Малороссийские сказки. С иллюстрациями - Клавдия Владимировна Лукашевич Страница 15

– Чего не жарко баню истопили?! Эх, и хорошо же я заснул!

Вот доложили царю: так, мол, и так.

– Спал этот человек на печи, а в бане так холодно, точно ее целую зиму не топили.

Царь смутился и не знал, что уж и делать. Думал-думал, думал-думал, думал-думал.

Наконец придумал и посылает слугу:

– Пусть к утру приведет мне полк войска. Коли приведет, то уж так и быть, отдам за него дочку. А не приведет, то тогда голова с плеч долой.

А сам думает: «Где такому серому мужику достать полк войска! Я царь, да и то…»

Слухало подслушал и все рассказал дурню. Вот он заплакал горько-горько:

– Где я войско достану?! Теперь-то я уж наверно погиб!

Пошел он на свой золотой корабль к товарищам и того пуще горюет, плачет.

– Ох, – говорит, – братцы, беда! Выручайте! Не один раз выручали вы меня. А теперь плохо… Пожалуй, погибну.

– Не плачь, не горюй! Я тебя выручу! – сказал тот дядя, что нес дрова.

Приходит слуга и передает приказ царя:

– Приказал тебе царь к завтрашнему утру целый полк войска выставить… Если выставишь, то царевна твоя, а не выставишь, то голова с плеч долой.

– Добре, добре! – ответил дурень. – Только скажи царю, если он мне теперь не отдаст царевну, то я пойду на него войной.

Вот той ночью повел товарищ дурня в поле и понес с собою вязанку дров. Пришли они в поле, как стал тот дядя дрова раскидывать, – что кинет, то человек выскочит, если кинет два, – несколько выскочит… И столько набралось войска, что и не перечесть.

Рано утром просыпается царь, слышит: музыка играет. Он и спрашивает своих слуг:

– Что это музыка играет так рано?

А ему отвечают:

– То человек, который приехал на золотом корабле, свое войско обучает…

Царь приказал его позвать к себе. Приходят слуги и приглашают его к царю. А дурень такой стал пригожий да умный, что его и не узнать. Шапочка на нем золотая, одежда шелковая, а сам из себя красавец писаный… Едет он на вороном коне впереди войска, за ним начальники. Подъехал ко дворцу да как крикнет громким голосом на свое войско: «Стой!»

Войско как вкопанное стало.

Дурень пошел во дворец. Царь его обнимает, целует, говорит ласково:

– Садись, мой милый, любый зять!

Вышла царевна; как взглянула на дурня, так и засмеялась. От радости слова сказать не могла, что у нее такой красивый муж будет.

Вот их повенчали. Пышную свадьбу сыграли. Такой пир был, что дым коромыслом до неба плыл; плыл-плыл, да и остановился: за тучу зацепился… А я на ту тучу смотрел, дивился да и свалился. Упал, да здесь и встал, сказку вам сказал… Вот вам и сказка, а мне бубликов вязка.

Горшок киселя

У одной вдовы был сын парубок; ничего он не делал и вечно сидел на печи; мать наварит ему горшок киселя, даст краюху хлеба, он поест и снова сидит на печи или спит.

Вырос парубок; надоело матери вечно его своим хлебом кормить; сделала она ему удочку да и говорит:

– Вот тебе, сынку, удочка. Ступай, лови рыбу, зарабатывай сам себе хлеб; больше я не стану тебе варить киселя.

Вот он пошел; пришел на берег, закинул удочку в реку, а сам лег на траву да и заснул. Под вечер он проснулся, стал тянуть удочку, смотрит, рыба попалась – такая большая, здоровая. Он ее на берег стал тащить, а она его стала просить, молить:

– Ой, не бери ты меня! Отпусти меня на волю: я тебе пригожусь. Только скажи, коли нужда будет: «По моему хотенью, по рыбьему веленью».

Хлопец отпустил рыбу, пошел домой и взлез на печь.

Мать его и спрашивает:

– Что же ты, сынку, поймал рыбки?

Он отвечает:

– Нет, мамо, ничего я не поймал. Я и удочку разорвал и бросил.

– Ну так и живи, дурной, как хочешь! А я не стану тебе киселя варить, – сказала мать.

Вот сидит он голодный на печи день, сидит другой день, – мать все не дает ему есть. А есть ему страшно хочется. Думал он, думал и вспомнил, что ему рыба сказала: «Я тебе пригожусь».

«Дай-ка, – думает, – скажу, как она меня учила: “По рыбьему веленью, по моему хотенью, чтоб был мне горшок киселя и краюха хлеба”».

Тотчас же перед ним явилось все, как он сказал. Он обрадовался и досыта наелся; после захотел пить:

– Мамо, дайте мне попить, – попросил он, выглядывая со своей печки.

А она ему в ответ:

– Вот еще что выдумал. Не велик пан. Поди к колодцу да и напейся сам!..

Вот он подумал, подумал да и говорит:

– По рыбьему веленью, по моему хотенью, поезжай, печь, и остановись у колодца.

Только он это сказал, как печь сдвинулась с места и поехала на улицу, доехала до колодца, остановилась; хлопец напился воды и говорит:

– По рыбьему веленью, по моему хотенью, поезжай, печь, назад в избу.

Печь и поехала. Когда он ехал на печи, той порой царевна домой возвращалась. Увидела хлопца на печи и стала смеяться.

А он и говорит:

– По рыбьему веленью, по моему хотенью, пусть эта царевна мне жинкою будет.

Так все и сбылось. Долго ли, коротко ли, и свадьба была сыграна; а после свадьбы царевна к родителям убежала и все им рассказала. Царь и царица очень огорчились, что их дочка без их позволения за простого мужика замуж вышла… Да уж делать было нечего.

Через год у царевны родился сын. Царь и царица не рады были рождению внука.

Прошло три года. Царь собрал советников, царедворцев и спросил их, что ему делать.

Они сказали:

– Собери к себе на обед гостей. Дай царевниному сыну яблочко. И кому он то яблочко отдаст, тот, значит, его батько.

Вот царь велел устроить богатый обед и приказал разослать по всему царству приказ, чтобы съезжались к нему на обед и старые, и молодые, и знатные, и простые, и богатые, и бедные, и люди всякого звания.

Прослышал про царский обед и тот хлопец, что на печи лежал, и говорит:

– По рыбьему веленью, по моему хотенью, поезжай, печь, к царю на обед.

Печь сдвинулась с места и поехала. Шибко поехала, только грохот и