Аластер Рейнольдс - Префект Страница 75

– Том, вы говорите об обывателях, а не о солдатах.

– Вы же сами назвали их бойцами.

– У них ни подготовки, ни снаряжения…

– Фабрики снабдят их всем необходимым, эйдетики обучат военному делу, префекты возглавят подразделения.

– Том, на Блистающем Поясе сто миллионов жителей. Для девяноста восьми процентов Аврора непосредственной угрозы не представляет. Вы правда считаете, что многие из них ринутся в бой с долгоносиками?

– Считаю, что нужно предоставить людям право выбора. В ополчение-то не все пойдут. Десять миллионов дадут нам подавляющее преимущество, особенно при поддержке сервороботов. Лилиан, это лишь каждый десятый. Многие согласятся с набором ополчения, твердо веря, что их к участию не привлекут.

– Предполагаемое число убитых и раненых не назовете? – поинтересовалась Бодри. – Рассчитываете, что погибнет десять процентов? Двадцать? Еще больше?

Дрейфус постучал стилосом по столу.

– Не знаю.

– Два миллиона погибших – это уже больше, чем при бомбардировке.

– Да, но это два миллиона добровольцев, решивших защищать Блистающий Пояс, а не два миллиона уничтоженных нами из страха перед смоделированной ситуацией.

– Может, мы найдем компромисс. – Звонкий голос Омонье ослабил напряжение между Дрейфусом и Бодри. – Расстрел анклавов претит каждому из нас, даже если мы не единодушны в оценке его обоснованности.

– Согласна, – осторожно проговорила Бодри.

– По каким критериям ты определяла следующие цели Авроры? – спросила Омонье.

– Доступность и практическая ценность. Еще потенциал для пространственных маневров: орбитальные скорости-то разные. Я предположила, что Аврора нацелится на ближайшие анклавы с производственными возможностями.

– По-моему, звучит вполне разумно, – кивнула Омонье. – Только один вопрос: успеем ли мы эвакуировать людей до того, как подоспеют долгоносики с захваченных анклавов?

– Хотите эвакуировать население, а потом торпеды пускать? – спросил Дрейфус.

– Если успеем, получится что-то вроде просеки в горящем лесу. Возможно, Аврорины долгоносики переберутся через нее к соседнему анклаву, зато мы выиграем время, не пожертвовав людьми.

– Если еще удастся их эвакуировать, – добавил Клирмаунтин.

– Мы не знаем, какой именно анклав станет следующей целью Авроры, – сказала Бодри, показывая на модель Единой системы. – Я отобрала кандидатов, но на точность прогноза не претендую.

– Тогда придется очистить больше анклавов, – вздохнула Омонье. – Срочную эвакуацию я объявлю на десяти потенциальных объектах следующей атаки.

– Предлагаю сосредоточить усилия на одном, чтобы показать: мы настроены серьезно, – сказал Дрейфус. – Надеюсь, остальные решат, что те же меры мы способны применить и по отношению к ним.

– Согласна, – отозвалась Омонье. – Люди ни в коем случае не должны почувствовать, что мы не справляемся. Эвакуации поможем через ЦКТ. Они без референдума вправе реквизировать и направлять по иному маршруту любой космический транспорт. Вместимость кораблей и количество стыковочных узлов, разумеется, ограниченны, но тут уж ничего не поделаешь. – Омонье в упор посмотрела на Бодри. – Лилиан, назови мне десять анклавов. Немедленно!

– Хотелось бы еще раз смоделировать ситуацию, немного изменив параметры, – попросила Бодри.

– Нет времени. Просто назови анклавы.

Бодри открыла рот, но от волнения не смогла вымолвить ни слова. Она притянула к себе компад со стилосом и начала составлять список. У нее даже рука тряслась: задание-то архиответственное.

– Сколько времени им дадите? – спросил Дрейфус. – Ну, до начала бомбардировки?

– Целые сутки мы ждать не можем, – ответила Омонье. – Слишком долго, слишком рискованно. По-моему, тринадцать часов – разумный компромисс, согласен?

«Она понимает, что это нереально, – подумал Дрейфус. – За исключением микрогосударств, управляемых семьей, ни из одного анклава так быстро людей не вывезти. Даже если корабли подготовлены к эвакуации и причалены к анклаву, а люди проинструктированы и полны решимости спокойно и организованно покинуть астероид, на котором многие прожили всю жизнь. Затея нереальная, зато люди получат шанс на спасение, и это много лучше безнадежности. Вот на что рассчитывает Джейн».

– Список готов, – объявила Бодри.

Омонье не парила, а неподвижно висела в эпицентре собственной сенсорной вселенной. Большинство каналов связи она отключила, оставив лишь яркую экваториальную полосу: двадцать пять – тридцать анклавов из группы непосредственно рискующих попасть под атаку Авроры. Изображения постоянно менялись местами, сбивая Дрейфуса с толку.

