Энн Макалистер - Возвращение плейбоя Страница 21

«Хвала небесам», – подумал Лукас. Но на следующий день ему не терпелось узнать, как все прошло. Он зашел к ней в кабинет и сделал вид, что хотел напомнить ей о вечерней игре в бейсбол.

– Ну, как Грейс? – немного натянуто спросил Лукас.

– Она потрясающая. Из этой женщины получится великолепный арт-директор. У нее есть все необходимые связи для этого. Грейс может достать что угодно в этом городе. Лукас, я серьезно, подумай об этом. Теперь я понимаю, почему твоя мать думает, что тебе следует жениться на Грейс.

– Ни за что, – твердо ответил Лукас. – Она мне не интересна.

– Но тебе все равно придется кого-то искать, – вздохнула Холли. – До моего отъезда осталось не так уж много времени.

Она все еще думала о том, чтобы уехать. На доске в ее кабинете висела копия плана-графика ее поездки и несколько распечатанных писем из Корпуса мира, в которых говорилось, какие прививки необходимо сделать.

– Как хорошо, что у меня нет страха перед иголками, – пошутила Холли, отправляясь делать прививку от тифа.

Лукасу хотелось, чтобы это было не так. И ему не нравилось, когда Холли советовалась с ним, какую одежду ей лучше взять с собой на остров.

Но он не решался напрямую сказать ей, чтобы она не ехала туда, потому что не знал, что будет дальше.

В постели им было не до разговоров о прививках или подходящей одежде для тихоокеанского климата. Они занимались любовью. И в этом деле Холли тоже превзошла все его ожидания. Она оказалась очень страстной, увлеченной и изобретательной любовницей, о чем он мог только мечтать, и принимала его ласки с восторгом и воодушевлением.

Лукас занимался заявками на получение гранта, и у него выскакивало сердце из груди, когда он наблюдал за Холли, которая грызла конец ручки, задумчиво читая какую-то статью, или облизывалась при виде вкусного бутерброда, который заносил в офис кто-нибудь из художников. И Лукас тут же вспоминал, как ее губы касались его тела, а ее язык заставлял его сходить с ума от возбуждения.

Сейчас происходило то же самое. Лукас как раз вернулся с переговоров, проходивших в гостинице «Плаза», и по дороге к себе заглянул в офис. Холли сидела за столом, склонившись над какими-то бумагами.

– О, ты вернулся, – подняла она голову. – Ты что-то сказал? – Она постучала ручкой по нижней губе и коснулась ее кончиком языка.

Лукас почувствовал сильное возбуждение, и это в офисе, в разгар рабочего дня.

– Нет. И перестань дразнить меня.

– Дразнить? – удивленно посмотрела на него Холли, но потом на ее лице заиграла хитрая улыбка. – Как-то не подумала об этом.

– Сомневаюсь. – Сейчас-то она точно знала, о чем говорит. – Ты хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью прямо здесь?

Холли наклонила голову и насмешливо улыбнулась:

– Это угроза или обещание?

Холли никогда не думала о себе как о распутной женщине. И ей никогда в голову не пришло бы заниматься любовью с Мэттом на столе посреди бела дня. Но Лукас пробудил в ней какую-то ненасытную особу, которая решительно настроилась получить от этих нескольких недель все и по максимуму.

Почему бы и нет? Они были взрослыми людьми и знали друг друга достаточно хорошо, чтобы пробудить желание друг в друге, особенно теперь, когда Мэтт больше не стоял между ними в качестве сдерживающего фактора.

Если Лукас появился перед ней весь такой обольстительный, почему бы ей не пофлиртовать с ним?

– Думаю, обещание. – Лукас повернулся, захлопнул дверь и закрыл ее изнутри.

Холли почувствовала, как горячая волна прокатилась по ее телу, когда Лукас решительно пересек комнату и подошел к ней.

Холли поднялась и вышла из-за стола.

– Как мило, что ты виделся сегодня с мэром, – промурлыкала она и потянулась к Лукасу, чтобы снять с него галстук. – Думаю, я смогу найти применение этому галстуку.

И она нашла. Несколько раз. Два раза на диване в офисе Лукаса и потом в его постели.

Близость с Лукасом была головокружительной и упоительной. Он помог ей открыть в себе то, о чем она никогда не подозревала. С Мэттом все было степенным, спокойным и надежным, не исключая их занятий любовью, тогда как с Лукасом она переживала целую гамму ощущений: от полыхающей страсти до тихой нежности, от необузданной восторженности до ласковой кротости.

Этот кратковременный любовный роман превзошел все ее ожидания.

