Балерина для отца-одиночки (СИ) - Ро Вера Страница 11

Он кивает, а сам уже ищет глазами Катю. Она машет ему рукой и, бросив на меня быстрый вопросительный взгляд «можно?», Ярик устремляется к ней.

— Как у вас сегодня… оживленно, — комментирует Клим, продолжая разглядывать детей. Их довольные счастливые лица с горящими глазами.

— Да, сегодня полный аншлаг, даже несмотря на ужасную погоду, — усмехаюсь я и неожиданно для самой себя спрашиваю: — Не хотите остаться и посмотреть?

Обычно я не предлагаю такое. Напротив, настойчиво советую родителям не присутствовать на занятиях, особенно на начальном этапе. Так как дети волей не волей будут на них отвлекаться. Но раз уж сегодня и так полный зал…

— Нет, — поспешно отказывается Клим, пятясь к двери. — Мне нужно идти. У меня... встреча.

Я коротко хмыкаю, проводив его взглядом, и начинаю занятие.

Традиционная разминка и несколько несложных упражнений на счет. Концентрация сегодня у всех на нуле, но мне нужно как-то направить их бурлящую энергию в конструктивное русло.

И вот тут я не могу не отметить Ярика. Внимательный и собранный, он не просто повторяет мои движения. Он буквально схватывает их налету. Ему не нужно долго объяснять и разжевывать, его тело будто уже знает как надо. Ярик просто смотрит и делает. Пусть еще не так отточено и чисто, как у других. Но и колоссальной разницы между ними нет, как это обычно бывает у новичков.

Я вижу, как Катя, сама того не замечая, начинает подстраиваться под ритм Ярика. Они делают простые шаги, повторяя за мной, но это выглядит так естественно и гармонично, словно они уже танцуют в паре, зеркаля движения друг друга.

В перерыве Таня подходит ко мне и кивает в сторону их пары.

— Это просто какое-то чудо, как они подходят друг другу.

— Знаю, — вздыхаю я. — Но мы договорились, что Ярик не участвует в турнирах.

— Обидно, если такой талант будет оставаться в тени, — бросает Таня, перед тем как вернуться к детям.

Не могу с ней не согласиться. Ярик — удивительный! Но я дала слово и собираюсь его сдержать.

По крайней мере пока он сам не захочет обратного.

Вторая часть тренировки подходит к концу, дети бегут в раздевалки, а в небольшом коридорчике на входе меня уже ожидают родители, желающие пообщаться об успехах своих детей.

Клима я замечаю сразу. Он стоит позади всех, терпеливо дожидаясь своей очереди.

Чувствую себя немного неловко, ощущая на себе его почти осязаемый пристальный взгляд и невольно стараюсь побыстрее закрыть все вопросы с другими родителями.

Наконец Клим подходит ко мне, и протягивает бумажный стаканчик.

— Осторожно, еще горячий, — комментирует он свои действия, когда я на автомате принимаю его презент.

— Ну что вы… Не нужно было, — запоздало отнекиваюсь я, объясняя: — Я стараюсь не пить кофе по вечерам.

— Значит, угадал, — вдруг весело хмыкает Клим. — Это не кофе.

— Не кофе? — хмурюсь я, внимательно разглядывая стаканчик с логотипом ближайшей кофейни. — А что же тогда?

— Горячий шоколад, — пожимает он плечами.

— О… — пораженно выдыхаю я. Действительно ведь, угадал.

Интересно, это мой недавний кусок шоколадного торта навел его на такие мысли?

Клим набирает в легкие воздух, чтобы сказать что-то еще, но не успевает. Ярик выбегает из раздевалки. И попрощавшись, они исчезают за дверью.

— Какой заботливый, — мечтательно вздыхает Таня, из неоткуда вырастая у меня за спиной, и многозначительно добавляет: — Жаль, что чаще всего с приставкой гипер.

Глава 15

Клим.

На встречу с новым заказчиком я закладываю гораздо больше времени, чем она занимает по факту. Обсуждение проекта по перепланировки квартиры нелегкое и небыстрое дело, которое, при слишком контрастном несовпадении ожидании/реальности может занимать несколько дней, а то и недель. Однако мой новый заказчик, представительный мужчина лет пятидесяти с серебристыми висками, удивительно реалистично смотрит на вещи и точно знает, чего хочет. А потому, на встречу он приходит не только с подготовленным пакетом разрешительных документов, но и с уже четко сформированным техническим заданием. Мы оперативно согласовываем необходимые правки и уже спустя час прощаемся, довольные друг с другом.