– Мы потеряем Нова-Бразилию и Дом Фламмарионов, – сообщила Джейн, показывая, что заметила его. – Долгоносики проникли в оба анклава, местные жители не в состоянии их сдержать. Они уже понесли чудовищные потери, а сумели только замедлить продвижение роботов к центру голосования.

Дрейфус молчал, чувствуя, что Омонье не закончила.

– Из Гаффни что-нибудь вытянули? – наконец спросила она.

– Совсем немного. Я только что прочел предварительное заключение экспертов, которые его тралили.

– И что?

– По крайней мере одну тайну они раскрыли. Теперь известно, как Гаффни переправил Клепсидру из допросного пузыря в мой отсек. Он использовал невиконт.

– Впервые слышу этот термин, – сказала Омонье.

– Это контейнер-невидимка. Корпус из супервещества обладает определенной самостоятельностью и может скрываться от невооруженного глаза. В невиконты кладут то, что не должны увидеть люди.

– Такое устройство следует запретить в любом обществе здравомыслящих людей. Откуда этот невиконт у Гаффни?

– Очевидно, от Энтони Теобальда Раскин-Сартория, а тот наверняка приобрел у подпольных торговцев оружием. В невиконте Энтони Теобальд улизнул из родного анклава, который потом был уничтожен кораблем Дравидяна.

Омонье слегка нахмурилась:

– Разве Теобальд улизнул? Ты же допрашивал его бета-копию.

– Очевидно, Гаффни обладал другой информацией. Он перехватил невиконт, не дав ему долететь до союзников Теобальда.

– А потом что?

– Гаффни вскрыл невиконт и протралил Теобальда. Хотел выяснить, куда переправили то, что прятали в Раскин-Сартории.

– Вой! Гаффни тралил Теобальда?!

По выражению лица было ясно, о чем думает Джейн. Когда тралят на «Доспехах», не отступая от строжайших правил, – это одно. И совершенно другое, если тралят неизвестно где, без оглядки на закон и возможные последствия.

– Наверное, он сжег Теобальду мозги?

– В этом-то и странность, – ответил Дрейфус. – Похоже, в последний миг Гаффни остановился. Он что-то выпытал и решил не добивать беднягу. Гаффни не считает себя монстром. Он префект, который выполняет свою работу и остается верен принципам, в то время как все мы предали общее дело. Клепсидру он застрелил по той единственной причине, что других вариантов не оставалось. Жителей Раскин-Сартория уничтожили, исходя из этой же логики. Однако убивает он не без разбора, а ради спасения десятков миллионов жизней.

– Что еще он выпытал?

– Тут эксперты по тралению встретили отпор. Гаффни не пожелал сказать, что он узнал у Теобальда. Но одно слово они вытянули.

– Какое?

– «Головня».

Омонье медленно кивнула, потом произнесла слово сама, будто проверяя, как оно звучит в ее собственных устах.

– Что говорят эксперты?

– Для них это бессмыслица. «Головней» можно назвать пушку, корабль, шпиона – что угодно. Не исключено, что это кличка щенка, которого Гаффни держал пятилетним мальчишкой.

– А у тебя какие соображения?

– По-моему, это бессмыслица. Либо слово произнес Энтони Теобальд, а Гаффни счел архиважным. Либо оно сидело в памяти у Гаффни. Я сделал поиск по этому слову. Результатов уйма, но ни один не настораживает.

– Результаты и не должны настораживать, – проговорила Омонье, и в ее голосе Дрейфусу послышалось что-то странное.

– Потому что это чепуха?

– Нет. В контексте нашей организации слово «головня» имеет особое значение.

Дрейфус покачал головой:

– Джейн, я не нашел ровным счетом ничего.

– Потому что речь о стратегической тайне самого высокого уровня. Информация засекречена даже для наших сотрудников.

– Не просветите меня?

– «Головня» – подразделение «Доспехов», – ответила Омонье. – Его создали одиннадцать лет назад для изучения артефактов, связанных с делом Часовщика.

– То есть часов и музыкальных шкатулок?

Джейн ответила с нечеловеческим спокойствием:

– Не только. Он и другие вещи делал в период активности. В архивах информации о них нет, хотя несколько предметов нам удалось заполучить. Они маленькие, непонятного назначения, но это творения Часовщика, поэтому мы сочли их уникальными и не решились уничтожить. По крайней мере, до тех пор, пока не изучим и не выясним, можно ли с помощью новых данных обеспечить безопасность Блистающего Пояса. Том, не осуждай нас за это, – попросила Джейн, не позволив Дрейфусу сказать ни слова. – Мы считали своим долгом выяснить все, что можно. Мы не знали, откуда взялся Часовщик, однако незнание не исключало появления Часовщика номер два. Долг перед гражданами требовал, чтобы мы подготовились к такому развитию событий.