Конфедерат: Бросок на Балканы - Владимир Поляков Страница 8

— Тогда ты и вручишь ему серебряный кубок, специально для него придворными ювелирами сделанный. И тем, кто второе с третьим места займёт, но уже не такие богато украшенные. Памятные перстни всем участникам.

— Я с удовольствием! — неподдельно обрадовалась девушка. — Только ты ведь будешь рядом, Влади?

— Обязательно, — император подал руку супруге, на которую на опёрлась, вставая. Не из-за того, что плохо себя чувствовала. Просто совпали эти двое, как есть совпали, что лично меня искренне радовало. Может со стороны Владимира и нет такой горячей любви, но вот нежность и крайне бережное отношение присутствовало в полной мере.

Хорошо. Пусть разбираются с награждением первого победителя первых настоящих гонок, а я в это время… Ага, тихо и незаметно «сольюсь» в места иные, благо и дел хватает, и парочка интересных задачек намечается. Первоочередная из них — Мария, которую нужно… О нет, не убедить, скорее постараться сделать так, чтобы она по полной загорелась обставить скорые события в своей жизни так, чтобы всем нашим недоброжелателям тошно стало!

Глава 2

Глава 2

Апрель 1867 г., Османская империя, Подгорица

Что такое по сути своей тюрьма? Не просто место, где содержится то или иное количество заключённых, но ещё и место, из которого трудно выбраться. Трудно выбраться им и трудно добраться до них со стороны их друзей, соратников, сообщников.

Только вот одно дело, если заключенным пытаются устроить классический побег, рассчитанный на скорость, незаметность или же посредством подкупа тюремщиков. Совсем другое, когда запланирована силовая акция, более всего похожая на полноценную войсковую операцию. Именно второй вариант и готов был воплотиться в жизнь в апреле месяце 1867 года.

Фредди Бакхорст и Вайя Блэк — именно эти двое должны были устроить в небольшом городке под названием Подгорица такое, от чего содрогнулась бы если не вся Османская Империя, то находящиеся на сербских и особенно черногорских землях завоеватели так уж точно. Не просто налёт на городок, в котором предостаточно османских войск, расположившихся в казармах и просто по домам, но ещё и печально известная тюрьма Юсовача, где содержались особенно яростные и непримиримые борцы за полное освобождение черногорских земель от турок.

Казалось бы, какое отношение имели бывший ганфайтер, отметившийся в десятке северных штатов тогда ещё единых США и бывший же воин племени чероки к Черногории вообще и тем её землям, которые до сих пор оставались под властью осман? Ан нет, всё было куда сложнее, чем могло показаться на первый взгляд. Интересы Американской империи порой были настолько сложными и запутанными, что даже «дикие», опора и костяк сформировавшейся ещё во время войны Севера и Юга имперской гвардии, зачастую просто сдавались, предпочитая не ломать голову над хитрыми политическими ребусами, которые раз за разом создавали оба Станича и Джон Смит в их вечной игре в разных уголках мира. Гаити, поддержка буров против зулусов прямо и британцев косвенно, участие в короткой, но довольно ожесточённой войне Испании с Никарагуа, поданной как вразумление отпавшей от метрополии колонии. И теперь вот бросок сюда, к берегам Адриатического моря, в маленькую и ничем не примечательную страну под названием Черногория.

Однако… Командиры Дикой Стаи умели мотивировать, сочетая славу с блеском золота, ордена и иные знаки отличия с жаждой немалого числа «диких» вновь оказаться в атмосфере крови и стали, выстрелов и криков умирающих врагов. Бакхорст и Блэк как раз к таким и относились, по настоящему живущим лишь на полях сражений, явных и тайных, а мир рассматривающих лишь как короткие и не очень передышки перед новой порцией риска и ощущения причастности к кровавой жатве. А это в империи не то что не порицалось, скорее умело разжигалось в подходящих душах и использовалось.

Четы! Именно так назывался новый инструмент, который использовали политики империи для того, чтобы надеть их на собственные руки, будто изящные кожаные перчатки. Что ни говори, а формальное и явное участие Американской империи в балканских делах до поры стоило не то чтобы совсем скрывать, просто делать вид, что формально империя ни при чём. Ну а присутствие и очень активное её граждан… Добровольцы, частная инициатива, исключительно личные желания отдельных людей и не более того. Пусть все всё понимают, пусть суетятся, орут, бесятся, но… То-то и оно, что «но»! Все претензии исключительно к черногорскому князю Николе Петровичу-Негошу, который, в свою очередь, был должным образом обработан чрезвычайным имперским посланником Стэнли О’Галлаханом — личностью, успевшей прославиться сразу в нескольких местах и получить крайне специфическую репутацию.

«Бурская стратегия» — так это называли в Американской империи, особенно в министерствах тайной полиции, иностранных дел и обороны. Насытить и даже перенасытить ставшее объектом доброжелательного интереса государство деньгами, оружием, товарами, а ещё прибавить к этому многочисленных «добровольцев» и добровольцев, обладающих высоким уровнем воинского мастерства. Вот в чём были отличия Черногории от Трансвааля, так это в том, что зулусов отстреливали на совершенно легальной основе, даже не думая скрываться, а вот с османами дело обстояло малость посложнее.

Черногорское княжество по целому ряду причин не объявляло Османской империи войну, Но одно дело не объявлять войну и совсем другое — не предпринимать никаких враждебных действий по отношению к ни разу не дружественному, а точнее откровенно враждебному соседу. Просто действия эти были насквозь неофициальными, пускай и наглыми до предельной черты.

Четы, то есть в переводе с сербского роты — эти отряды создавались как бы за пределами официальных войск Черногории, вот только об их существовании знали все, кому не лень. Места для тренировок, проживание, арсеналы — не скрывалось ровным счётом ничего. Стратегия открытого и наглого игнорирования любых возможных протестов со стороны Османской империи. И собирание в свой состав буквально всех представителей южных славян: черногорцев, болгар, боснийцев, македонцев.

От начала до активных действий первых действительно хорошо вооружённых и усиленных заокеанскими головорезами чет прошли всего пара месяцев. И затрещали выстрелы, и загремели взрывы гранат чуть ли не по всей территории по периметру черногорской границы с османами. Небольшие отряды-четы в пару-тройку десятков человек действовали одновременно и осторожно, и нагло. Тайно пробраться до нужного места, затем, чаще всего в тёмное время суток, короткая атака на выбранную цель с многочисленными трупами захватчиков, после чего отступление на черногорские земли. Или не на черногорские, если речь шла о базирующихся в Румынии и Сербии отрядах. Только там было сложнее, ведь что одна, что вторая местности оставались в лучшем случае полунезависимыми, вассальными образованиями, правители которых продолжали