Алгоритм любви - Клаудиа Кэрролл Страница 15

Волна улюлюканья и оханья со всех сторон стола.

– Честное слово! – оправдывается Ким, пытаясь заглушить гомон. – Вы можете в это поверить? Естественно, я пулей вылетела оттуда…

Теперь уже раздался оглушительный хохот, все просто корчились от смеха, а кто-то сказал: «Назови его имя, Ким, чтобы нам не прослушать в вечерних новостях, как его привлекли к суду за преступления на сексуальной почве!»

К этому моменту мысли Айрис уже двинулись в другую сторону, в ее голове начал зарождаться план.

«Почему бы и нет», – думала она, глядя на Ким свежим взглядом. Будет убийственно неловко спрашивать ее, но, с другой стороны, кто лучше, чем она, подходит для ее целей?

И в самом деле: а какой у нее был выбор?

Глава седьмая

Ким

Обзор эффективности деятельности?

«Я в полном дерьме», – думала Ким, когда получила сообщение, в котором говорилось, что ей необходимо явиться к Айрис в офис в конце рабочего дня. Начнем с того, что за ней не было никаких промахов вот уже несколько месяцев. Ей хотели устроить допрос с пристрастием по поводу какой-нибудь ошибки в финансовом анализе? Ким в данный момент работала над несколькими и, конечно же, легко могла где-то облажаться, даже не заметив этого. Ничто не ускользнет от орлиного взора Железной Айрис – и никто не останется без взбучки.

Тем не менее это было очень странно. Во-первых, Ким думала, что была предельно внимательна и аккуратна во всех своих рабочих докладах. Ее клиенты вроде были довольны, и она точно не представляла, что такого могла пропустить, чтобы это вернулось ей потом бумерангом. Почему же Железная Айрис так жаждет ее видеть?

Сердце екнуло, когда ее внезапно посетила догадка почему. Возможно, всему виной запах перегара, с которым она время от времени заявлялась на работу… или… не очень свежий вид. Ким никогда не опаздывала (за что спасибо ее матери, которая поднимала ее с кровати ровно в семь каждое утро), но… вдруг. Все знали, что от глаз Железной Айрис не скрывалось ничего: если у старой ведьмы были поводы придраться к тебе, она их не упускала.

По мере приближения часа икс Ким мысленно настраивалась и готовилась к худшему. На самом деле, чем больше она думала об этом, тем больше склонялась к мысли, что ей предстояла выволочка за ее разгульный образ жизни, ведь Железная Айрис считала, что все сотрудники должны быть, как она сама: женатыми на своей работе, приходящими туда раньше всех и уходящими позже всех.

«И, наверно, она не успокоится, пока я не закончу, как она, – думала Ким, когда в конце концов рабочий день подошел к концу. Пока она с позором совершала свой путь до кабинета, ее провожали сочувственными взглядами, как в последний путь. Перед тем как постучаться, Ким на секунду замерла перед дверью. – Да, пока не стану такой же угрюмой, высохшей, чокнутой и несчастной, как она».

– Вы хотели меня видеть? – спросила Ким, нервно заглядывая в кабинет.

– А, вот и вы, – сказала старая дьяволица, снимая свои жуткие огромные очки, которые она всегда носила, и отъезжая на офисном кресле от компьютера. – Проходите, садитесь. Прикройте, пожалуйста, за собой дверь. Это личный разговор.

Ким сделала, как ей было велено. Твою мать. Единственный раз, когда ее приглашала присесть в кабинете Айрис, был на собеседовании.

Молчание. Айрис встала и подошла к окну, глядя вниз на улицу. Молчание.

Черт, черт, черт. Как же она влипла. Ну почему она так себя ведет? Как будто подыскивает правильные слова.

– Послушайте, можно я кое-что скажу в свое оправдание, – не выдержала Ким, беря инициативу в свои руки. Лучшая защита – нападение. – Если это как-то связано с отчетом МакКинзи, да, возможно, я еще не так продвинулась с ним, как мне бы хотелось. Но это все из-за отдела управления рисками! Они задали мне кучу дополнительных вопросов, на которые им нужны ответы. Это добавило еще два дня к сроку. Я с радостью поработаю сверхурочно на этой неделе, чтобы завершить его, если это необходимо!

– Это никак не связано с отчетом МакКинзи, – перебила ее Айрис. – По правде сказать, это вообще не связано с работой.

– Так значит… я не уволена? – осторожно уточнила Ким.

– Нет, – Айрис круто повернулась на каблуке, с удивлением глядя на Ким. – С чего вы это взяли? Конечно, вы не уволены. Вы выполняете работу в срок, она выполнена корректно, и я знаю, что у Совета директоров к вам никаких вопросов, значит, и у меня их нет. Повторюсь: это не связано с работой.

– Оу, – с облегчением и даже легким головокружением сказала Ким. – Ясно. Поняла.

– Это, – Айрис снова резко повернулась к окну, – вопрос гораздо более личного характера.

Ладно, вот теперь Ким точно абсолютно сбита с толку. Снова молчание. Железная Айрис снова повернулась спиной к окну и раскачивалась на каблуках, сжимая губы, и, казалось, тщательнейшим образом подбирала нужные слова.

– Так уж вышло, что я услышала ваш разговор за обедом. Когда вы рассказывали коллегам о вашем, скажем, свидании в Национальной галерее, которое не задалось. Совсем не задалось.

– Вы слышали? – переспросила Ким, не понимая к чему та ведет. Это было какое-то новое правило корпоративной этики? Больше не обсуждать личную жизнь в офисной среде, потому что это может отвлечь тебя от смертельно важных вопросов финансового анализа, оценки рисков или неопределенности? Зная эту стерву Айрис, всего можно было ожидать.

– Не подумайте, что я подслушивала, – уточнила Айрис, медленно шагая от окна и снова усаживаясь в кресло. – Отнюдь. Ваши личные дела – это ваши личные дела. Скажем так, просто вас невозможно было не услышать даже при всем желании.

В голове Ким проносились тысячи мыслей. Мама всегда говорила ей, что она разговаривает как сирена – дело в этом? Возможно, новый указ компании? Что бы ни происходило, разговаривать только нежным голоском котенка? Сама Айрис разговаривала на грани шепота: иногда приходилось даже делать усилие, чтобы услышать эту женщину. Это что, отныне новый способ общаться в офисе? Может, это из-за того, что она несла околесицу про того извращенца, который мастурбировал прямо посреди галереи, и ее откровенность кого-то задела? Ну, например, кого-то из тех чувствительных на вид стариков из Совета директоров.

– Это случилось не в первый раз, – продолжала Айрис. – Я нередко случайно становилась свидетельницей ваших оживляющих офис разговоров. В том числе ваших красочных историй из личной жизни. Естественно, вы имеете на это полное право. Я позвала вас сегодня для того, чтобы, возможно, найти что-то общее между нами.

Что-то общее между ней и Айрис? У Ким голова шла кругом. Она