С чего начинается Китай? История о том, как учитель русского узнавал Поднебесную и при чем здесь острый Кайсин - Александр Сергеевич Петров Страница 11

Сделав глоток бодрящего напитка, моя подруга, вскинув бровь, сказала:

– Двадцать? Зачем вам это? Дорого, и смысла нет.

Она пустилась в размышления о том, что надо делать:

– Открытие школы спидкубинга… Она первая, да? Вот – инфоповод. – Ещё глоток кофе. – Пишите статью и шлите в Министерство спорта. Сейчас этот ковид, и новостей мало. Они когтями вцепятся. А статью напиши ты! У меня электронная почта забита твоими рассказами. Неужели статью не сможешь?

Вечером мы подобрали Рому, взяли еще кофе и пошли в горы. Там подруга, окончательно став счастливой, сказала:

– Ладно, закину вашу информацию в пресс-релизы.

Следующие два дня я писал статью, собирал фото и отправлял ей.

Потом позвонил Рома:

– Нас по телевидению показывают. Это наш текст?

– Не знаю, еще не видел. А самой статьи что, нет?

– Загугли.

И тут написала подруга:

– Ну как, видели статью?

– Где?

– Везде.

И поперло: Рома дал интервью, отследил наши фото в трех местных СМИ, правда, группы мы еще долго набирали, но у нас появились ученики и оформилась школа, а потом началась работа с грантом. Рома был в шоке от того, что всё так быстро удалось. А я не был: мне помог старый китайский метод: не создавай проблемы, не рвись с ними в бой, а подумай и начинай решать вопросы, которые всегда имеют ответ. Иначе это не вопросы.

О китайских суевериях

Когда-то давно, еще до Китая, я был суеверным. На всякий случай боялся черных кошек, проходов под опорами столбов, плевал через левое плечо. Был еще один современный страх перед тремя шестерками. Это у нас они – зло. А крутые дальневосточные парни любят отмечать свои машины этими цифрами. При их виде верующие бабушки крестятся и качают головами. Машин с такими номерами я не боялся, но самого числа подсознательно избегал. Вроде бы ни с чем оно у меня не ассоциировалось, но традиции никуда не денешь.

А потом я уехал в Китай. И там расстался с суевериями. Черных кошек в Поднебесной не встречалось, местные мурлыки – трехцветные. Один китайский товарищ поведал, что только такие кошки могут принести счастье, удачу и прочие полезные вещи в дом. Столбов с подпорками не было: в Китае используют другую систему – металлические канаты. Так что с русскими приметами я не особо встречался. Осталась одна – 666.

В Китае эти цифры повсюду: число классное, и помещают его везде, по поводу и без, и, конечно, на машины тоже. Если российские автолюбители мечтают о 777, то в Поднебесной предпочитают 666. Китайцам нравятся тройные числа, и в приоритете у них счастливые 666 и 999, а цифры 777 ничего не значат. 444 – плохо, ведь четверка рифмуется со словом «смерть», и ни один китаец не хочет иметь с ней никакого дела. А за 666 богатые и не очень автолюбители спорят и дают взятки.

Один знакомый пекинский гид рассказал, что в Поднебесной нормально покупать номера и, конечно, самый дорогой – с тремя шестерками. А сам этот гид – знаток русского языка и культуры – выпросил в полиции для себя номер 777. Пусть его друзья-китайцы и удивлялись выбору, но сам гид гордился. Он постоянно работает с русскими партнерами, гостями, туристами, и многие, когда видят его машину, понимающе кивают: классные номера! Как настоящий китаец, гид любит лесть и с радостью ловит восхищенные взгляды, которые компенсируют ему непонимание соотечественников.

Автомобильными номерами использование трех шестерок не ограничивается. Это число встречается на лекарствах, марках, документах, в названиях магазинов. К своему удивлению, купив проездную карту в метро, я обнаружил номер, и начинался он с 666. Сначала меня как русского эта цифра смутила, но через год я уже хвастался своим китайским друзьям: смотрите, какой у меня номер! Мои товарищи улыбались: лю-лю-лю – по-китайски «шесть-шесть-шесть».

Так я узнал еще один вариант использования трех шестерок – улюлюканье. Особенно часто это сочетание используется в молодежных компаниях: ребята собираются, шутят, подкалывают друг друга и самый удачливый получает одобрение своей компании – дружное улюлюканье.

При этом руки складывают в жест, который в далекой Калифорнии используют серфингисты: оттопыренный большой палец и мизинец, а все остальные – прижаты к ладони. У спортсменов это знак крутизны, а у китайцев – жест для числа шесть и одобрения действий кого-либо.

Так я и научился воспринимать шестерки не как воплощение зла, а как знак поддержки и дружеских подколов. И теперь если встречаю на улице это число, то думаю, что оно к удаче, счастью! В России я уже не ищу плохих примет, а везде вижу позитивные знаки. Так Китай изменил мое мышление, а на страх людей перед суевериями я могу сказать только одно: лю-лю-лю!

Глава 7

Как китайцы заботятся о других

Про заботу об иностранцах.

Изучающие китайский язык в Поднебесной, бывает, жалуются, мол, практики совсем нет.

– Как нет?

– Ну, вот так. Китайцы со мной не разговаривают.

– Совсем?

– Задают только обычные вопросы: сколько мне лет, какая зарплата, где работаю, семейное положение.

– Ах да, анкета из ОВИРа![11] – припомнят те, кто постарше.

Как бы ни было смешно нам, но китайцы задают эти вопросы не просто так, а им действительно интересно, как человек поживает, сколько ему лет и пр. Такие вопросы не считаются чем-то ужасным, даже для женщины. Ну какая русская женщина скажет, сколько ей лет?

А в Китае это абсолютно нормально: у них этикет, им точно надо знать, как обращаться к собеседнику. Обращений очень много, но, в крайнем случае, они, конечно, отбиваются простым «госпожа».

Про зарплату спрашивают: может, тебе не хватает и мало ли, вдруг подработать хочешь? А его брату, соседу или начальнику как раз нужны иностранные сотрудники. И про жену важно: человек в вашем возрасте и без семьи? А кто же стакан воды подаст в случае чего?

– А, жена есть! – порадуются китайцы, но тут же поинтересуются: – А дети, что с детьми?

– Их нет пока.

– Это ничего… А сколько вам лет? Ооо, уже пора – как же вы дальше без наследников?

Простой и скучный диалог, но люди задают именно эти вопросы, потому что вряд ли у вас общие интересы в китайской литературе и вряд ли вы в курсе последних новостей. А разговор, даже и