Атаман - Владимир Сергеевич Василенко Страница 4

Война.

То, о чём судачили в газетах уже последние полгода, наконец, свершилось — пороховая бочка Европы рванула. Самые влиятельные империи этого мира — Российская, Британская, Османская, Иберийская — схлестнулись на полях сражений. Причем события развиваются стремительно, и новые стороны конфликта подключаются, будто затягиваемые водоворотом.

Полыхнуло, впрочем, не только в самой Европе — недавно дошли новости и из Нового Света. Бунты охватили сразу несколько британских колоний в Северной Америке, и кто-то уже начал называть это войной за независимость.

Романов, к слову, бунтовщиков-американцев решил поддержать — просто в пику англосаксам. Хотя пока всё ограничивается финансовой и агентурной помощью — из-за непроходимых областей Сайберии Российская империя не имеет возможности перебрасывать войска в новый Свет через Тихий океан, да и вообще не имеет контроля над Дальним востоком. Откуда, кстати говоря, сейчас тоже можно ждать удара — Поднебесная может воспользоваться удачным стечением обстоятельств, чтобы снести восточные русские остроги за Байкалом. А поговаривают, что и Япония в последнее время меняет курс, постепенно выходя из самоизоляции и заявляя свои права на окрестные территории.

В общем, веселуха. Надо ли говорить, что сейчас все ресурсы и все помыслы императора брошены на войну, и наша экспедиция резко отошла на второй план. Особенно сложно приходится с обеспечением «боевыми» разновидностями эмберита. И, увы, эти проблемы не удавалось решить тупо деньгами.

Впрочем, время ещё есть. Я рассчитывал ещё по меньшей мере на пару месяцев — зимние холода лучше переждать в городе и двинуться на восток с весной, чтобы до предполагаемого местоположения Ока Зимы добраться как раз к лету. Там, конечно, никакого лета не будет, но хоть какое-то послабление температурного режима всё же можно ждать — чисто за счёт положения Земли на орбите.

Если честно, я пока не очень-то и рвался туда, в тайгу. Первый азарт прошёл, и меня постепенно затянули повседневные дела. Обучение, тренировки, развитие Дара занимали большую часть дня, но гораздо ценнее для меня было оставшееся время, которое я проводил с Радой и друзьями.

Мне нравилось возиться с Путилиным в гараже, ремонтируя одну из старых фамильных колымаг. Нравились хлопоты, связанные с ремонтом и благоустройством усадьбы — жильцов в ней за последнее время здорово прибавилось, так что мы расконсервировали уже большую часть здания. Было приятно наблюдать, как старый особняк оживает, расцветая с каждым днём — будто бы время для него обернулось вспять.

Ну, и конечно, я не мог оторваться от Рады — преимущественно вечером и ночью. Демьян на нас всё ещё поглядывал исподлобья, хотя принципиальное его отеческое благословение я получил. Но он до сих пор воспринимал Раду, как ребёнка, хотя даже формально она уже перешагнула порог совершеннолетия. Да и в вопросах добрачных отношений он был весьма старомоден, что неудивительно. Сколько ему на самом деле лет, он даже нам не признавался.

В общем, спокойная мирная жизнь затянула меня, и я спешил насладиться её прелестями. Будто чувствовал, что это ненадолго.

Тревожные вести с запада приходили каждый день — передовицы томских газет последний месяц были полностью посвящены разворачивающейся войне, которую кто-то уже успел окрестить мировой. Полыхало уже изрядно, причём этот конфликт грозил стать войной всех против всех — у местных империй накопилось столько взаимных претензий, что не удавалось сформировать даже временных коалиций.

Я какое-то время честно пытался разобраться, кто там прав, кто виноват. Но только ещё больше запутался. А заодно вспомнились слова Вяземского о том, что долголетие нефилимов сказывается на долгосрочной политике. Когда живёшь лет сто пятьдесят — невольно тянешь сквозь десятилетия все старые распри и обиды. Похоже, что и в этой войне было много чисто личных мотивов.

Но война была не единственной напастью. С востока, из глубин Сайберии, тоже что-то явно надвигалось. Метели несли с собой повышенную концентрацию эдры, так что выпавший снег «фонил» ещё несколько часов, слабо светясь в темноте. В пригородах и даже на окраинах самого Томска участились инциденты, связанные с чудовищами, приходящими из тайги. В основном это были шолмосы, русалки и прочая мелочь, тем не менее, довольно опасная для обычных смертных. В обычное время они довольно осторожны и не нападают на людей, тем более в жилой зоне. Но сейчас — не то обнаглели, не то были выгнаны со своих постоянных ареалов обитания.

Путилин, кстати, больше склонялся ко второму варианту. Особенно когда пару недель назад нам пришлось делать двухдневную вылазку в лес, чтобы выследить целый отряд низкорослых клыкастых человекообразных существ, покрытых шерстью и твёрдыми роговыми наростами — этакой природной бронёй. Бог с ней, с внешностью, но эти волосатые дикари оказались ещё и людоедами, и за короткое время совершили несколько жестоких налётов на окрестные деревни. Увы, прежде, чем мы их ликвидировали, они успели вырезать больше десяти человек.

Вернувшись в город, мы долго искали в архивах Священной дружины описания подобных существ. И по всему выходило, что это мэнквы — представители таёжного племени, живущего почти в тысяче вёрст от Томской губернии. Дарина подтвердила наши выводы.

— Мне приходилось встречать подобных, но гораздо дальше к востоку. Но обычно они не такие кровожадные.

— Они разумны?

— Определённо. Глупее людей, и язык у них очень примитивен. Но в целом людям удаётся уживаться рядом с ними, а некоторым даже налаживать простейшую торговлю. Хотя мэнквы обычно очень замкнуты. Живут маленькими семейными общинами, к людским поселениям выходят редко. Даже не представляю, что могло заставить этот отряд сорваться с обжитых мест и проделать такой огромный путь на запад…

Увы, история с людоедами была не единственной за последнее время. Много шума наделал огромный изменённый медведь-шатун, весом тонны на полторы. Это чудовище орудовало в окрестностях многострадальной Самуси и превратилось в настоящий кошмар. Хуже всего было то, что зверюга, несмотря на свои размеры, была просто неуловимой. Выследить её мне удалось только с помощью Аспекта Яг-Морта. Да и для того, чтобы убить, пришлось изрядно повозиться. Обидно, что карбункул чудовища не содержал каких-то новых для меня Аспектов — лишь очередную вариацию Дара Зверя, которая просто влилась в мою боевую форму и ещё немного укрепила её.

В общим, по линии Священной Дружины работёнки нам хватало даже здесь, в Томске. А уж из дальних таёжных острогов доходили ещё более тревожные вести. Усугублялось всё тем, что их гарнизонам срочно требовалось