Его исчезнувшие - Юлия Юрьевна Бузакина Страница 28

Оживляюсь:

— А давай сделаем селфи и пошлем папе?

Дочка кивает. И столько азарта в ее маленьких глазках!

Я тянусь за мобильником. Включаю фотоаппарат. Поправляю волосы, распрямляю воротничок на пижаме Василисы. Мы делаем несколько селфи. Самое удачное я смело отсылаю Марату в телеграм.

«Привет», — печатаю сообщение. — «Я сказала Ваське, что ты ее папа. Она очень волнуется. Ждет встречи».

Марат включается в беседу не сразу, но пишет ответ.

«Привет. Я тоже волнуюсь».

«Она принесет тебе печенье. Пекла сегодня с Варварой, нашей соседкой, пока меня не было», — решаю сообщить подробности я.

«Ммм, вкусное наверное?»

«Очень»

«Я скучаю по тебе, Надя. И по дочке скучаю. Даже не знаю, как пережить эти долгие часы ожидания».

«Мы тоже скучаем. Наверное, сегодня не смогу заснуть», — вздыхаю. Это правда.

Уже собираюсь выйти, как вдруг от Марата прилетает:

«Люблю тебя».

Я замираю. Сердце колотится так сильно, что мне трудно дышать.

«Тоже тебя люблю», — пишу ответ и выхожу.

Меня охватывает смятение. Как будто в первый раз, честное слово!

Лежу несколько мгновений, созерцаю потолок. Губы расползаются в глуповатой улыбке. Чувствую, как в сердце медленно проникает ощущение счастья. Сначала робко, а потом все сильнее. И вот оно уже растекается по венам, заражает каждую клеточку, окончательно изгоняя печаль.

Стук в дверь — резкий и отрывистый, заставляет меня насторожиться. Кто пожаловал в гости в такой поздний час?

Хватаюсь за телефон, чтобы в случае чего отправить вызов Варваре. А то, как знать, кому мы вообще можем понадобиться? Она хоть шум поднимет, спугнет нежеланных гостей.

Сердце колотится от страха.

— Мам, не отклывай! — Василиса впивается маленькими пальчиками в мою ладонь. Таращит от страха глазищи. — Вдлуг там домусники?!

Но стучат настойчиво.

— Сиди здесь тихо, поняла? — шепчу дочери я. Она отчаянно кивает, натягивает на голову одеяло — прячется.

Я накидываю халат, нащупываю тапочки и крадусь к входной двери. В глазок не решаюсь посмотреть. Вдруг заметят?

Прислушиваюсь, приложив ухо к щели между дверью и стеной.

— Надя! — слышу женский голос. — Открой, это я, Лиза!

Меня, будто ошпаривает кипятком.

Дрожащими руками отпираю замок, оставляя цепочку. Вижу лицо сестры. Бледное, перепуганное, как и у меня.

— Открой, Надя. Я видела тебя сегодня у «ЭлитСтроя», — сбивчиво шепчет сестра. — Нам надо поговорить!

И какое-то шестое чувство мне подсказывает, что она тоже жертва.

Глава 32. Надя

— Заходи, только тихо, — шепчу ей и вскрываю цепочку на двери.

Лиза заходит в прихожую. Я растерянно ее осматриваю. Она не в шубе. В короткой куртке, отороченной по краям мехом, толстовке и джинсах. Сапожки на каблуке. Скидывает капюшон толстовки, волосы убраны в строгий пучок.

— Ну, привет, коли не шутишь, — произношу неуверенно и запираю квартиру на замок.

Она кивает.

— И тебе того же.

— Пойдем на кухню? Дочка почти спит уже, не хочу ее будить.

— У тебя есть дочка? Здорово, — на ее бледном, перепуганном лице появляется слабая улыбка. — Всегда хотела дочку.

Я жду, когда Лиза разуется, провожаю ее на маленькую кухню.

— Чай будешь? Или кофе?

С особым теплом в душе подмечаю, что у меня теперь есть хороший растворимый кофе.

— Давай кофе, — соглашается сестра.

Я включаю чайник. Достаю белые чашки с блюдцами для гостей, сахар, пачку зефира в шоколаде. Время для кофе, конечно, позднее, да мне все равно не заснуть до утра. А тут еще визит Лизы. Зачем она пришла?

Заливаю кипяток в чашки, сажусь напротив сестры.

— А я тебя искала, — начинаю первой разговор. — Когда папа умер, хотела с тобой насчет этой квартиры поговорить. Мне жить негде было, пришлось сюда въехать. Но тебя никак не могла найти… Вот и оформила ее на себя.

Лиза вздыхает. Молчит. Просто крутит чашку с кофе в блюдце.

Я внимательно смотрю на нее.

— Где ты пропадала все это время?

Она прячет взгляд.

— Не спрашивай… О таком не говорят вслух.

— А Дамир Сабиров? У тебя с ним серьезно?

Она качает головой.

— Надя, послушай… Дамир Сабиров меня купил.

— Что значит, купил? Так не бывает…

— Бывает. Думаешь, ты просто так не могла меня разыскать? Я наделала долгов и попала в такое место, из которого нет выхода. А Дамир меня выкупил. Теперь я его собственность. Я буду делать все, что он прикажет. Сегодня утром я видела тебя в «ЭлитСтрое». Дамир тоже тебя видел. Потом, уже после допроса, который устроили полицейские, он уточнял у охранника, принесла ли ты из офиса на Московской папку. Он знал, что тебе ее отдадут, понимаешь? Ту папку он забрал домой. Там документы по тому дому, который дал трещину в фундаменте.

Я изумленно смотрю на нее.

— Но мой босс сказал, что прокуратура уже проверила эти документы?

— Он тебя обманул. Просто успел подменить бумаги. На серверах все, что было можно, уничтожили. Сослались на взлом системы.

Лиза выхватывает из-под толстовки плотный пакет, и я замечаю синяки у нее на животе. Отвожу взгляд. Сердце нехорошо сжимается. Дамир ее бьет? Серьезно? Впрочем, она же его собственность. Он может делать с ней все, что захочет.

— Я успела их заменить в последний момент, — не заметив моей растерянности, быстро поясняет сестра. — Дамир вышел на лоджию, у него был приватный разговор по телефону, а я просто подменила содержимое. Его шредер уничтожил не те документы. Здесь то, что осталось после тотального обновления данных в его рабочем компьютере. Отдай это куда следует.

— Боже мой…

Я смотрю на пакет. Какая же я дура… непроходимая дура. Как меня еще прокурорские работники не задержали? За такое ведь реально можно и срок получить!

— Как тебе удалось приехать сюда с документами? — спрашиваю испуганно. — Это же рискованно!

С губ сестры срывается горький смешок.

— Поверь, я не дура. Дамир уехал встречать мать. Ее самолет прибывает сегодня в полночь в наш аэропорт. А меня он отправил на свою вторую квартиру, чтобы не мешала принять любимую мамочку. Когда понадоблюсь, за мной пришлют машину.

У меня замирает сердце. Я помню свою свекровь. Очень жесткая, непримиримая женщина. Бизнес леди. Даже в свои годы она владеет бизнесом и отлично зарабатывает. Такие, как она, не знают, что такое пенсия.

— Его мать прилетает сегодня? — уточняю у Лизы.

— Да.

Это странно. Моя свекровь Эндже Сабирова — далеко не фанат нашей страны. Она прилетала из Греции лишь однажды — на нашу с Маратом свадьбу. Эта женщина прекрасно живет заграницей и ни в чем не нуждается. Для чего она прилетает сегодня? Видимо, у Дамира дела идут не