Работа в офисе на сегодня уже завершена, потому я решаю просто прогуляться. Ноги сами несут меня в знакомом направлении и вот я уже стою перед панорамными окнами, за которыми кипит жизнь.

Когда-нибудь, — обещал я Ярику, но не думал, что оно настанет так скоро.

Не без труда нахожу сына в яркой подвижной толпе. То ли потому, что он стоит ко мне спиной в непривычной одежде, то ли потому, что в точности выполняя упражнения тренера, он мало чем отличается от других таких же танцоров. Повернув голову в сторону девочки рядом, кажется, Кати, Ярик вдруг обезоруживающе улыбается и подмигивает ей. Такой счастливый, уверенный в себе и… незнакомый.

Хватаю ртом воздух, а в груди начинает болезненно тянуть так, что я невольно растираю это место ладонью. Взгляд мечется не зная, за что зацепиться, смотреть на Ярика, я просто физически пока не могу…

А потом в фокус моего внимания попадает Олеся.

В простых черных лосинах и футболке, с неидеальным слегка растрёпанным пучком на голове, она задумчиво движется по залу. Одобрительно кивает ребятам, хмурится, если что-то идет не так, прикусывает нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, когда видит что-то забавное. Как, например, тот неловкий поворот одного из мальчишек, из-за которого он сшибает других, словно кегли в боулинге. Она не делает ничего сверхъестественного, просто занимается своим делом. Но эта ее повседневная, ничем не приукрашенная, естественность не дает оторвать от нее взгляда.

Чувство стыда накатывает мгновенно, обжигая щёки. Что я делаю? Стою тут, как какой-то сталкер. И вместо того, чтобы радоваться за сына, разглядываю его тренера.

Отшатываюсь от окна и быстро ухожу, засунув руки в карманы. Ныряю в первую же попавшуюся кофейню. Запах свежемолотых зёрен и сладкой выпечки окутывает со всех сторон, и я постепенно успокаиваюсь.

Заказываю любимый американо, добавляю сахар, размешиваю и выпиваю, не отходя от стойки.

Ммм… Не понимаю, как люди могут пить горький эспрессо, — думаю я и невольно морщусь, вспомнив про то, что Олеся пьет именно такой.

Однако, был ведь еще и торт.

— Извините, а можно мне еще стаканчик горячего шоколада с собой?

Чтобы загладить вину, — убеждаю я себя. И не важно, что Олеся понятия не имеет о том, что я за ней наблюдал.

Вечером, когда я помогаю Ярику с уроками, мой телефон разрывается от новых входящих сообщений. А все потому, что я не отключил уведомления на родительских чатах, наивно полагая, что там будут писать редко, только что-то срочное и по делу. Увы, это не так. Но в групповой чат «Родители «Грация», я все равно захожу с интересом. Шутка ли, двести сообщений, за каких-то двадцать минут.

С первых же сообщений становится понятно, из-за чего такой ажиотаж. Родители обсуждают традиционное чаепитие в честь начала сезона.

Не знал, что такое практикуют где-то еще кроме школы.

Мама Насти: Добрый вечер всем! Предлагаю устроить в студии небольшое чаепитие в честь начала учебного года и успешного выступления на первом турнире! Дети молодцы, нужно их поддержать!

Папа Егора: Я только за! Кому и сколько перевести?

Мама Миланы: Отличная идея! Могу заказать торт, но сама прийти и помочь с организацией не смогу, буду на работе.

Однотипные сообщения заполняют ленту чата. Все хотят, чтобы чаепитие состоялось, кидают свои варианты угощений, сравнивают с прошлым годом, начинают скидываться и присылать чеки в чат, но желание прийти и помочь никто не изъявляет.

Появляется голосовое сообщение от Олеси.

Включаю его, а сам жму на ее аватарку, чтобы увеличить фото профиля, на котором она сияет улыбкой.

Олеся Викторовна: Дорогие родители, благодарю вас за инициативу! Но очень прошу, давайте, пожалуйста, без излишеств. Главное — это атмосфера и общение. Ничего страшного, если вы не сможете присутствовать на чаепитие, мы все понимаем, работа, дела. Главное, чтобы все необходимое для него заранее было приготовлено в студии. Но если, вдруг у кого-то все же получится прийти, мы с Татьяной Валерьевной будем только рады.