прошла неделя, а о происшествии с Грейс, кроме нее самой никто и не вспоминал.

В первые часы и даже дни из города непрекращающимся потоком выезжали вглубь страны беженцы. В основном, это были очень состоятельные люди, которые вывозили свой ценный скарб в каретах, экипажах, на возах и телегах. Изредка попадались и пешие бродяги с узлами за плечами.

В городе остались, в основном, военные, которые служили в приграничной крепости, небогатый люд, старики да пансионерки, которым некуда и не к кому было бежать.

Директриса пансиона сбежала одной из первых, приказав девушкам, на прощание, вести себя хорошо.

В пансионе теперь организовали госпиталь для раненых. Старый лекарь переехал жить в бывший кабинет директрисы. Все занятия для девушек и жесткий воспитательный режим ушли в небытие. Теперь все силы и защитников крепости, и пансионерок, и жителей города были направлены на оборону и защиту своих жизней.

К чести военных, приграничная крепость еще держалась, но оборотни напали по всей линии границы, и комендант получал неутешительные известия о ходе военной кампании в целом по стране.

Поли целыми днями готовила на весь госпиталь. Она почти не выходила из кухни, иногда, прямо там и засыпала, бессильно упав на золу у очага. Абели и еще несколько самых младших девочек были у нее в помощницах.

Грейс, как только пришла в себя и окрепла после, так и не завершенного, жестокого наказания, с утра до вечера ухаживала за все прибывающими и прибывающими раненными. Для них освободили сначала одну, потом вторую, а потом и третью большие спальни девочек первых трех лет обучения. Сами младшие пансионерки постепенно переселялись в спаленки к своим старшим подругам. Впрочем, это уплотнение почти не чувствовалось, потому что половина воспитанниц практически не ночевала в своих постелях, занимаясь уходом за ранеными, подготовкой лекарств, перевязочных корпий, уборкой, приготовлением пищи, всякой помощью лекарю и прочими многочисленными делами госпиталя.

Прошел месяц после начала войны, когда комендант собрал оставшийся народ и сурово объявил на большой площади, что их город оказался окружен войсками неприятеля, потому что все остальные приграничные крепости пали.

Эти неутешительные новости принесли в госпиталь новые раненные. Все это время, в городе отчаянно ждали помощи от основных сил королевской армии. Известие, что ее не будет, посеяла уныние, даже отчаяние, среди осажденных. По городу упорно гуляли пугающие слухи о невероятной жестокости оборотней. Люди ходили, как тени, прощаясь с жизнью, понимая, что настали их последние деньки.

В тот же день, когда объявили об осаде, был ранен стрелой в руку сын коменданта, Арес. Его привели в госпиталь, так как единственный лекарь, оставшийся в городе, жил и лечил раненых только здесь, в бывшем пансионе. Ему просто некогда было бегать туда-сюда.

Ранение парня оказалось непростым и ему пришлось остаться в госпитале после того, как лекарь вынул обломок древка и обработал рану.

Грейс нежно ухаживала за своим первым мужчиной и Арес, наконец, смог оценить, какое сокровище попалось на его пути. Они много разговаривали, пока он был на лечении. Грейс рассказала Аресу о себе, своем опекуне, погибших родителях и о своем настоящем возрасте. Она смущалась, от каждого взгляда Ареса. Даже слепому было видно, как сильно он ей нравится. Но и Арес не остался равнодушным к нежности и заботе девушки. Война изменила многие взгляды на жизнь. Искреннее чистое чувство, заботящейся о нем девушки, стало Аресу дороже договорных отношений с едва знакомой невестой. В их сердцах сами собой зародились нежные чувства друг к другу.

Когда Арес немного подлечился, Поли и Абели всячески помогали влюбленной парочке подольше побыть вместе, уговаривая лекаря не отпускать парня из госпиталя, пользуясь его хорошим