Игорь Чужин - Странник. Трилогия Страница 58

— После обеда заберешь, пойдем сначала поедим.

Первый, как всегда, постарался на славу, просто клад, а не затюканный шак. Экипаж «Варяга» дружно стучал ложками, уплетая изыски кулинарии, приготовленные под руководством Первого. Когда только он успел обчистить кладовую, добыть свежей рыбы и ободрать весь огород на острове? После обеда экипаж дружно направился благодарить шака за обед. Что-то переломилось в сознании коренных геонцев. Для них шак был не выше скотины, даже лошадь ценилась выше шака, — не в смысле цены, шак был дороже лошади, — а в отношении к нему. Лошадь можно было любить и баловать, а шака — никогда. Между жителями Геона и искусственно выведенными рабами стояла непреодолимая стена. Эта стена между Первым и нашей командой дала трещину и разваливалась на глазах. Бывший презренный шак становился равноправным членом нашего отряда, которого в бою каждый стал бы защищать, рискуя жизнью. Первый чувствовал это и платил нам той же монетой.

Викана сходила в каюту за картой и, разложив ее на палубе, начала докладывать о разговоре с матросом.

— Вот у этого самого узкого места — между островом Патрос, на котором стоит столица халифата Медина, и берегом — стоит замок Триумфалер. Между замком и островом постоянно курсируют две галеры, одна из галер вооружена легким метателем файерболов. Все корабли обязательно досматриваются. Но ночью галеры отходят к берегу, потому что в проливе большая глубина и сильное течение, поэтому нельзя встать на якорь. Матрос говорит, что, если будет попутный ветер, можно ночью проскочить. На берегу напротив Тадмура есть рыбацкая деревушка, через которую контрабандисты обмениваются товаром с пиратами из Кайтона. Матрос знает верного человека, который за деньги может перевести нас через таможню в Тадмуре, а на афрской стороне есть проводник до Кайтона.

— Викана, ты веришь матросу?

— Да, высокородный, он до смерти боится вас и врать не решится.

— Викана, прошу тебя, зови меня Ингаром. Для посторонних я твой охранник, а то ляпнешь, что я высокородный, и нам придется несладко. Поняла?

— Да, высокородный, — кивнула гвельфийка.

— Ну точно блондинка! — вскипел я.

— Ой, Ингар, — смутилась Викана и посинела. — Я больше не буду.

— Ладно, проехали. Пойди разбуди матроса, пусть смотрит вперед и предупредит, когда нужно причаливать к берегу перед замком, чтобы дождаться ночи.

Девушка быстро ушла в каюту за матросом, а я сел, опершись спиной о мачту, и задремал. Мне снился сон, как будто я дома на Земле и ругаюсь со своей бывшей женушкой по поводу моей бестолковости в вопросах эльфийских ценностей. Больше всего она возмущалась тем, что я в очередной раз исковеркал ее царственное имя Галадриэль и обозвал ее Электродрелью. Она разгневанно разъясняла мне, что только такой козел, как я, не видит ее портретного сходства с Кейт Бланшетт из фильма «Властелин колец». Я лениво отбрехивался, и на душе было тепло и спокойно, потому что я дома и меня сегодня никто не будет убивать, а завтра не придется по локоть в крови прорубаться через толпы незнакомых людей.

— Ингар, проснись, — прозвучал в ушах голос жены.

Я открыл глаза и посмотрел на благоверную, у моей Электродрели оказалось миленькое личико Виканы.

— Уйди, зараза, достала! — заговорил я по-русски и замахал руками.

— Ингар, это я, Викана, скоро нужно приставать к берегу, — в ушах прозвучал уже голос гвельфийки.

Мое блаженное настроение сразу улетучилось. Вместо московской квартиры и мягкого кресла я оказался на палубе «Варяга». Вокруг меня снова был Геон, и мне в ближайшее время улыбалось быть зарезанным кем-то из местных жителей или сгореть в разрыве файербола. Я встал и отправился к рулю корабля. Солнце уже почти коснулось воды, и скоро должна наступить темнота.

— Ингар, видишь, там, на берегу, скала с деревом на вершине, нужно направить корабль на нее. Матрос говорит, что возле берега есть островок, за ним можно спрятаться до темноты.

— Первый, правь на скалу! — приказал я, и шак, как заправский рулевой, направил «Варяг» к острову.

