Люди как боги. Книга 2. Вторжение в Персей [litres] - Сергей Александрович Снегов Страница 33

Авиетка с припасами подползла к нам, я попытался покормить Астра, но он отказался от еды.

– Мы скоро потеряем сына, – сказал я Мери.

Я слышал свой голос словно со стороны – деревянный, безучастно спокойный. Мери ничего не сказала. Все эти ночные часы она мужественно шла за мной, я не слышал от нее ни слова жалобы, ни стона, теперь же, при свете встающей жестокой звезды, видел, во что обошлась ей ночь. Если Астр посинел, то она была вся черная.

Я позвал Ромеро. Мы несчастные существа, современные люди, сказал я. Мы победили болезни, нас опекают могущественнейшие машины. Но, лишенные механических помощников, мы беспомощны. В древности люди росли более цепкими. Вы один знаете древность. Вспомните какой-нибудь старинный рецепт спасения! Их было так много, восстанавливающих жизнь рецептов, – массажи, переливание крови, гипнотические внушения, какие-то штуки, называвшиеся лекарствами. Он печально покачал головой.

– Лекарств от перегрузок у древних не было. Если хотите знать мое искреннее мнение, есть лишь один способ спасти Астра – и осуществление его зависит от вас… – Он говорил очень настойчиво, но требовал того, что, может быть, было единственным, что от меня не зависело: – Вы должны увидеть новый вещий сон – и узнать из него, куда нас с такой поспешностью гонят, зачем, для чего… Поверьте моей интуиции, дорогой друг, только это.

К Астру подошли Лусин и Труб. Лусин вел под руку согнутого Андре. Труб взял Астра, мальчик лежал на одном крыле – другим ангел прикрывал его от палящей звезды, Астр посмотрел на Труба, но не узнал его, и лишь когда перевел взгляд на меня, к нему вернулось понимание. Он слабо улыбнулся.

– Я вынесу… – прошептал он.

Я отвернулся, а когда посмотрел снова, Астр был без сознания.

– Не беспокойся, Эли! – сказал Труб. – У меня хватит сил нести твоего сына.

– Труб, ты сам пошатываешься и задеваешь крыльями грунт. Астра надо положить на авиетку.

Я попросил у Орлана одну из авиеток для Астра и Мери. Взять авиетку Орлан разрешил, но поместить ее среди людей отказался: машины должны следовать позади пленников. Труб и Осима уговаривали меня не отдавать Астра разрушителям. Труб схватил моего сына и стал доказывать, что нести мальчика ему нетрудно.

– Сегодня меньше давит к грунту, Эли!

Гравитация ослабевает, – подтвердил Осима.

Труб с Астром занял место между Мери и Осимой.

Когда мы двинулись в путь, ко мне подобрался Лусин.

– По очереди будем, – сказал он. – Драконы. Один пегас. Очень сильный, Не беспокойся. Донесем.

– Куда донесем? Куда? – спросил я. Меня захлестнуло отчаяние. – Погляди вокруг, Лусин. Везде только золото и свинец, свинец и золото! Даже могилы не вырыть!

7

В тот переход я двигался, не видя ни планеты, ни неба, ни бешено пылающего светила, ни людей, ни врагов. Я был в своем собственном мирке, так глухо отгороженном от внешнего, как Оранжевая отгородила себя от Вселенной. И во мне кипела такая буря, что я шатался и сникал уже не от тяжести, а от того, что раздирало душу. Всеми мыслями, всеми ощущениями я призывал того неведомого друга или друзей, которые посылали мне пророческие сны. Я не знал, существуют ли они реально, не бред ли самая мысль об их существовании, но звал их, заклинал явиться, упрашивал просветить меня… Помогите, просил я с молчаливым рыданием, помогите, сейчас нужна ваша помощь!

– Как Астр? – спросил я у Мери, когда Орлан скомандовал очередной привал. Труба рядом с ней не было.

Мери молча подвела меня к дракону, ползущему среди людей, на спине его лежал неподвижный Астр. Я гладил сыну руки, разговаривал с ним – он не откликался, и я уже знал, что он не откликнется, он медленно уходил насовсем…

– Эли, тебе надо отдохнуть, – тихо сказала Мери. Я отошел, и место около Астра заняли Лусин и Андре. Я обернулся: Лусин что-то говорил Астру и гладил его руки, Андре стоял понурившись.

Ночь застала нас на третьем переходе этого дня. Когда звезда закатилась, Орлан скомандовал ночлег. Астр был все такой же – неподвижный, бесчувственый. Но хуже ему не стало – и это показалось мне хорошим предзнаменованием. Он по-прежнему лежал на спине дракона.

«Завтра гравитация станет меньше», – подумал я. Я постоял около Астра и вдруг почувствовал, что теряю сознание.

Я провалился в сон, как в люк. И еще не отрешенный полностью от яви, я уже весь был во сне. Я увидел как бы со стороны, что переношусь за охранную цепь головоглазов, в тот конец лагеря, где размещались враги. И сам я внезапно трансформировался из человека в разрушителя. Я шел по ночному лагерю рядом с Орланом – теперь я был одним из его стражей, одним из тех двоих, что всегда сопровождали его, второй куда-то отдалился, – и Орлан тихо шепнул мне:

– Запоминай каждое мнение – это важно, Крад…

– Да, – сказал я с угрозой, я ясно слышал в своем голосе угрозу: Орлан ведь не знал, что я вовсе не Крад. – Я все запомню!..

И скоро вместе со мной, человеком, обернувшимся разрушителем, началось совещание военачальников и охраны.

Глухая ночь простиралась над планетой, издалека доносились смутные шумы, пленные стонали, всхлипывали во сне, пегасы и драконы тяжело ворочались, а мы сидели в золотой ложбинке, прикрытые скалами из свинца, освещенные сумрачным сиянием головоглазов.

Я плохо видел тех, кто подавал голос из тьмы, но одного различил хорошо – огромного невидимку неподалеку, он был на добрую голову выше любого разрушителя. Около него разместились еще два невидимки поменьше.

– Положение осложняется, – открыл совещание Орлан. – Нужно принимать важные решения.

– Повтори, что ты знаешь, Орлан, – попросил огромный невидимка. – Действенные решения без точной информации не удадутся.

– Уничтожить всех пленных – вот единственное решение, – резко сказал второй охранник Орлана. Сейчас он держал себя скорее начальником, чем безмолвным телохранителем, каким я его знал.

– Понимаю твое желание, Гиг, – ответил Орлан рослому невидимке, – но вряд ли смогу добавить что-нибудь новое: связи со Станцией по-прежнему нет. Мы двигаемся вслепую, действуем вслепую.

– У нас есть программа священных идей Великого разрушителя, она освещает любую тьму, – еще резче сказал второй охранник.

– Да, конечно, идеи Великого освещают любую тьму, – согласился Орлан. – И они – единственный луч света в сгустившейся вокруг тьме. Может быть, не помешает, если я вкратце повторю, что мы знаем и чего не знаем.

Он начал с человеческого флота, штурмующего Персей. Люди аннигилировали второе космическое тело. Великий разрушитель перенес резиденцию на Натриевую планету, удаленную от района, где бушует война. Нынешнее