Твое пламя и твои крылья, феникс - Вера Ковальчук Страница 47

Церемония и празднование утомили Шенику, так что Хиреам принёс её в дом на руках, устроил на кроватке, а дальше малышкой занялась Таята.

Мужчины же собрались в гостиной, туда Перий принёс огромный поднос с нарезанным мясом, стопку тёплых лепёшек, миску овощного соуса. Старик Сверад потянулся приготовить себе кушанье, но Нерайер опередил его — сам сложил в лепёшку кусочки мяса, щедро полил соусом, свернул края и даже полотенце на коленях старшего разложил.

— Благодарю, сынок. Ну что ж, я слышал, Ардис, ты задумал жениться.

— Сделал предложение. Есть сложности.

— Неужели тебе трудно очаровать женщину? — Старик покачал головой. — Ты меня разочаровываешь.

Ардис посмотрел сумрачно.

— Она иномирянка, — вмешался Хиреам. — И очень хороший маг.

— Ох… Действительно. Ты, я смотрю, замахнулся. Жаль, что не могу задержаться, хотел бы взглянуть на твою зазнобу. Ну ничего. Деньги я тебе привёз, благословение тоже. Женись, коли сумеешь уговорить. — Он оглядел сыновей, приёмных сыновей и племянников, каждого по очереди взглядом вопросил: — Ну, а вы когда меня доброй новостью порадуете?

Молодые мужчины усмехнулись, переглядываясь, а Раккард, самый младший из приёмных, который — все в семье это знали — был безнадёжно увлечён Таятой, с удовольствием заулыбался и покрутил запястьем, свободным от обручального браслета. Потому удостоился особого внимания со стороны приёмного старшего брата. Понимающего такого, оценивающего и вместе с тем подбадривающего взгляда.

— Понятно, — продолжил отец семейства, принимая от Хиреама ещё один свёрток из лепёшки с сочным мясом. — И кто это у вас готовит?

— Шеника с Таятой.

— Такая малышка — и стоит у печи⁈

— Отец, я ведь рассказывал тебе о ней…

— Да, помню. Удивительная история. — Старший Сверад внимательно посмотрел на Хиреама. — Что там у драков? Подозревают что-нибудь?

— Сложно сказать. Они хранят свои тайны так тщательно, что позавидуешь. А просачивающиеся слухи очень уж мутны. Вроде бы связанную старшего принца похоронили чин чином, и разговоров о том, что она может быть жива, нет. Но говорят, что старший принц всё же сохранил остатки магической силы, хоть и едва заметные.

— Возможно, они говорят так затем, чтоб никто не усомнился в наследнике правящей семьи.

— Уже усомнились, — буркнул Перий, подхватывая куском лепёшки отменный ломоть говядины. — Уже все знают, что он лишился связанной, и потеря магии для него — вопрос времени. А значит, он больше не наследует.

— Только он магию не теряет. И, видимо, не потеряет, пока жива Шеника. Я только одного не понимаю: как это сработало, раз его связанная действительно умерла? И родилась снова в теле Шеники!

— Если даже ты, Иоато, не понимаешь, то куда уж нам.

— Рано или поздно до них до всех дойдёт, что связанная старшего принца так или иначе жива. Начнут искать…

— Может, и не дойдёт, — сморщился Ардис. — Может, спишут на другие причины.

— Это какие, например?

— Не знаю. Откуда мне знать, я ж не маг.

— А вот я маг! И тебе скажу — других причин нет!

— Тихо, тихо! — одёрнул старик. — К чему ссориться? Понимаю ваше беспокойство за девочку. Её хочется защитить, но самое главное — её так просто не спрячешь в глубинке, если драки что-нибудь заподозрят и начнут искать. Только с чего бы им заподозрить.

— Вот именно, — проворчал Азибул. — Он же сам её хоронил. Верно? Он сам хоронил свою связанную. Там есть её могила. Значит, он не усомнится.

— Усомнится в последнюю очередь, — уточнил Иоато. — Но рано или поздно это случится.

— Как бы себе это представляешь⁈

— Легко! Он в отчаянии!

— Ой, распла́чусь сейчас!

— Можешь не напрягаться!

— А ну! — рявкнул Хидеам, и отец одобряюще кивнул ему. — Прекратили, оба! Нам всем плевать на принца драков, но его резоны придётся принимать в расчёт. Он — наша забота, раз мы взяли Шенику под опеку.

— Если просто и безыскусно помалкивать о прошлом Шеники, никто ни о чём не догадается, — буркнул Перий.

— Это надежда, построенная на песке, а не уверенность.

— Я бы Агату спросил, — влез Ардис. — Она всё-таки маг. Разбирается в таких вопросах.

— А я бы не стал, — отрезал Иоато. — Она скорее всего пока и не знает. Первый курс, знаешь ли… А если спросишь, пойдёт за советом к преподавателям, и тогда тайна отправится, извини меня, в народ. Тогда мы её не удержим.

— Хм…

— Вот именно, «хм». Пока предлагаю молчать. Потом Шеника подрастёт, выберет себе мужчину по сердцу, тогда и будем думать, как обезопасить их обоих от драков.

— Кхм… Весёленькая перспектива для молодой семьи.

— Но другой у нас нет.

— Нам бы обратиться к прочим кланам нашего круга, — сказал Рус. И вопросительно взглянул сперва на старшего брата, а потом и на отца. — Я не говорю про сейчас. Я говорю о будущем. У нас все женщины, которых мы приняли и собираемся принять в семью, проблемные. Что Шеника, что Таята, что Агата. Не предлагаю от них отказываться, но лучше бы заранее изготовиться, всё продумать от и до. И нам полезно, и девочкам спокойно.

— А чем Агата-то проблемная? — уточнил старик, отставляя чашечку с чаем.

— Её сюда вызвал какой-то мутный тип, — мрачно ответил Ардис. — Хотел заставить её выйти за него замуж. И вряд ли так просто отпустит.

— А у него какие-то права на неё есть?

— Взял клятву. Она точно не помнит, какую именно. Сейчас разбираемся.

— Вот оно как… И что будешь делать, если она будет вынуждена и за него выйти?

— Ну, я-то обещаний ему не вредить не давал.

— Мы как бы тоже, — зло буркнул Хиреам.

— Ну что ж. — Старик снова взялся за чашечку. — Значит, моим детям придётся подумать, как они справятся с сильным чародеем. Как понимаю, речь именно о таковом.

— Видимо. Кто ж знает.

— Я отстою свою жену, — зло рыкнул Ардис. — Или погибну.

— И на черта твоей жене нужно, чтоб ты погиб? — лениво одёрнул Азибул. — Ей нужно, чтоб ты выжил