Честное предупреждение - Майкл Коннелли Страница 61

«НЕ БЕРИТЕ ЕГО ЖИВЫМ»

Глава 36

Мы не проронили ни слова, пока не вышли из здания и не направились к парковке. На улице уже стемнело.

Подъезжая сюда, я заметил синий БМВ Рейчел и припарковался рядом. Теперь мы остановились позади наших машин.

— Это было тяжело, — сказала Рейчел.

— Да уж, — согласился я.

— Как там отец в коридоре?

— Ох… Никогда не знаю, что говорить в таких ситуациях.

— Мне пришлось это сделать, Джек. Выставить его за дверь. Я хотела, чтобы она говорила свободно, потому что нам важны мельчайшие детали. Мы можем предположить: то, что случилось с ней, происходило и с другими жертвами, которых мы уже не можем расспросить. Гвинет дает нам шаблон.

— И каков же этот шаблон?

— Ну, во-первых, изнасилования не было. Она пригласила его к себе в квартиру, якобы чтобы показать планировку для сравнения, раз уж он по легенде искал жилье. Секс был по обоюдному согласию — он использовал презерватив, — но до финала дело не дошло. Он не смог удержать эрекцию. Он вышел из нее, и в этот момент начался кошмар. Он заставил ее встать с кровати и голой подойти к зеркалу в ванной. Он заставил ее смотреть на себя, пока сдавливал ей шею локтевым захватом.

— Вот дерьмо.

— Он тоже был голый, и она чувствовала, как к нему возвращается эрекция, когда он прижался к ее спине. В тот момент он думал, что убивает ее.

— Ублюдок кончает от самого процесса убийства.

— Все серийники так делают. Но факт отсутствия изнасилования важен. Это объясняет, почему он выбирает женщин с геном «DRD4». Он считает, что это дает ему преимущество, помогает затащить жертв в постель. В этом есть какой-то психологический расчет. Он не хочет быть насильником. Ему не нравится, что́ этот ярлык говорит о его личности.

— То есть убивать женщин — это нормально, главное — сначала их не насиловать.

— Это странно, но не уникально. Слышал про Сэма Литтла?

— Да, самый результативный серийник ФБР.

— Его поймали здесь, в Лос-Анджелесе, и на его счету до девяноста убийств женщин по всей стране. Он начал признаваться в преступлениях только после того, как следователи перестали называть его насильником — хотя в его случае он им и был. Ему было комфортно признаваться в убийствах, но он ни за что не признал бы ни одного изнасилования.

— Жуткие вещи.

— Но, как я уже сказала, не уникальные. Если это часть нашего профиля, мы можем стратегически использовать эту информацию в твоей статье или в последующих пресс-релизах, чтобы спровоцировать преступника.

— Ты имеешь в виду, заставить его охотиться за мной, Эмили или «FairWarning»?

— Я скорее о том, что он сам выйдет на связь, чтобы внести ясность. Есть масса примеров, когда серийные убийцы обращались в СМИ, чтобы, так сказать, исправить неточности в истории. Но меры предосторожности мы все равно примем.

— Что ж, мне нужно об этом подумать, обязательно обсудить с Эмили и Майроном.

— Разумеется. Мы ничего не предпримем без общего согласия. Пока это просто пища для размышлений.

Я кивнул.

— Что еще ты вынесла из этого разговора? — спросил я. — Что-то, что зацепило тебя как профайлера?

— Ну, очевидно, что после всего он ее одел, — сказала она. — Все жертвы, кроме Портреро, были одеты. Всех до Портреро он одевал, а затем избавлялся от тел, иногда весьма сложными способами, пытаясь скрыть убийство. Мне нужно внимательно изучить другие локации и места проживания женщин, но случай с Портреро может указывать на изменения в его поведении. Ее он из квартиры не выносил.

— Может, с другими секс был не у них дома? А там, где остановился он, или в его машине. Поэтому ему приходилось увозить их подальше от себя.

— Возможно, Джек. Мы еще сделаем из тебя профайлера. — Рейчел достала ключи и разблокировала машину.

— Что теперь? — спросил я. — Куда ты отсюда? Обратно в Бюро?

Она достала телефон, чтобы проверить время.

— Позвоню Метцу — это агент, который ведет дело, — скажу, что поговорила с ней, и они могут не спешить завтра с утра. Он вряд ли обрадуется, что я побежала впереди паровоза, но это займет его людей проверкой других деталей. А потом, думаю, на сегодня всё. А ты?

— Наверное, тоже. Проверю, как там Эмили, пишет ли она еще.

Я заколебался, прежде чем задать вопрос, который меня действительно волновал.

— Поедешь ко мне или домой?

— Ты хочешь, чтобы я поехала к тебе, Джек? — спросила Рейчел. — Ты кажешься расстроенным из-за меня.

— Я не расстроен. Просто слишком много всего происходит. Я вижу, как это дело, которое я начал, тянут в разные стороны разные люди. Отсюда и тревога.

— Ты про статью.

— Да, и про наши разногласия: публиковать или ждать.

— Ну, хорошая новость в том, что нам не нужно решать это до завтрашнего утра, верно?

— Верно.

— Тогда увидимся у тебя.

— Хорошо. Отлично. Поезжай за мной, я пущу тебя в гараж, встанешь на мое второе место.

— Отдаешь мне второе парковочное место? Ты уверен, что готов к такому важному шагу? — Она улыбнулась, и я улыбнулся в ответ.

— Эй, я дам тебе пульт и ключ, если захочешь, — сказал я.

Мяч снова был на ее стороне, и она кивнула.

— Буду прямо за тобой.

Она направилась к двери своей машины, вытаскивая телефон из заднего кармана, чтобы позвонить агенту Метцу. Это движение напомнило мне кое о чем.

— Постой, — сказал я. — Я не разглядел фоторобот, когда ты показывала его Гвинет. Дай взглянуть.

Она подошла ко мне, открывая фотогалерею на телефоне, и повернула экран в мою сторону. Это был черно-белый набросок: белый мужчина с густыми темными волосами и пронзительными глазами. Квадратная челюсть, нос плоский и широкий. Уши плотно прижаты к голове, их верхушки исчезают под линией волос.

Я понял, что он кажется мне знакомым.

— Минутку, — произнес я.

Я протянул руку и придержал руку Рейчел, чтобы она не убрала телефон.

— Что такое? — спросила она.

— Кажется, я знаю этого парня, — сказал я. — В смысле, думаю, я его видел.

— Где?

— Не знаю. Но волосы… и форма челюсти…

— Ты уверен?

— Нет. Я просто…

Мой мозг лихорадочно перебирал события последних дней. Я сосредоточился на часах, проведенных в тюрьме. Видел ли я этого человека в мужском централе? То была ночь сильного страха и эмоций. Я отчетливо помнил, что и кого видел, но не мог поместить человека с рисунка в те воспоминания.

Я отпустил руку Рейчел.

— Не знаю, наверное, я ошибаюсь, — сказал