Неизбежная тьма - Рейвен Вуд Страница 2

Отплывая от паникующих людей, я все осматриваю перед собой. Из-за воды здесь все размыто, а учитывая, что на поверхности находится металлический лист, еще и темно. За исключением трех пятен впереди.

Свет струится тремя идеальными кругами. Один слева, один справа и один впереди. Поскольку в бассейне нет света, он, должно быть, исходит от потолка комнаты, а это значит, что в металлическом листе есть отверстия. То, что слева от меня, находится ближе всех, поэтому я плыву к нему.

Примерно половина нашей группы тоже догадалась об этом. Остальные, однако, все еще бьются в слепой панике. Если бы я была порядочным человеком, я бы похлопала людей, мимо которых проплыла, по плечу и указала на отверстия. Но я не порядочный человек. Помощь людям лишь привлечет ко мне внимание, а я не могу этого допустить.

С того дня, как я поступила в Блэкуотерский университет, я только и делаю, что просто хожу на все свои занятия. Я никогда не опаздываю. И никогда не прихожу слишком рано. Я никогда не задаю вопросов и отвечаю только тогда, когда кто-то обращается ко мне напрямую. Во время трапез я предпочитаю сидеть с краю группы, чтобы не выделяться. Однако каждый день я обязательно выбираю новую компанию.

Затем я сразу возвращаюсь в свою квартиру в жилом районе, где живут и все остальные студенты. Я никогда не хожу на вечеринки, если только меня лично не пригласят, так как отказ может привлечь внимание. Но меня, к счастью, еще ни разу не приглашали. Я стараюсь проводить как можно больше времени в своей квартире. Я почти не общаюсь с остальными первокурсниками и никогда не общаюсь с теми, кто учится на втором или третьем курсах.

И благодаря всему этому мне удается следовать одному жизненно важному правилу, которое сохранит мне жизнь. Будь невидимкой. Поэтому я полностью игнорирую паникующих студентов, которые отчаянно колотят кулаками по металлическому листу, и вместо этого просто плыву к ближайшему кругу, через который льется свет.

Когда я подплываю к нему, рядом оказываются еще два человека. Двое парней.

Круг достаточно широк, поэтому из него может выбраться только один человек. Первый парень, добравшийся до него, сразу же хватается за края и начинает подтягиваться. Я добираюсь до отверстия следующей и жду своей очереди.

Через несколько секунд рядом со мной появляется второй парень.

Черты его лица размыты из-за воды, но я отчетливо вижу панику на его лице. Должно быть, он не привык задерживать дыхание, потому что, похоже, он вот-вот в панике глотнет воды.

Как только первый парень выныривает, я направляюсь к отверстию.

Тупая боль пронзает меня насквозь, и воздух непроизвольно выходит из моих легких, когда второй парень бьет меня в живот. Пузырьки всплывают на поверхность, когда у меня перехватывает дыхание.

Удар отбросил меня от отверстия, что, как я предполагаю, и было его главной целью, потому что парень тут же подплывает и хватается за края.

Я могла бы дернуть его обратно и сломать его чертово запястье за то, что он посмел ударить меня, но это также привлекло бы внимание, поэтому я делаю то, что делала с того момента, как переступила порог этого кампуса. Ничего.

Мои легкие горят, пока я барахтаюсь в воде, ожидая, когда парень закончит подниматься. Но я подавляю панику, как меня учили, и призываю на помощь невероятное терпение, которое сопровождало меня большую часть моей жизни.

Я могу подождать.

Я выдержу это.

Я смогу это вынести.

Я повторяю это в своей голове снова и снова, пока парень, наконец, не поднимается на поверхность. Перебирая ногами, я плыву к отверстию.

Шум отдается в моих барабанных перепонках, когда я, наконец, выныриваю. Я делаю глубокий вдох, наполняя легкие воздухом. Сморгнув воду с глаз, я протягиваю руку и хватаюсь за края отверстия.

Металл под моими ладонями холодный и скользкий.

Опираясь на него, я выбираюсь из воды, и переворачиваюсь на спину, ложась на металлический лист. Моя грудь поднимается и опускается, когда я делаю еще несколько глубоких вдохов.

— Отличная работа, Джонсон, — говорит мисс Сейбер откуда-то слева от меня.

Я приподнимаюсь на локтях и вижу, что она смотрит прямо на меня. Сделав еще один глубокий вдох, я киваю ей в знак благодарности за похвалу.

— Поскольку ты выбралась из воды, урок для тебя окончен, — продолжает она, а затем указывает на другую дверь. — Так что возвращайся домой и переоденься перед следующим уроком.

— Да, мэм, — отвечаю я.

Откинув мокрые волосы с лица, я встаю на ноги и направляюсь к указанной двери. Вода стекает со всего моего тела, оставляя темные следы на металле, а затем и на каменном полу рядом с бассейном. Я выжимаю немного воды из волос, а затем встряхиваю их, прежде чем открыть дверь.

Позади меня по комнате эхом разносится плеск воды о металл.

— Молодец, О'Мэлли, — говорит Сейбер. — Урок для тебя окончен, раз уж ты...

Но остальные ее указания обрываются, когда я выхожу на теплый сентябрьский воздух. Я делаю глубокий вдох и на несколько секунд поднимаю голову к солнцу. В этой части страны летняя жара продлится еще некоторое время. И сейчас я благодарна за это.

Я бросаю взгляд на свою промокшую одежду и направляюсь к парковке. У меня есть машина, так что мне не нужно идти пешком до жилого района, но я не в восторге от того, что мне придется забраться в салон, пока с меня льет, как из ведра. Но это лучше, чем...

Из моего горла вырывается хрип, когда, завернув за угол, я врезаюсь в чью-то грудь. Отшатнувшись, я поднимаю взгляд, и извинения уже готовы сорваться с моего языка.

Но я застываю на месте, когда смотрю на человека, стоящего передо мной. На парня, стоящего передо мной.

Он высокий и атлетически сложен, с впечатляющей мускулатурой, но не слишком громоздкий. Его темно-каштановые волосы слегка завиваются на концах. Они идеально уложены и зачесаны назад, придавая ему сдержанный вид, который говорит о силе и контроле. У него карие глаза и такое чертовски привлекательное лицо, что обладание такой красотой должно быть запрещено законом.

Ужас разливается по моим венам, как лед.

Этого не может быть.

Это невозможно.

На секунду мне кажется, что само время остановилось. Парень, на которого я налетела, все еще смотрит на свою рубашку, которая теперь мокрая от того, что я врезалась в него, а