Проклятие тыквенного полнолуния - Мия Флор Страница 4

– Не стесняйся своих желаний, Клубничка. Ты можешь трогать меня, где тебе только захочется и сколько захочется. Я буду только рад. И, похоже, у нас вся ночь впереди.

Он берёт мою ладонь и кладёт на свою раскалённую твёрдую грудь, наблюдая пристальным взглядом за тем, как я медленно таю, окутанная томлением.

– О да… Она хочет потрогать тебя везде. И не только потрогать, – трещит тыква, и я ещё раз обречённо всхлипываю. Как же это унизительно… – Она бы прикоснулась к твоей груди губами…

В глазах Леона сверкает что-то порочное. Несомненно, эта идея ему нравится. Он ведёт моей ладонью ниже, в сторону пресса, позволяя ощутить тугие мышцы и почти рыча от возбуждения…

– Хватит… Пожалуйста, – я умоляюще смотрю на него. – Я не переживу этого позора. Эта проклятая тыква… Она же не остановится!

– Она считает, что это так романтично – оказаться с тобой в лесу, полностью наедине. Что не прочь поддаться соблазну и полностью отдаться…

– Я больше не могу, – на глаза накатывают слёзы.

Да, то, что говорит тыква, – правда. Но я хотела держать эти мысли при себе. Сейчас я чувствую себя в полной власти Леона, он слышит все то, что я тщательно прятала в себе, и ничто не мешает ему поиздеваться надо мной и моими чувствами.

Я замираю в ожидании очередных насмешек.

– Хорошо. Я понял, – выдавливает Леон, тяжело дыша. Он позволяет мне убрать ладонь, и видно, что делает это с трудом. – Я перегнул палку, Клубничка. Прости.

Я обнимаю себя руками, чуть не плача, но от его слов становится спокойнее. Неужели он всё-таки от меня отстанет? Перестанет насмехаться?

Тыква недовольно хмыкает. Ее план заставить меня умереть от стыда — не удался.

– Ну и? Чего ты остановился? Ты же мог удовлетворить её и свои желания! Может быть, она и не сказала бы тебе спасибо, но вы оба точно получили бы удовольствие! – возмущается она. – Что за мужики нынче пошли? Им дают, а они, видите ли, благородно отказываются. Ты же волк. Зверь. Это твоё, значит, иди и бери.

Я до крови прикусываю губу, но сейчас почти готова расцеловать Леона просто за то, что он не воспользовался дрянными советами тыквы.

– Тыковка, можешь болтать и дальше. Меня не цепляет. — бросает он овощу.

Тыква растерянно смолкает. Леон встаёт и отходит в сторону. Он взмахивает двумя руками, и опавшие осенние листья вихрем поднимаются вверх, окутывают его и скрывают наготу. Вскоре его тело покрывает полностью натуральный костюм.

– Вау, – выдыхаю я.

– Хитрости волков. На случай, когда забываешь произнести заклинание, – объясняет Леон.

— Это оригинально. — шепчу я.

И очень кстати к костюмированной вечеринке, на которую я, увы, не попаду.

– Маленькая Клубничка хочет примерить такой наряд? — подмигивает мне Леон. — Только ради этого тебе придётся раздеться, – предупреждает он.

– Она не против, – недовольно рявкает тыква.

Леон приподнимает бровь, смотря на меня.

– Мне понравилось бы, просто я стесняюсь, – признаюсь, наконец-то ощущая некоторое доверие к парню.

Возможно, всё дело в том, что у меня больше нет секретов. Тыква рассказала самое худшее. Наверно, бояться больше нечего.

– Ладно, – соглашается Леон. – Но ты в любой момент можешь попросить меня сделать это для тебя.

До меня доносится раздражённое чавканье тыквы, которая, вероятно, не нашла ни одной подходящей мысли, чтобы поставить меня в неловкое положение.

– Ты волк, – констатирую я.

– Я северный волк. Альфа. Думал, что ты в курсе.

Ах… Так вот откуда его желание подчинять. Ну и, конечно… Кто, как не альфа, может быть крутым капитаном команды по магкею.

– Я… не знала, – виновато оправдываюсь. Как я могла пропустить такую важную информацию?

– Ей просто было не до этого, – встревает тыква. – Она была привлечена твоей внешностью и силой. Единственное, что её заботило, – это то, что у тебя нет постоянной девушки. Клубничка мечтает стать твоей единственной. Завоевать сердце бабника, как делают героини бульварных романов, которые она так любит читать.

Я поднимаю глаза на Леона, ожидая усмешки. Но её не следует.

– А если я скажу, что она уже его завоевала? – произносит он, и моё сердце замирает.

5

— Это не смешно, — выдавливаю я Леону, подняв глаза. — Не стоит шутить с моими чувствами.

— Тебе кажется, что я шучу? — Леон шагает ко мне на опасно близкое расстояние, на котором я чувствую его головокружительный запах. Он пахнет диким лесом.

— Да! Потому что ты только и делаешь, что подшучиваешь надо мной! Ты… ты знаешь, что нравишься мне, и пользуешься этим!

Похоже, рядом с тыквой я смелею. Если не скажу правду я — это выдаст она!

— Клубничка, тогда скажи: что я могу сделать, чтобы ты мне поверила? — он задумывается. — Ты! — он тычет в тыкву. — Ты можешь утрировать, но не можешь лгать. Я знаю. Давай, попробуй, скажи ей, что я над ней шучу!

Но тыква, как назло, молчит.

Просто недовольно сопит. А ведь это был бы идеальный вариант разбить мне сердце: проклятой тыкве достаточно сказать, что он врёт и на самом деле пользуется моими чувствами.

— Ну же! — возмущаюсь я. — Это же не может быть правдой! Я же… я же не могу ему нравиться! Он всегда только подшучивает надо мной! И если бы нравилась — он бы… — я перевожу осуждающий взгляд на Леона. — Он бы уже давно пригласил меня на свидание!

Тыковка фыркает — но в этот раз будто одобрительно, соглашаясь с моими словами.

— Дорогуша, ты настолько зачиталась своими романами, что не заметила очевидного. А ты, Леон! Ты мог бы по-другому оказывать внимание! Не верит она тебе! Нечего было шутить!

— Мой косяк, — хмуро отвечает Леон. — Я хотел пригласить тебя на свидание, но ты шугалась от меня по всем коридорам академии! Я подумал, что я тебе больше не нравлюсь или что-то ещё. Даже разозлился… Это здесь… тыковка выдала тебя. Не проклятие, а само благословение.

Тыква недовольно хмыкает и перекатывается из стороны в сторону. Не такой эффект она ожидала.

— Клубничка, я всё исправлю. А сейчас — идём. Нечего бродить по лесу в полнолуние, особенно с таким