Скорость корабля за время моего сна заметно упала, наверное, разрядился камень Силы. Теперь нужно зарядить камень или заменить его на заряженный. Я потрогал буксы подшипников и убедился, что они не греются, значит, вкладыши в подшипниках притерлись. Через полчаса «Варяг» вошел в пролив между островком и берегом, и мы встали на якорь. Сканирование окружающего пространства показало отсутствие опасности. Вынув камень Силы из двигателя, мы с Первым сели в лодку и отправились на остров. Я хотел найти источник для подзарядки, а шак какие-то корешки для приправ и лекарств. Островок оказался настоящим кладом для мага. Без особого труда я нашел четыре подходящих луча Силы, а Первый с довольным бурчанием один за другим выдирал корешки из земли и промывал их на берегу. Мне удалось управиться за час. Повторная зарядка камня Силы проходила значительно быстрее, и я, закончив свои дела, стал подгонять к лодке недовольно бубнящего шака, который, похоже, собрался ободрать весь остров.

На корабле я долил масла в буксы подшипников и вставил камень Силы в двигатель, а Первый приготовил какой-то экзотический салат к ужину. Солнце окончательно ушло за горизонт, и стало темно, как в шахте.

— Матрос сказал, что пора отплывать, а то мы можем не успеть до утра пройти мимо замка, — доложила Викана.

— С Богом! — произнес я и включил двигатель корабля.

Глава 25

ИДЕМ НА ПРОРЫВ

Погода нас подвела, надежда на то, что небо закроют тучи и видимость ухудшится, пошла прахом. Ветер разогнал облака, и небо Геона усыпали звезды. «Варяг» был хорошо виден на глянцевой глади озера. Единственное, что меня радовало, — это то, что ветер в проливе дует нам навстречу. С нехорошими предчувствиями я направил «Варяг» в пролив. Через час на берегу показался замок Триумфалер. Башни замка грозно чернели на фоне звездного неба, и в некоторых окнах горели огоньки. Проскочить пролив незамеченными оказалось нереально, у нас оставалась единственная надежда на скорость. Пролив был шириной больше двух километров, и если за нами бросятся в погоню, то, пока галеры отчалят и развернутся, догнать нас на веслах против ветра будет невозможно.

Нас заметили примерно в километре от замка и начали подавать какие-то сигналы фонарем. Ко мне подошла Викана и передала слова матроса:

— Ингар, из замка нам приказывают причалить к берегу, что будем делать?

— Сделаем вид, что причаливаем, пусть матрос просигналит, если умеет.

Викана принесла фонарь из каюты капитана, и матрос начал подавать ответные сигналы. Я переложил руль корабля под таким углом, чтобы одновременно углубляться в пролив и приближаться к замку. Мы поравнялись с пристанью замка, когда до нее оставалось метров триста. У пристани была пришвартована галера, с которой нам тоже подавали сигналы фонарем. На палубе галеры находился десяток воинов, лениво стоящих у борта, один из них размахивал фонарем. Весла галеры были убраны, и гребцы, наверное, спали.

«Пора удирать», — решил я, переведя контроллер реостата на средний ход, и повернул руль. «Варяг» прибавил ходу и направился в пролив, удаляясь от берега.

На галере в наших намерениях разобрались не сразу, еще минуты три с нее махали фонарем, приказывая нам причалить. За это время «Варяг» далеко углубился в пролив. На пристани и галере стали раздаваться удары гонга и началась суета. На башне замка загорелся огонь, и на противоположном берегу пролива тоже появились сигнальные вспышки света. Галера смогла отчалить от пристани, только когда «Варяг» оставил ее в трех километрах за кормой. Первый этап прорыва увенчался успехом.

— Викана, спроси у матроса, сколько времени нам идти по проливу! — крикнул я.

— Он говорит, что таким ходом к утру проскочим, — доложила подбежавшая девушка.

Мы плыли в темноте еще часа четыре, пока на востоке не забрезжил рассвет и пролив не начал расширяться. «Варягу» предстояло миновать только скалистый мыс, идущий от острова поперек пролива, когда удача покинула нас. Из-за мыса навстречу нам полным ходом выплывала большая галера с двумя рядами весел. Позади нее поперек пролива, перекрывая выход в озеро, шла галера поменьше. Я прибавил ходу до полного и повернул в сторону противоположного берега пролива. Единственная наша надежда — скорость.

— Первый, шаков запри в трюме и проверь, как привязаны лошади, чтобы не носились по палубе в случае чего! — закричал я. — Всем приготовиться к бою и укрыться от стрел.

«Варяг» развил максимальную скорость, но насколько хватит подшипников, я не знал. Мы стали расходиться с большой галерой на встречных курсах, и у нас снова появилась надежда на спасение. Первый загнал шаков в трюм и, проверив лошадей, подбежал ко мне.