Конфедерат: Бросок на Балканы - Владимир Поляков Страница 28

Зато он, то есть б Сэммс, точно не собирался «спускать флаги», пусть и в переносном смысле, перед какими-то чересчур много возомнившими о себе дикарями, что понакупили современных кораблей. а вот использовать их… С использованием у турок всегда были большие проблемы. Никак не получалось у них подружиться с веяниями прогресса. Вот и сейчас флот адмирала Дамад Мехмед Али-паши поддерживался в боеспособном состоянии французскими и в некоторой степени британскими «консультантами», по факту наёмниками. Или не совсем наёмниками, а скорее проводниками воли своих сюзеренов, особенно того, который сейчас сидел в Париже, страдая от почечной болезни.

О чём американский адмирал жалел, так это об отсутствии в составе его эскадры малых кораблей наподобие корветов, а лучше и вовсе начавших производиться на имперских верфях безбронных минных крейсеров. Да, кораблики были маленькие в сравнении с броненосцами и даже с крейсерами. Да, отсутствовала броня и артиллерия была представлена малокалиберными орудиями. Зато скорость, маневренность… и как основное оружие — минные аппараты, способные стрелять самодвижущимися минами, способными при попадании утопить или серьёзно повредить корабли куда большие, нежели сам минный крейсер.

Увы, но переход через Атлантику для таких корабликов пока что являлся слишком рискованным занятием. А постройка подобных конструкций на верфях союзной империи, Российской — на такое морское министерство пока не было готово пойти. Пока не было, поскольку грядущие изменения обещались стать такими знаковыми, что подобного нельзя исключать. Династические браки — они такие сложные и в то же время на многое способные, что…

Впрочем, «игры престолов», как это стало принято называть при ричмондском дворе — это дела тех, кто в них участвует. Сам же Рафаэль Сэммс предпочитал концентрироваться на том, что считал не просто важным, но и нужным для себя лично.

Нет минных крейсеров? Зато имеются несколько арендованных пароходов, временно переоборудованных во что-то вроде авизо — помеси рассыльно-курьерских судов и полувоенных кораблей. «Полу», потому как наспех переоборудованный торговый или пассажирский пароходик, на который наспех воткнули несколько небольших орудий и несколькими стальными листами кое-как забронировали рубку — это вовсе не военное судно, способное участвовать в настоящих сражениях. Однако положение вынуждало выкручиваться, пусть и таким вот образом.

Пять таких переоборудованных и слегка вооруженных пароходов и играли сейчас роли разведчиков. У них была единственная задача — патрулировать дальние подступы к Котору и, при обнаружении вражеских, то есть османских кораблей на всех парах мчаться обратно, тем самым предупреждая прикрывающие порт Котора дежурные броненосец и два крейсера, меняющиеся в произвольном порядке. Это должно было позволить находящимся на внутреннем рейде оставшимся кораблям эскадры развести пары и приготовиться к выходу. А уж там… Сэммс не то что не опасался сражения — он его ждал! И сейчас чувствовал, что вот-вот дождётся. Не первое полноценное эскадренное сражение, но такое, в котором он будет командовать собственной эскадрой без оглядки на вышестоящих. Командовать и побеждать. Да, именно побеждать, поскольку иного исхода он не мог допустить в принципе. Честолюбие, жажда славы, риска, особенного состояния души. Знакомые ощущения, уже испытанные, но именно поэтому вновь и вновь тянущие испытать их в очередной раз. И что в сравнении с этим всяческие чины и ордена, статьи в газетах и попадание на страницы книг просто и действительно серьёзных научных трудов в военных академиях. Правильно, лишь дополнение к основному, не более того, но и не менее.

* * *

— Всех привели, Мартин. Почти всех, — поправил сам себя Сэммс, рассматривая в бинокль видневшиеся вдали османские корабли. — Три броненосца и два больших корвета из числа англо-французских. Большие фрегаты, четыре из пяти. Эрготрул', «Косова», «Хюдавендигар» и «Гамидие». Только «Иджедига» не видно.

— Что-то нужно было оставить, адмирал, — усмехнулся Стрейндж. — Вот и старых «Мухатдем Каир» и «Феизи Бахри» с «Шериф Разан» не видно. Зато много простых корветов, Больших и малых.

— Семнадцать броненосных вымпелов, новых и добронированно-переделанных, — процедил Сэммс, подводя итоги увиденного. — Два десятка простых корветов разной степени опасности. И канлодки, авизо, вооружённые пароходы, прочая мелочь. Нас боятся с самого начала, хотя пытаются скрывать. И правильно делают, что боятся, — хищно оскалился искатель приключениий и предельного риска в адмиральском звании. — Мы. Их. Потопим! Всех! Поднять флаги!

Капитан первого ранга Стрейндж, командующий флагманским «Алмазом», не собирался «изобретать колесо», к тому же имел чёткие инструкции, как именно должна происходить завязка боя. А затем, наблюдая за завязкой сражения, мог выбирать между примерно десятком вариантов, заблаговременно предоставленных ему Сэммсом.

Что же сам адмирал? Как бы странно это не прозвучало, Сэммс, составив предварительный план, а точнее вариации плана предстоящего сражения, частично отстранился. Почему? Захотел понаблюдать за тем, как капитан Стрейндж будет творчески реализовывать его адмиральские планы. Однако был готов при первой же необходимости либо вносить нужные коррективы, либо и вовсе перехватить управление.

Меж тем эскадра, выстроившись в ордер, при котором ядро из броненосцев было прикрыто крейсерами, аккуратно так отползала в сторону открытой воды, будучи готовой огрызнуться сперва пристрелочными выстрелами, а затем и полноценными залпами главного калибра. Ставка, понятное дело, делалась на дальний бой, поскольку при превосходстве в дальнобойности и меткости орудий лезть в бой на ближних дистанциях… такое себе решение. Вдобавок сама тактика использования таранных ударов, несмотря на успешное применение в прошлом, американским флотом была отброшена как устаревшая. Более того, у кораблей броненосной эскадры и таранов то как таковых не имелось по весьма весомым причинам. Каким именно? Масса и скорость. Ведь что такое таран у корабля? Этакий стальной «клюв», скрытый под водой, который должен вонзиться в борт вражеского корабля, пробить его, при этом не разрушившись и не став покореженным, что помешало бы последующему высвобождению и отходу обратно. Массивный такой «клюв». А где лишняя и выбивающаяся из естественных для корабля обводов масса, там что? Верно, как снижение скорости, так и избыточный вес, который можно использовать для иных целей.

Вот потому американский флот и отказался от таранов как от пережитка пусть недавнего, славного, но всё же прошлого. Того прошлого, в котором артиллерия не являлась достаточно развитой для гарантированного пробития брони вражеских кораблей даже на близкой дистанции. Теперь же это было устранено. Конические бронебойные снаряды, выпускаемые из казнозарядных нарезных орудий большого калибра, позволяли пусть порой не с первого раза, пусть на не самых великих дистанциях, но всё же пробивать броневые плиты. Учебные стрельбы, они не просто так устраивались в империи с завидной частотой,