Корпоративная безопасность - Ренат Мамбетов Страница 8

охраны товара и самого Тит Титыча, в должностную инструкцию викингов входила и разведка, и выбор оптимального логистического маршрута, и «решение» проблем по пути. Проблемы эти были нескольких сортов. Нападают разбойники — нужно отбиваться. Тянет маслянистую ладошку тиун-коррупционер — нужно решить вопрос или отрубить голову древнерусскому взяточнику. Подходят сроки хранения товара — нужно выбрать более оптимальный маршрут. Изменилась конъюнктура рынка, в Великом Новгороде благовония больше не требуются, теперь нужно зерно — необходимо скорректировать бизнес-процесс и предложить решение. Начался набег степных хищников (кочевников) — требуется целый план мероприятий.

А как считался эффект от деятельности средневековой СБ в итоге? Элементарно. Купец жив-здоров, все конечности на месте, из спины стрела печенежская не торчит, товар цел (или хотя бы его три четверти), служанки не сильно измучены долгой дорогой, проблемы с другими наемниками решены полюбовно. Вот и эффект. Да, конечно, если углубиться в процесс обеспечения безопасности торговых союзов того времени, все гораздо сложнее, чем банальная охрана. Но гораздо проще, чем современная корпоративная безопасность.

Интересный факт. Маржинальность товаров, перемещаемых в IX–X веках с севера на юг и обратно, могла составлять до 5 000 %. А отдельные виды оружия, например мечи мастеров кузницы Ульфберта, и вовсе стоили 1 к 1 по весу золота. Увлекательную главу о процессе добычи средневековой руды и последующей ковке мечей мы добавили в конце книги.

Почему собственнику предприятия сегодня не всегда понятны мотивы и смысл существования СБ и почему ему приходится сомневаться в ее компетентности, а иногда и необходимости?

Так же как и купцу, собственнику сегодня важен только один аспект — прибыль. Во второй главе мы обсудили «моральную» сторону вопроса «прибыли» и ответственность перед социумом, возвращаться к этому вопросу не будем. Исходим из того, что любое подразделение компании работает на увеличение финансового потока, а распоряжаться доходом по своему усмотрению — прерогатива собственника.

Производственники, финансисты и коммерсанты работают исключительно во славу прибыли. Любые смежные подразделения тоже работают для заработка денег. Безопасность, аудит, комплаенс нивелируют риски ради извлечения большей прибыли.

Собственник волен делать в своем бизнесе все, что прямо не противоречит закону. Это закон рынка и капитала. По-другому система получения дохода просто не работает. Можно долго рассусоливать тему «от каждого по возможностям — каждому по потребностям» и испытывать фантомные боли эпохи построения коммунизма. Но. Бизнес так не работает, конкуренция умирает, производственные цепочки рвутся, и наступает сначала стагнация, а потом и деградация.

Поэтому формула «доходы минус расходы равно прибыль» актуальна всегда. Так вот, безопасность — это расходы. И соответственно, расходы на СБ должны быть меньше получаемого от нее экономического эффекта. Говоря языком капитала — СБ должна себя окупать, а иначе содержать толпу сотрудников незачем.

Концепция учета экономической эффективности

Опытный руководитель службы безопасности, дочитав до этого места, несомненно, сформулировал вопрос: «А о профилактике вы подумали, господа?»

А ведь и правда. Сам факт существования контура безопасности предполагает значительную профилактику — меньше возможностей для внутрикорпоративной коррупции, хищений на любых уровнях, мошенничеств и прочих комбинированных рисков.

Отвечаем — профилактика зачастую в глазах собственника нечто эфемерное. Она есть, но ее как бы и нет. И да, словом «профилактика» зачастую «сверхопытные руководители с тридцатилетним стажем» прикрывают свою некомпетентность, отсутствие результатов и нежелание перестраиваться под современные запросы.

Основной посыл представленной концепции — профилактика должна быть конкретизирована, подтверждена и измерима.

Теперь сложнее, не правда ли? Некоторые заслуженные руководители СБ, вероятно, заерзают в своих креслах. Как же так? Конкретизирована и измерима? Профилактика?

Так как же учитывать экономический эффект существования служб безопасности и смежных подразделений?

Для начала необходимо учесть все затраты на содержание СБ. В крупном холдинге это ФОТ и обеспечение (расходы на транспорт, командировки, закупки необходимых переносных технических средств всех видов, подписки на ПО, в том числе для проверок «КА/ФЛ», аренда офиса, бонусы и прочие мелкие затраты). При этом мы учитываем только средства, амортизация которых напрямую зависит от деятельности подразделений безопасности, но не учитываем стационарные технические средства, например систему видеонаблюдения, сигнализации, системы учета доступа и их обслуживание. Также не считаем затраты на охрану, если охрана эта (ЧОП/ЧОО) не входит в ФОТ безопасности, а является привлеченной сторонней организацией.

Таким образом, получаем, например, условную сумму в 100 единиц. Логически помыслив, мы делаем вывод, что данная сумма должна быть превышена для того, чтобы СБ сработала «в плюс». И желательно (смотрим со стороны собственника) умножить условную сумму на два. Таким образом, получаем 200 условных единиц, к ним мы и стремимся.

Из чего реально сложить данную сумму, получить искомый экономический эффект?

После некоторых споров, обсуждений и дискуссий мы пришли к выводу, что адекватной оценкой деятельности безопасности будет некая система, которую мы, собственно, и разработали.

Концепция учета экономической эффективности FPI — система учета экономического эффекта от деятельности подразделений безопасности.

Сегмент № 1. Fraud

Выявление корпоративного «фрода» — хищений, мошенничеств, коррупционных проявлений. В градации по суммам и нанесенному ущербу — от незначительных до крупных. На фоне доходов, ущерба и рисков крупных производственных холдингов выявление фрода способствует именно измеримой и подтвержденной профилактике. При этом прямой экономический эффект, скорее всего, не будет сильно значимым. Согласитесь, даже поймав за руку кого-то из топ-менеджмента на «откате», вряд ли вы принесете большой, на фоне оборотов промышленного комплекса, эффект в копилку. Зато это будет подтвержденный факт профилактики. Набор прямых, доведенных до логического завершения фактов фрода: мелких хищений ГСМ[25] и ТМЦ[26], мошенничеств в закупочной и коммерческой деятельности, крупных откатных схем — будет являться подтвержденным результатом. При этом важно понимать — каждый факт должен быть задокументирован и реализован. То есть длящееся корпоративное расследование или эпизодически выявленное хищение должно завершиться уголовным делом (административным производством), возмещением ущерба, увольнением либо дисциплинарным взысканием (на усмотрение руководства), выраженным в финансовом результате. Естественно, данный процесс работает как в отношении сотрудников предприятия, так и в отношении внешних угроз: разбойников, мошенников, а также великих комбинаторов всех видов, «…знающих четыреста сравнительно честных способов отъема денег…».

Когда СБ может продемонстрировать результат: уволенного руководителя управления закупок, осужденного за кражу инженера, возмещенный ущерб со стороны сотрудника или подрядчика, — это и составляет эффект деятельности, так называемую профилактику. Характер такого экономического эффекта в общей сумме может быть незначительный по сравнению со следующими двумя сегментами, но он визуально виден и понятен собственнику.

Предположим, что от общей годовой массы экономического эффекта категория fraud будет составлять 40 условных единиц (20 % от желаемого результата), при этом демонстрируемый профилактический эффект этих 20 % будет достигать три четверти от всей возможной профилактики.

Сегмент № 2. Process

Корректировка отклонений бизнес-процессов, претензионная работа, возмещение ущерба по