Мой магический год: лето и чарующий сад - Татьяна Терновская Страница 5

Люк и судья обратили взоры ко мне. Я нервно кусала губы, а затем решила сказать правду.

— Сад всегда принадлежал моей бабушке. Спросите кого угодно, любой вам это подтвердит! — воскликнула я, — а что касается документов… они у нас есть. В смысле, должны быть. Но моя бабушка уже очень стара, и не помнит, где они лежат. Наверное, дедушка их куда-то убрал, но он умер, и теперь мы не можем их найти.

Люк слушал мой лепет с выражением торжества на лице. Я же с мольбой смотрела на судью.

— Как я и говорил, всё очевидно, — хмыкнул Люк и откинулся на спинку кресла.

Судья нахмурился.

— Это плохо, мисс. Очень плохо, — сказал он, а затем обратился к Люку, — а вы можете представить документ с правом собственности на сад?

Мой противник словно только этого и ждал. Он с готовностью извлёк из дорогой кожаной папки бумагу и передал её судье. Тот стал внимательно изучать документ. Я надеялась, что судья сумеет найти какие-то неточности или что-нибудь в этом роде и признаёт бумагу недействительной, но этого не произошло. Он кивнул и вернул документ Люку.

— Выходит, что спорный сад принадлежит семье Маккартур, — заключил судья.

У меня болезненно сжалось сердце.

— Нет, это неправда! — в отчаянии воскликнула я, — послушайте, моя бабушка всю жизнь ухаживала за этим садом! Если бы она незаконно завладела чужой землёй, разве собственники не обратили бы на это внимание раньше⁈

— Ваши доводы звучат весьма разумно, — подтвердил судья, — что вы на это скажете?

Люк возмущённо скрестил руки на груди.

— Просто у нашей семьи много недвижимости: поместий, земельных участков и прочего, — гордо заявил он, — дом в Колдсленде никогда не нравился бабушке, да и дедушка им не интересовался, поэтому они ничего и не заметили. К тому же им и в голову прийти не могло, что кто-то решится незаконно забрать такой большой участок земли.

— Моя бабушка не воровка! — Я почувствовала, как от злости запылали щёки, — она всю жизнь ухаживала за этим садом, душу в него вложила. Если земля принадлежала не ей, какой смысл был прикладывать столько усилий⁈

— Откуда мне знать. — Люк безразлично пожал плечами. — В мире полно странных людей.

Я посмотрела на судью.

— Умоляю, поверьте мне! Бабушка никогда не отобрала бы чужое! — воскликнула я.

На лице судьи появилась грустная улыбка.

— Я всё понимаю и искренне сочувствую вам, — сказал он, — но как представитель закона я не могу ставить слова выше документов. У господина Маккартура есть бумага, подтверждающая право собственности на сад, у вас — нет. Я вынужден сделать вывод, что земля принадлежит ему, а не вам.

Люк бросил на меня торжествующий взгляд, но я уже не могла ни злиться, ни возмущаться. Я была раздавлена решением судьи и еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться прямо в кабинете.

Что мне теперь сказать родителям? А бабушке? Она и так нездорова, и новость о потере сада станет для неё страшным ударом.

— Раз вопрос решён, я пойду, — сказал Люк и поднялся с места. Попрощавшись с судьёй, он бросил на меня короткий взгляд и вышел из кабинета.

Я тоже встала и поплелась к двери. Здесь мне было больше нечего делать.

— Мисс Дуглас, — позвал судья, — мне правда очень жаль!

— Да, конечно, — проговорила я и смахнула слезинку.

Если бы он знал, что этот сад значил для бабушки и всей нашей семьи, то никогда бы не принял такое решение. Но теперь уже ничего нельзя было сделать. С этого момента сад стал собственностью семьи Маккартур.

Я вдруг вспомнила про Лилиан. Скоро её свадьба, которую она собиралась отметить у нас, и я обещала сдать ей в аренду бабушкин сад. Как же быть? Разве что попросить Люка? Но мне так не хотелось унижаться перед ним.

Боги, ну почему мне так не везёт⁈

Конечно, свадьба Лилиан была не самой насущной проблемой, но я понимала, что нужно как можно скорее её предупредить, чтобы она успела найти другое место для свадьбы. Поэтому, покинув здание суда, я направилась на почту. Мне было стыдно перед подругой. Сама того не желая, я сильно её подвела. Хотя кто знал, что так получится⁈ Я и в страшном сне не могла представить, что у бабушки когда-нибудь отберут любимый сад.

Какая нелепость!

Разумеется, я не верила, что моя бабушка — воровка и обманщица. Наверняка произошло недоразумение. Я всё ещё не теряла надежды найти документы на сад, но не знала, сколько времени это займёт. А свадьба Лилиан должна была состояться совсем скоро.

Кстати, когда-то её семья, как и многие, очень хотела купить бабушкин сад. И неудивительно, ведь в округе не было более прекрасного места. Иногда люди приезжали даже из других графств, чтобы полюбоваться на бабушкин сад, так он был хорош. Правда, семья Лилиан была настойчивее остальных. Они предложили огромные деньги за наш сад. От такой суммы голова легко могла пойти кругом, но бабушка осталась совершенно равнодушной и наотрез отказалась от продажи. Лилиан и её семья тогда сильно расстроились. В качестве извинений я пригласила их к нам на обед, и с тех пор мы стали дружить. Лилиан по-прежнему в восторге от бабушкиного сада и, конечно, ужасно расстроится, когда узнает, что он больше нам не принадлежит.

Вспоминая прошлое, я медленно добралась до здания почты, которое располагалось в маленькой двухэтажной усадьбе, сложенной из красного кирпича, с белыми ставнями и поросшей мхом черепичной крышей. Я надеялась, что за время прогулки эмоции немного утихнут, но они, наоборот, стали только сильнее. Мой разум постепенно осознавал произошедшее в суде, и теперь боль от потери сада стала ощущаться острее.

Неужели всё и правда закончится вот так⁈ Нет, я не могу сдаться! Если документов не было в папином сейфе, и бабушка ничего не помнила, стоило поискать их в усадьбе. Вдруг дедушка спрятал их на чердаке или в платяном шкафу? Выбросить важные бумаги он точно не мог. Значит, документы спокойно лежат в каком-нибудь тайнике. Нужно только их найти, и тогда сад станет нашим!

У меня снова появилась надежда, и душевная боль немного притупилась. Я поверила, что ничего ещё не потеряно, но всё равно решила написать Лилиан. Для этого я села за один из столиков, взяла лист пергамента и перо. Смит выбрался из корзинки и принялся принюхиваться в поисках чего-то съестного.

— Даже не думай! — строго предупредила я. У моего фамильяра была дурная привычка таскать