Одержимость Старшего - Яра Бах Страница 39

Мама. Университет. Стая, которая шушукалась за спиной. Всё это никуда не делось. Оно ждало за порогом этого тёплого, пахнущего хвоей и им коттеджа.

Я вздохнула.

Пальцы Адриана дрогнули. Медленно, сонно они начали поглаживать моё плечо, спускаясь к локтю, потом к талии. Я почувствовала, как его дыхание изменилось — проснулся.

— Не спишь? — голос хриплый, с ноткой удовольствия.

Я промолчала, только прижалась крепче.

Его губы коснулись моего плеча — легко, почти невесомо. Потом шеи, ниже, у самой ключицы. Я выгнулась, и почувствовала, как он улыбнулся в мою кожу. Ладонь скользнула по бедру, сжимая, поднимаясь выше.

Я откинула голову назад и улыбнулась сама себе.

Пусть весь мир подождёт.

Хотя бы час. Хотя бы этот час я хочу принадлежать только ему.

Я перелезла, устраиваясь сверху, и посмотрела ему в лицо. Сонный, расслабленный, с лёгкой щетиной. Красивый. Мой.

— Доброе утро, — шепнула я и сама потянулась к его губам.

* * *

В душ мы зашли вместе, и я сразу пожалела об этом.

Вода была горячей, пар заволок всё вокруг, но это не спасало. Адриан стоял под струями, запрокинув голову, вода стекала по его плечам, груди, животу... Я поймала себя на том, что пялюсь, и снова вспыхнула.

Когда я успела стать такой?

— Ты собираешься мыться или постоим? — его голос низкий, вибрирующий.

Я попыталась закрыть лицо руками и одновременно нырнуть к нему на грудь, лишь бы не видеть этого насмешливого взгляда. Но он мягко отстранил меня, заглядывая в глаза.

— Что такое, милая? Тебе не понравилось?

— Ы-ы... — промычала я в его ключицу.

— Посмотри на меня. Я не понимаю.

Я подняла голову, чувствуя, как горят щёки.

— Мне просто стыдно, — выдохнула я. — Ты видел чересчур много.

Адриан на мгновение замер, а потом улыбнулся — тепло, почти по-мальчишески. Обхватил моё лицо ладонями и прижался лбом к моему лбу.

— Моя девочка. Лучше это произошло со мной, чем мой зверь сорвался. Он бы заставил тебя обернуться, а звериные страсти такие, что я и сам не знаю, как на них реагировать порой.

Я похолодела.

— Что? Что они будут делать?

Он усмехнулся, провёл большим пальцем по моей скуле.

— Узнаешь чуть позже. Теперь, когда ты наладила связь со зверем, у тебя начнутся течки. Жду этого с нетерпением.

— Ах ты! Развратник! — я стукнула его по плечу, но он только рассмеялся.

— Зато ты осмелилась посмотреть мне в глаза, — он перехватил мою руку, прижал к своей груди. — Они у тебя очень красивые. Не прячь их от меня.

Я снова попыталась спрятаться, но он удержал меня за подбородок и поцеловал — смачно, глубоко, так, что колени подогнулись.

Потом сам принялся обмывать мое тело. Его крупные ладони скользили, намыливая и смывая пену, а мое тело выглядело таким миниатюрным, чувствовала себя уязвимой и защищенной одновременно.

Шрамы множились на его теле, я хотела потрогать, прикоснуться к дорожной карте его опасной жизни, тем более что многие полосы появились из-за меня. Но он не позволил.

— В другой раз. Не зацикливайся, это уже не имеет значения.

Я с сожалением вздохнула, но поверила и отпустила руку. Вода остановилась, а пар рванул наружу. Адриан потянул меня наружу, моментально закручивая в огромный махровый халат — его халат, пахнущий им.

И повёл вниз, завтракать.

Он готовил быстро, уверенно, а я хотела бы полюбоваться огромным обнаженным мужским телом, но взгляд сам по себе уплывал в сторону панорамного окна. За стеклом мороз рисовал узоры, солнце поднималось, снег искрился. Красиво. Спокойно.

Позже, сидя за столом, я ковыряла вилкой яичницу. Еда обалденно пахла, но аппетита не было.

— Что происходит в мыслях моей пары? — Адриан поставил передо мной чашку с чаем и сел напротив.

Я вздохнула.

— Всё сложно.

— Объясни. Всё моё время теперь принадлежит тебе. Я готов выслушать.

Я отложила вилку.

— Думаю о маме. Расскажи, что знаешь.

Он кивнул, сделал небольшую паузу.

— Как я тебе и обещал, её обследовали и провели полный курс восстановления. Алексей после разборок со мной не был замечен в грубости. Живут тихо и мирно.

Я выдохнула.

— Так что тебя беспокоит? — спросил он мягко.

Я подняла на него глаза. В них читалась растерянность. Он подался вперёд.

— Как должны относиться родители к детям и наоборот? — голос дрогнул. — Я не появлялась дома чёрт знает сколько. Не звонила, никак не проявлялась. И никто не начал беспокоиться. Есть ли у меня вообще семья? Была ли?

Он не отвёл взгляда.

— Ты правда думаешь, твоя мать не замечала, как к тебе относится Алексей все эти годы? — тихо спросил он. — Лия... Возможно, она всегда выбирала путь наименьшего сопротивления. И от меня, от Альфы, спокойно приняла новость, что я забрал тебя, что ты работаешь на благо клана и находишься под моей защитой. У неё не было поводов волноваться.

Я сглотнула.

— Она вырастила тебя такой доброй, чистой и наивной, — продолжил он, и в его голосе вдруг проступила такая нежность, что у меня защипало в носу. — Я лично очень благодарен ей за такой подарок. И даже рад, что она отпустила тебя так легко.

Я всхлипнула, уставившись в тарелку.

— Я понимаю, о чём ты говоришь. Но это слишком тяжело принять. Для меня она всегда была светом. Я старалась не мешать, не портить их отношения, чтобы маме было лучше. А когда я оказалась в реальной опасности, ещё и от отца, о котором узнала постфактум... — голос сорвался. — Так только тебе и было до меня дело. А если бы я не была твоей истинной?

Адриан поднялся, обошёл стол, и в следующее мгновение я уже сидела у него на коленях.

— Тогда и столько бед не пришлось бы пережить моей храброй волчице. Лучше вини меня во всём.

Я уткнулась ему в шею. Слёзы текли по щекам. Глупо. Уязвимо. Но легче.

— Девочка моя, — шептал он, гладя по спине. — Я с тобой. Мы создадим свою семью. И я позабочусь о тебе.

Я подняла голову, шмыгнула носом.

— А что если бы я так и не познала истинной связи? — спросила тихо.

Он посмотрел на меня серьёзно. Его пальцы легли мне на подбородок, приподнимая лицо.

— Истинность и так