Ведьмак из Большого Киева. Матадор - Владимир Николаевич Васильев Страница 47

Ламберт сосредоточенно возился с ноутбуком – шарил по указанному Весемиром сайту, Зигурд заглядывал ему через плечо. Остальные заглянуть не могли – банально не хватало места. Геральт подумал, что следовало бы на какое-то время отвлечься, проветрить мозги. Его на пару секунд опередил Койон, обратившийся к молодым ведьмакам:

– Эй, хлопцы! Я давно в Арзамасе не бывал, совсем вас не помню. Назовитесь, что ли? Давно ли ведьмачите?

Старший из четверки немедленно вскочил:

– Меня зовут Миодраг, шестой год как выпустился…

– Миодра-аг? Ага, так это ты занимался ловушкой на ровенской подстанции? – спросил Койон.

– Я, – Миодраг еле заметно улыбнулся, разумеется, не без гордости.

– Наслышаны, наслышаны, адекватно сработано! – похвалил Койон, причем искренне похвалил. История там была реально громкая, чтобы не сказать оглушительная. – А что еще успел закрыть?

– Сам – только погрузчик во Львове и случай с бензопилами в Кременчуге. А до того помогал Шарафу.

– Ну что ж, очень неплохо для начала! – подытожил Койон и протянул ладонь для рукопожатия. – Ведьмачь, как всех нас учили!

Опытные ведьмаки по очереди пожали руку Миодрагу, даже Ламберт и Зигурд на миг оторвались от ноутбука. Только Шараф жать руку не стал, лишь потрепал парня по матереющему загривку – он-то с Миодрагом какое-то время работал в паре и, несомненно, знал его лучше прочих.

– Я – Амин, – представился второй молодой ведьмак.

Во внешности Амина угадывалась слабая примесь орочьей крови – был он плосколицый и скуластый, а глаза напоминали щелочки. Но чужой, нечеловеческой крови в Амине не могло быть больше одной шестнадцатой части, иначе он не пережил бы испытания фармацевтикой, которое способны вынести только люди или почти люди.

– Скоро два года как выпустился, пока помогаю Шарафу.

– Привет и тебе, Амин…

Ему тоже пожали руку.

Прошлогодних, совсем еще зеленых юнцов с не успевшими потускнеть татуировками на лысинах звали Даль и Сполох. Еще пару месяцев назад их было трое. Обычная история: им не посчастливилось сразу же прибиться к кому-нибудь из опытных ведьмаков, поэтому молодежь не спешила расстаться сразу же за воротами Арзамаса-16. На первое дело они подрядились втроем за весьма скромную оплату. Работу выполнили, но один из троицы навеки упокоился где-то на окраинной сумской рембазе.

Так бывало уже не раз. И еще не раз будет.

Весемир вернулся раньше, чем ожидали, – через час с небольшим. Иларио с ним не пришел, только Эскель. Прочесть что-либо по лицу предводителя ведьмаков было трудно, однако Геральт легко мог представить, чего стоил разговор с живым вроде Шака Тарума. Дельцы и так в общении малоприятный народ, а уж если напрямую ущемлены интересы дельца, – тут нужны железные тросы вместо нервов, чтоб с ним иметь дело.

– Эй, гвардия! – обратился Весемир к подручным Иларио. – Марш спать, завтра можете понадобиться.

Парамон и троица подручных без слов покинули номер.

Весемир уселся в кресло и некоторое время просто сидел, глядя в пространство перед собой и никого не замечая.

– От контракта я отвертелся, – глухо сообщил Весемир. – Мы всего лишь ведем наблюдения на территории комбината без каких-либо обязательств.

«Отлично, – воспрял духом Геральт. – Не хватало нам шумного облома…»

– Но я официально объявил территорию подзащитной, – добавил Весемир. – Сами понимаете, что это значит…

Это значило, что за любые значительные разрушения на комбинате все равно в ответе ведьмаки. А также за погибших живых, если таковые будут. Скорее всего, Весемир не сумел иным способом заручиться разрешением на полную свободу действий своего отряда – без заключенного контракта это и впрямь было малореально, ибо заводские кланы всегда норовят покочевряжиться и досадить ведьмакам, особенно когда те работают поодиночке. Геральт не очень любил подобные варианты, но сейчас такой шаг однозначно был оправданным.

– Геральт, Ламберт – продолжал Весемир. – Нужно установить несколько камер слежения. Около складов, потом – на маяке, откуда вы снимали ваше вчерашнее кино. У слипа, где дно подчищено. Ну и где еще – сами решите. Чем больше натыкаете, тем лучше. Охрана оповещена, можете даже припрячь их в помощь, Шак Тарум дал добро. Камеры у охраны, схема кабельной сети тоже. Прямо сейчас и займитесь. Остальным – спать. Завтра будет суетный день, братцы.

– Сделаем, учитель, – Ламберт вскочил и нашел глазами Геральта. – Пошли?

Геральт молча встал, подхватил рюкзачок и направился к выходу. После разнообразного дня обещала выдаться разнообразная ночь.

Внизу у турникетов их поджидал молчаливый орк в охранной униформе. Едва ведьмаки спустились по лестнице, он вышел из стеклянной будочки-стакана, уронил на пол пузатенький саквояж из кожзаменителя и вновь вернулся в будочку. От орка веяло плохо скрываемой неприязнью: скорее всего, он искренне считал, что во всех бедах комбината виноваты именно ведьмаки. Что ненавистные лысые мутанты сначала устраивают разнообразные козни и натравливают на живых всякую механическую погань, а потом сами же с ней и борются, но уже за деньги.

Любой ведьмак сталкивался с подобным отношением не однажды. Слишком оно было предсказуемым, чтобы обращать на него внимание. Геральт с Ламбертом и не обратили: сразу полезли в саквояж.

В саквояже россыпью были навалены миниатюрные видеокамеры, радиомодули и батареи к ним. Отдельно, в большом полиэтиленовом пакете, нашелся портативный пульт-микшер слежения. Даже комплект переходников с пульта на стандартный видеокомпозит имелся.

– Просто сказка! – оценил Ламберт, воодушевляясь. – Никакой мороки с проводами!

Будь камеры кабельными, возиться с ними пришлось бы всю ночь, а то и часть утра прихватить.

Ламберт закрыл саквояж, подхватил его и решительно направился к выходу на комбинатскую территорию.

На улице было прохладно, Геральт с трудом подавил желание зябко поежиться.

– Между прочим, нам еще через лиман переправляться, – заметил он. – На маяк и к складам.

– Переправимся! – отозвался Ламберт. – Нашел, тоже мне, проблему!

– Все местные корыта перепуганы до полного разноса, – недовольно буркнул Геральт. – Хрен ты их заставишь от берега отойти, да еще ночью.

– Не нуди, Геральт! Изобретем что-нибудь.

«Изобретем, разумеется, – подумал Геральт не без уныния. – Шахнуш тодд, кажется, я становлюсь старым брюзгой… Или просто приходится слишком много работать?»

Хорошо, что вскоре стало не до брюзжания: начали монтировать первые камеры. Ориентировали их в сторону воды, поскольку все сюрпризы ожидались из лимана. Ламберт подключал цилиндрики с линзой на торце к радиомодулям, вгонял на положенное место новенькие батареи и передавал сборку Геральту, который взбирался на крыши ангаров, подходящие фонарные столбы – словом, на любое возвышение, откуда открывался мало-мальски удачный вид