Падшие Боги - Рэйчел Ван Дайкен Страница 30

— А есть разница? — резко отвечаю я.

— Возможно.

— Скандинавским, полагаю, — я пожимаю плечами. — В конце концов, это норвежский храм, хотя никто не может точно определить его возраст

— Правда? — скептически спрашивает она. — Древняя норвежская постройка на западном побережье штата Вашингтон.

— История не всегда права, — я снова пожимаю плечами. — Лейф Эриксон путешествовал по Америке задолго до Колумба.

— Не на том побережье. Но… допустим.

— Это можно понять по высеченным рунам вокруг двери храма. Девять рун для девяти миров.

— Говорят, Биврест соединял наш мир с другими задолго до начала письменной истории. Ну, если верить в подобные вещи, — ее глаза выглядят почти ожидающими.

— Ну конечно, почему бы и нет. Вот и все. Загадка разгадана. Есть еще вопросы, или я могу пойти в противоположную сторону от той, куда направляешься ты?

Ее улыбка кажется натянутой, когда она смотрит на меня. Похоже, мы с ней в одинаковом положении, хотя она лучше это скрывает.

— Не стоило оставлять лазейку.

— Ошибка новичка, — бурчу я.

Она улыбается и указывает в глубину зала.

— Что это?

Я сдерживаю раздраженный вздох.

— Очень жуткое обсидиановое зеркало, которое наклоняется вниз, чтобы отражать воду.

Рей направляется к бассейну, и я иду следом. Вот и все, что касается «пойти в противоположную сторону».

— Этот бассейн черный как смоль, — она вздрагивает. — Уверена, он очень глубокий.

— Ты не любишь воду?

— Не особо, — она отступает чуть дальше от края. — Зачем отражать воду зеркалом?

— Почему так много вопросов? — раздраженно отвечаю я. — Рив, возможно, знает об этом больше. Он увлекается всей этой ерундой, но думаю, это как-то связано с Богами, запертыми в воде, или вроде того. Людей приносили в жертву как подношение, потом устанавливали зеркало над водой и ждали, когда в отражении появятся Боги, пришедшие забрать души освобожденных из плена, — я смотрю на нее и вижу, что она уставилась на меня так, будто у меня три головы. — Потому что нельзя смотреть Богу прямо в глаза.

— Эм, почему нельзя смотреть Богу в глаза?

— Потому что люди недостойны, — я пожимаю плечами. — Чтобы увидеть его, нужно использовать зеркало. Что-то вроде Медузы — мифология другая, но принцип похожий.

Почему я чувствую себя обязанным объяснить ей все это, понятия не имею. Слова льются из меня так же неконтролируемо, как дыхание. К тому же я не могу понять, она правда не знает или просто меня подначивает.

— А, ладно, — Рей кивает и вглядывается в зеркало, наблюдая за мутной темной водой. — Я вижу только тьму.

— Это всего лишь миф, — быстро говорю я, когда в груди начинает нарастать холод. Очень вовремя. — Нам пора. Поверь, ты не хочешь быть здесь ночью. Ночью здесь еще страшнее. Но, с другой стороны, если это тебя пугает, не торопись.

Рей закатывает глаза.

— Меня трудно напугать. Думаю, худшее я уже видела.

— Ну, твой отец — известный убийца. Уверен, он бывает крайне изобретателен, когда расчленяет людей.

Холод продолжает нарастать. Откуда он берется?

Она снова смотрит на зеркало, прищуриваясь.

— На обсидиане что-то выгравировано, — бормочет она, наклоняясь ближе.

Резкий свист заставляет нас обоих вздрогнуть.

Рив.

Этот идиот свистит, затем размахивает своим дурацким флагом, и остальные студенты, как стадо леммингов, выходят из зала вслед за ним.

— Нам тоже пора, — говорю я.

— Секунду. Кажется, я узнаю эту руну, — она приподнимается на носки.

Мой рост позволяет рассмотреть ее лучше.

— Райдо, — говорим мы одновременно.

Входная дверь с грохотом захлопывается, и по залу проносится порыв ветра. Рей оборачивается, но слишком поздно, зеркало внезапно переворачивается, огромная каменная плита ударяет ее по затылку, а когда я пытаюсь удержать зеркало, чтобы она не ударила Рей снова, она режет меня. Ее края острые и зазубренные. Рей падает на землю.

— Черт! — я подхватываю ее и опускаюсь на колени рядом. Я успеваю дотянуться до нее, прежде чем ее голова ударяется о камень, но кровь уже стекает по шее. — Ты в порядке?

Она садится и осторожно прикасается к затылку.

— Ай, да, это было странно…

Ее взгляд стекленеет.

— Рей? Рей? — паника во мне нарастает.

Я беру ее лицо в ладони, но в тот же миг, как моя кожа касается ее кожи, воздух меняется. До этого спокойный бассейн начинает яростно колыхаться, волны бьются о каменные края, словно в его чернильной глубине что-то только что проснулось. Холод пронзает меня до костей. Я пытаюсь отдернуть руки, но не могу, они словно примерзли к ее коже.

Спину обжигает, будто меня подожгли, тело содрогается.

Нам нужно убираться отсюда.

Глава 20

Арик

Лицо Рей покрылось инеем там, где я коснулся его. Я отдернулся, из-за чего она снова упала на землю.

Черт. Я снова тянусь к ней.

Она все еще дезориентирована и бормочет что-то о воде, но мне удается вывести нас из здания и захлопнуть за нами дверь. Я не знаю, почему, но оборачиваюсь и поднимаю взгляд к фразе, выгравированной над дверью на древнескандинавском языке: «Где вода помнит, а кровь скорбит.»

Я дрожу к тому моменту, как мы возвращаемся на тропу, ведущую к Эндиру. Она все еще молчит, но, по крайней мере, кажется в порядке, хотя я использую это слово весьма условно. Ее глаза стеклянные, но я не думаю, что она ударилась головой достаточно сильно, чтобы получить сотрясение мозга. Рана — это вина зеркала, но сотрясение было бы полностью моей виной из-за того, что не поймал ее второй раз. Моя спина все еще горит ниже шеи, прямо на позвоночнике. Черт, что я наделал? Я продолжаю неотрывно смотреть на нее.

Рив поднимает бровь, когда мы приближаемся к группе, но я его игнорирую и увожу Рей в сторону.

— Мы возвращаемся в общежитие.

Когда мы доходим, я прикладываю карту к двери, мои руки все еще дрожат. Мы молча идем к лифту. Я нажимаю на наш этаж и встаю с противоположной стороны от нее. Мы больше не касаемся друг друга, но она достаточно близко, чтобы я мог чувствовать ее дыхание.

— Тебе действительно стоит показаться школьной медсестре, после того как обработаешь рану. Сомневаюсь, что это сотрясение, но никогда не знаешь наверняка, — воздух кажется слишком редким, лифт слишком тесным для нас обоих. Я хочу спросить, в порядке ли она, но не должен. Это Рей.

Пусть она разбирается со своим кошмаром, а я пойду в свою комнату и постараюсь не сойти с ума.

— Падение меня просто немного шокировало, — она кивает. —