Насытившись любовью, Холли лежала рядом с Лукасом и смотрела на него, пытаясь запомнить каждую черточку его лица.

Она не могла этого позволить, но иногда ловила себя на мысли, что мечтает о… Холли боялась даже признаться себе, о чем мечтала в эти дни, засыпая в объятиях Лукаса.

Потому что Лукас был человеком, глаза которого всегда обращены на горизонт. Он был не из тех, кого интересуют долгосрочные отношения. Лукас привык путешествовать налегке.

То, что он обосновался в Нью-Йорке, еще не значило, что он не бросит ее. Поэтому ей нужно уехать первой.

– Запомни это, – пробормотала она, положив ему руку на грудь.

Он поднял голову и повернулся к Холли.

– Запомнить что? – мягко спросил он.

Холли помедлила, а потом прижалась к нему губами. Ее рука скользнула по его груди, опускаясь ниже по упругому животу Лукаса. Холли следовала своему решению жить здесь и сейчас и получать удовольствие от каждого мгновения.

И она не будет просить большего.

 Глава 9

Открытие галереи имело невероятный успех. И все благодаря Холли.

Лукас был очень доволен. Ведь это он нанял ее на работу, в конце концов.

Холли конечно же приписывала успех другим, но Лукасу было виднее.

Он смотрел, как Холли, двигаясь в толпе гостей, улыбалась и останавливалась, чтобы рассказать о достоинствах одного художника и о творческом видении другого, потому что за это время успела хорошо узнать каждого из них.

– Эта девушка потрясающая, – сказала ему жена Элиаса, Талли. – Замечательный выбор, Лукас, – добавила она с улыбкой.

– Ага. – Лукас прислонился к стене, хотя ему надлежало быть там, пожимать руки гостям, отвечать на каверзные вопросы журналистов и вести беседы с влиятельными особами. Но он сделал небольшой шаг назад и позволил себе помечтать.

Лукас представил, как они еще раз вместе с Холли принимают гостей, а потом делают это постоянно.

Постоянно? Как если бы они… Неужели он должен сделать ей предложение?

Все внутри болезненно сжалось. Так было всегда, стоило подумать о женитьбе.

Когда Талли до этого сказала, что ему следует жениться на Грейс, Лукас тут же представил себе, что его приговаривают к пожизненному заключению. Грейс была чудесным человеком. Потрясающая. Умная. Способная. Красивая. Но Лукас не представлял ее рядом с собой. Ни одну девушку, с которой он встречался, Лукас не видел в качестве своей жены. Брак для него был чем-то абстрактным.

Все мужчины семьи Антонидис обзавелись семьями. И Лукас не раз подумывал, что может оказаться исключением из общего правила. Ему исполнилось тридцать два года, но он так и не встретил ту, которой мог бы предложить руку и сердце.

Лукас смотрел, как Холли представила одного из художников мэру города, и, оставив их разговаривать, повернулась, чтобы проверить, не нужна ли кому-нибудь ее помощь. Ее взгляд упал на Лукаса, и лицо Холли просветелело.

За всю свою жизнь у Лукаса ни разу не возникало желание сделать кому-нибудь предложение.

До этого момента.

В декабре, когда она согласилась на двухгодичную службу в Корпусе мира, Холли начала отсчитывать дни до начала своей подготовки и с растущим воодушевлением помечала прошедшие дни маркером.

Две недели назад она прекратила этот отсчет.

Холли заметила это только в среду после открытия галереи.

Лукас уехал на встречу с Элиасом, и она проснулась одна, что случалось очень редко. Ей не хотелось лежать в пустой кровати и думать о том, как ей не хватает Лукаса, поэтому Холли поднялась и пошла в душ.

Придя на кухню, чтобы сделать себе завтрак, она наконец заметила свой календарь. Оказывается, она не отмечала дни целых две с половиной недели, с того самого дня, когда съехала со своей квартиры.

С того дня, когда начался их с Лукасом роман.

Роман. Кратковременный. Поверхностный. Не имеющий смысла. Было бесполезно не обращать внимания на свое влечение к Лукасу, но, когда она все-таки уступила ему, стало еще хуже. Холли думала, что, пустившись в эту авантюру, она не откроет для себя ничего нового в Лукасе, он навсегда останется таким же красивым, обольстительным, талантливым и вместе с тем непостоянным, ненадежным и эгоистичным.

Холли не сомневалась, что, когда придет время, она сможет без сожалений оставить эти отношения в прошлом. Но она перестала даже зачеркивать дни в календаре! Холли действительно жила одним днем и наслаждалась каждой его минутой. Но внутри рос страх, что она совершила огромную ошибку, искушая судьбу, когда допустила близость с Лукасом.