Камеристка - Дина Зарубина Страница 5

— Нора!

Кухарка тут же понятливо изобразила пантомимой, что закрыла рот на замок и ключ выбросила.

Вот значит, какая Руте помощь нужна! Да-а, задачка. Кровь не та, ребенок не тот… граф что, такой олень, что не разберет, где его дитя, а где не его?

Есть же маги воды в столице, им такое определить раз плюнуть. Правда, где столица, а где наш Лорингейн… Лично я ни разу настоящего мага не видела, чтоб вот ахнуть от восторга. Наш аптекарь — зельевар с дипломом, но со слабым даром. Ну, так говорят. Сравнить-то не с кем. Зато берет по два керата за маленькую склянку настойки! Вот бы мне хоть какой! Хоть капельку магии!

Ладно, мой личный дар — умение чистоту и порядок наводить, тем и займись, страдалица, сразу страдать некогда будет!

Глава 3

Рута в свадебном наряде напоминала пирожное со взбитыми сливками, с розочками из крема. Держалась на ногах она вполне уверенно, а волнение невесте только к лицу.

С утра орала на всех, как здоровая, во всяком случае. Берте дала пощечину за то, что та уронила щипцы для завивки, забраковала чулки, хрустальный флакон с цветочной эссенцией швырнула в стену, а щетку для волос закинула под кровать. Теперь в будуаре крепко пахло сиренью, мы все пропитались этим запахом. Удалось все же вывести ее из дома и усадить в карету вовремя, при мачехе Рута не посмела буйствовать.

Я тоже выглядела неплохо, в новом нарядном платье цвета пыльной розы. Хотя Рута сморщила нос, сказала: «Серость»! Ну, что поделать, насыщенных тонов мне природа не отпустила, яркое платье растворило бы меня окончательно. Мне предстояло участвовать в церемонии, держать подушечку с кольцами.

Патер Август, возвратившийся накануне из столицы, граф с папенькой уже ждали нас у храмового престола со свечами и жертвенной чашей.

Мачеха крепко поддерживала Руту под руку, я шла следом за ними. Вспоминала свою свадьбу и старалась не улыбаться. Воображала, что иду с высоким красавцем Рафаэлем под звездчатыми нервюрами[1] самого главного столичного собора.

Вчера мы с мачехой приходили в храм для принесения клятвы, и патер Корелли не позволил себе даже лишнего взгляда. Раскрыл Священную книгу, возжег курения, помахал руками, призывая храмовую магию. Ею все священники обладают, кто полные обеты дал. Чтоб прозревали в мятущихся душах и могли духовную помощь оказать. Некоторые и телесные болезни лечить могли, но очень немногие.

Я волновалась, вдруг не получится? И я останусь привязана к Руте вечным служением? Но патер смотрел открыто и уверенно, а я зажмурилась, произнося положенные слова.

— Принимаю, — ответила мачеха.

— Свидетельствую, — подтвердил патер и захлопнул книгу.

Я машинально потерла шею. Этот жест успокоил мачеху, она довольно кивнула.

Патер Август обвел графа с молодой женой вокруг престола, дал им отпить по глотку вина из золотой чаши, сияющей драгоценными камнями, и провозгласил их мужем и женой. Графское кольцо с рубином скользнуло на пальчик Руты. Граф отвернул край покрова невесты и запечатлел поцелуй на бледных губах жены. Кажется, Рута передернулась от отвращения.

Папенька сиял, мачеха светилась от счастья. О более почетном браке не стоило и мечтать. Тесть и теща самого графа Левенгро!

— Поздравляю госпожу графиню Левенгро, — поклонился бургомистр.

На Руту обрушился шквал поздравлений от гостей. Я стояла в полушаге от нее. Рута обвела храм беспомощным взглядом и закатила глаза. Еле подхватить успела. На вид феечка, а весит, как бревно! Я тут же выхватила нюхательные соли из кармана и поднесла к лицу Руты.

— Не вздумай блевать, — прошептала ей на ухо. — Обморок поймут, а тошнота наведет на ненужные сплетни. Соберись!

Пастилка с перцем, мятой и имбирем проскользнула в рот свежеиспеченной супруги. Вкус такой, что мертвого поднимет, сама попробовала. Рута застонала и открыла глаза.

— Сестрица такая чувствительная, — улыбнулась многочисленным тетушкам и кузинам. Начнут сейчас домыслы строить, курицы болтливые. Те тут же понятливо заохали и запричитали. Мачеха атакующим крейсером влетела в их толпу, подхватывая Руту с другой стороны.

— Сестрица перенервничала, у нее закружилась голова, — громко сказала я.

— Да, здесь душно, — простонала Рута.

Наконец отреагировали папенька с графом, выволокли Руту на свежий воздух и начали запихивать в карету. Я шла следом, потирая руку. Отдавила, былиночка!

— Мирандолина, говорят, вас отправляют с сестрой в Левенгро? — тетушка Элисон, завзятая сплетница, уставилась на меня глазами-буравчиками.

— Да, тетушка. Руте потребуется помощь в обустройстве на новом месте.

— Я бы не рисковала так на месте вашей матушки!

Я недоуменно похлопала ресницами.

— Молодая девушка рядом с графом… Он, говорят, большой ходок! — тетушка поджала губы.

— Я вас не понимаю, тетя. О чем вы?

— После службы в замке на вас будет пятно! За кого вы выйдете замуж?

— Матушке виднее, — ответила я, внутренне закипая. Старые гиены! — Служить графине Левенгро почетно и выгодно. Она моя сводная сестра. О каких пятнах вы говорите, тетя? Я не понимаю!

О, я прекрасно поняла, на что намекает старая калоша. В большом хозяйстве, где на случку водят коров и кобыл, есть папенькина псарня и огромный птичник, поневоле знаешь, откуда берутся дети и что для этого требуется. Если бы меня растили в вате, как баронскую дочку, я бы не была осведомлена о таких низменных вещах. Но мне доводилось со скотником на пару даже поросят холостить, о чем уж тут говорить, в мужской анатомии для меня тайн не было. Как и в процессе созидания новой жизни. В этом плане люди мало чем отличаются от животных.

Но состроить наивно-непонимающее выражение лица мне было не сложно.

Тетка уточнять не стала и отошла.

Гости рассаживались по каретам, чтоб ехать к нам на праздничный обед.

Фаршированная рыба в пряной обсыпке, жареное мясо на углях, печеные утки, паштеты и трюфели, закуски из курицы, сыра и овощей на тонких свадебных хлебцах, картофельные шарики в сладком сиропе, пирожки с финиками и персиками, бараньи ребрышки… Специально приглашенный из столицы маг-кулинар не щадил никого. Все кухонные работники легли спать перед рассветом, я сбивала соусы до самого утра с Норой. Брусничный, сметанный, сливочный, сырный. Да, такой пир дорого встанет папеньке! Одни вина стоили целое состояние, я же видела счета. Зато с графом породнился.

Граф сидел рядом с Рутой, папенька справа, маменька чуть дальше. Слева бургомистр с супругой, настоятель, и весь цвет нашего городка. Мое место оказалось в конце стола. Есть не хотелось, хотелось спать. Я пожевала пирожок, механически подняла бокал, выслушивая здравицы и пожелания молодым.

Через