Сапфир - Даниэль Зеа Рэй Страница 22

Сапфир не двигалась. Она не понимала, что испытывает и почему позволяет подобную вольность Шершню. Тепло от его ладоней струилось по спине и проникало под кожу, поджигая покрытый морозной коркой лед. Она и не знала, что настолько заиндевела. Что превратилась в твердый кусок мерзлой воды, от которого чужие слова и поступки откалывали мелкую крошку.

Жизнь полирует лучше всех, и Сапфир уже и сама затруднялась сказать, лед внутри ее или камень, в честь которого ее нарекли.

– Она злится, потому что напугана. – Голос Гронидела ласкал слух, и Сапфир закрыла глаза, наслаждаясь его бархатным тембром. – Видела бы ты ее потрясение, когда ее проводили к тебе. Ты спала беспробудным сном и медленно умирала. Если бы не вмешательство Рубин, кого-то из нас сегодня бы не стало. Возможно, даже обоих сразу.

Сапфир встрепенулась, сбрасывая с себя минутное наваждение, и отстранилась от Шершня.

– Не стало? – Голос принцессы скреб ногтями по стеклу. – Объяснись. Немедленно.

– Мана едва не добралась до центра твоей жизненной силы. Если бы не Рубин, ты бы сегодня погибла.

Сапфир щелкнула пальцами и осветила мрак помещения маленькими огненными стрекозами. Они взмыли под потолок и закружились над головой Гронидела. Он не обращал внимания на нависшую угрозу, а продолжал смотреть ей в глаза.

Черные метки силы по-прежнему покрывали смуглую кожу его лица. Их не прибавилось, но и меньше не стало. Алые глаза, казалось, потухли, а некогда пытливый взгляд теперь остекленел.

Принцесса прижала ладонь к груди и погладила пальцами черные гладкие жгуты рубцов. Это лишь внешние изменения. Внутри все намного страшнее. Закон один: если изменения доберутся до жизненного центра, повелителя силы ждет смерть. Каждое чудо, каждая созданная юни и даже огненные стрекозы, которые кружили под потолком, делали уязвимыми новые и новые участки тела, пока всему этому не настанет конец.

У Рубин был дар исцелять от таких изменений, но даже она после выброса маны и нарушения равновесия сил в теле не смогла излечить саму себя. Сестру спасла богиня Одинелла, которая принесла из другого мира регенерат – чудо-лекарство от всех недугов.

Когда Сапфир утратила контроль над маной и допустила ее выброс, едва не лишивший Рубин и племянника жизни, для принцессы регенерата никто не принес. Гронидел запер ее дар, а Рубин исцелила. Это случилось год назад, и больше они с сестрой не виделись. Сейчас же на их с Грониделом телах так много меток, потому что принцесса должна была умереть, а Шершень использовал юни передачи жизненной силы и позволил мане взять верх над ними обоими. По-другому силы не передать и жизнь не продлить. Кто же знал, что влитой в Сапфир силы не хватит надолго и уже спустя два дня взятое взаймы придется вернуть?

Шершень сделал шаг навстречу. Тяжелые ладони легли ей на плечи.

– Она сказала не подумав. Не суди ее, как не желаешь, чтобы судили тебя.

– Когда они с Ордерионом прибыли в замок? – спросила принцесса и мягко убрала его руки.

– Час назад, – ответил Шершень и отвернулся.

– Ночь за окном, а они только час назад прибыли, – злобно заметила Сапфир. – Долго же они добирались до нас, поднятых из могил. Верхом скакали или все же порталом воспользовались?

– Порталом, – тихо ответил Гронидел. – Когда прибыл гонец с посланием, в Звездном замке находились делегаты из Ошони. Бросить все и явиться немедленно ни твоя сестра, ни Ордерион не могли.

Сапфир поджала губы и отвернулась.

– Мне стало плохо утром, а сестра помогла мне только вечером. Кто же подарил мне еще один день, чтобы дождаться ее величества Рубин и спастись?

– Кандидаты для передачи жизненных сил в очередь не выстраивались, – признал Гронидел.

– А если бы сестра явилась только завтра? Или вообще не приехала?

Гронидел осуждающе покачал головой:

– Она не обязана тебя спасать, Сапфир. Никто не обязан.

– Зачем тогда спас ты? – Принцесса резко повернулась к нему.

– А должен быть повод?

– Да, когда ценой спасения является твоя собственная жизнь.

Гронидел смотрел на нее исподлобья. Кажется, он намеревался что-то сказать, но в последний момент передумал, развернулся и подошел к двери.

– Если они все еще там, я уведу их в свой кабинет.

– Значит ли это, что Ордерион вернул тебе должность руководителя школы?

– Да, отказа он не принял.

Гронидел вышел, а принцесса провела рукой и развеяла огненных стрекоз под потолком. Обняв себя за плечи, она опустила голову и часто задышала. Никто не увидит ее стенаний. Даже огненные стрекозы.

Гронидел

Рубин и Ордерион ждали на диване. Королева Турема украдкой вытирала слезы со щек, а король ободряюще сжимал ее руку.

Гронидел понимал и негодование, которое испытывала Рубин, и мог объяснить ее поведение усталостью и пережитыми потрясениями. Но все же Рубин – королева, и ей нельзя позволять себе истерик и говорить все, что на ум придет.

– Предлагаю переместиться в мой кабинет, – принц указал на дверь.

– Я хочу поговорить с сестрой, – заартачилась Рубин.

– Сейчас не время, – разумно предупредил Ордерион. – Сапфир – огневик, который плохо контролирует и эмоции, и дар. Пусть сейчас отдыхает, завтра встретитесь. Тогда и поговорите.

Гронидела слова Ордериона покоробили. Видимо, король считал Сапфир невероятно опасной особой, у которой не все в порядке с рассудком. С другой стороны, еще недавно и сам Гронидел не высказался бы о Ведьме лучше. А теперь он обеспокоен тем, что Рубин лишь усугубила отношения с сестрой, которые знатно потрепались год назад.

Королева не стала спорить с мужем, что свидетельствовало о силе его влияния на туремский трон. Она встала и горделиво задрала подбородок.

– Надеюсь, завтра сестра будет в настроении, чтобы принять и меня, и помощь, которую я могу ей оказать.

Гронидел от пафоса речи едва глаза не закатил. А вот Ордерион терпеливо погладил жену по спине. Невозмутимое выражение его лица подсказывало, что к подобному поведению королевы он давно привык.

– Ты хотя бы вид сделай, что благодарен, – грозно произнесла она.

– Премного благодарен, ваше величество, – ответил Гронидел и поклонился.

Рубин подошла к Грониделу и буквально прорычала ему в лицо:

– Если по твоей вине между Туремом и Ошони начнется война, я лично снесу тебе голову с плеч. Ты меня понял?

– Да, ваше величество, – кивнул Гронидел.

– Найди время навестить Изумруд и поговорить с ней.

– Пусть вернется к обучению в замке Света, тогда я с ней побеседую.

– Она не вернется.

– Тогда и говорить мне с ней не о чем. – Гронидел сложил руки на груди.

– Ты жесток, – Рубин понизила голос.

– Женись я на королеве Ошони, а не на Сапфир,