Противоречивые обещания - Сара К. Л. Уилсон Страница 7

Я неловко опустилась на колени перед Талсаном. Из уголка его губ стекала чёрная струйка.

— Должно быть, виновата река, — возразил ему голос Саветт. — Её лоно укрывает собой землю. Я не почувствовала ифрита, потому что он скрывался под водой.

Дыхание Талсана остановилось. Я закрыла ему глаза. Tот факт, что он всё равно бы умер, вовсе не отменял глубокой скорби, поселившейся в моём сердце. Талсан был одним из нас. Фиолетовым всадником. И он отчаянно стремился вытащить Ленга, прямо как я.

— Тебе следовало упомянуть о том, что его нельзя обнаружить под водой! — Хубрик также погрузился в пучину отчаяния.

— Оставь её в покое, — почти прошипел Рактаран. — Она уничтожила ифрита. Или не видишь? Ты имеешь власть только над Амель, своей ученицей. Спасение Саветт не делает тебя её опекуном.

— Прошу прощения, Талсан, — извинилась я, шаря по его карманам, в которых обычно хранились депеши. Я не ожидала найти там послания. Ведь он же бы сообщил об их наличии? Я обнаружила лишь колоду потрёпанных карт и обитую кожей книжицу размером с ладонь. Расстегнув кожаные застёжки, я прочла следующее:

Пророчества Ибреникуса

Переписано Талсаном Вудкарвером

У него имелась своя копия предсказаний, как у Хубрика. Он тоже Светоносный? Я рассовала записную книжку и колоду карт по пустующим карманам и забрала у мужчины длинный нож, который успел сменить сразу двух хозяев, заткнув его себе за пояс. Я не забуду Талсана. Он спас мне жизнь. Отдав за неё собственную. A эти вещи имели для него значение. Я найду им применение и сохраню память о нём.

Тем временем ссора за моей спиной разгоралась сильнее. Я встала. Вряд ли у меня получится оттащить Талсана на погребальный костёр самостоятельно.

Позволь мне позаботиться об этих двоих. Думаю, твоя помощь требуется другим человекам.

Я проглотила ком в горле, не заботясь о хлынувших горячим потоком слезах. Талсан не должен был умереть вот так.

В одном он оказался прав. У парня действительно осталось незавершённое дело. Он умер благородной смертью. Драконы будут помнить этого человека, как и Даршша, его товарища.

Чересчур формально.

Надгробные речи драконов.

Я мельком взглянула на Раолкана. Его глаза тоже увлажнились.

— Мы ничем тебе не обязаны, Хубрик. Нам незачем следовать за тобой по пятам, и нам наплевать на твоих Светоносных! — повысил голос Рактаран.

Я развернулась и зашагала к спорщикам, оставляя Талсана на попечение Раолкану. Хубрик скрестил руки на груди, голова Кировата маячила позади, прикрывая тыл. Напротив, вторя движениям наставника, стояли Рактаран и Саветт, сквозь шарфы, обхватывавшие головы друзей, пробивалось яркое свечение.

Чуть поодаль с несчастным видом кашлял Финдар, переводя взгляд с одной противоборствующей компании на другую. Наша затея сохранить инкогнито с треском провалилась.

— И куда же вы хотите направиться? — холодно поинтересовался учитель, вскинув брови.

— К Речным Подошвам, — заявила Саветт. — Река хочет предложить нечто нужное (не спрашивай, что именно).

— Там находится Ленг, — вставила я. — Или его скоро приведут туда.

— Что ты забыла у Подошв? — раздражённо отозвался Хубрик.

— Сверься со своими пророчествами, — огрызнулась Саветт. — Ты прекрасно знаешь, о чём я: свет набирает силу, изливаясь с головы до пят, но хрупок ключ от небес, и лишь стрела, пущенная из лука, подготовит нас к грядущей войне.

— Весьма туманный отрывок, — воззрился на неё Хубрик, сердито сдвинув седые брови, однако я заметила, как Кироват слегка отступил и покосился на Раолкана. Уверенности у дракона несколько поубавилось. — И в нём не упоминаются Речные Подошвы.

— Пятки подразумевают наличие подошв, — торжествующе возразила Саветт.

— Чепуха!

— Подразумевают или нет, — тихо встрял Рактаран, — завтра мы полетим с Энкенеем на восток вдоль течения Большого Дрейка, к его Подошвам. Сами справимся.

— Идёмте с нами! — взмолилась Саветт.

— Не могу, — повесил голову Хубрик, было видно, что его разрывали сомнения. — Mоя почта слишком важна.

— Настолько важна, что ты хочешь бросить Саветт и назначить меня её единственным стражем? — уточнил Рактаран.

— В ней содержатся сведения, которые могут предотвратить войну. Не дать нашему Доминиону расколоться на части, — в словах Хубрика чувствовался вес, сравнимый с весом сложенных в аккуратную пирамидку камней. — Я не смею нарушить клятву.

Я посмела. В этот момент я осознала, что посмела оказать сопротивление мастеру и нарушить обещания, чтобы пуститься за Ленгом. Возможно, утром я бы летела на восток с Саветт и Энкенеем.

— Тебе понравилось наблюдать за медленными муками Талсана? — Голова Хубрика дёрнулась в мою сторону. — За тем, как вместе с мокротой из него вытекает жизнь?

— Нет конечно! — я пришла в ужас от его предположения.

— Магия клятвы не выдумка, Амель. Уйдёшь с ними завтра — станешь предателем. Даже если тебя не убьют до освобождения парнишки, ты проживёшь недолго после. И Раолкан тоже сгинет.

Это вполне вероятный сценарий?

Он прав насчёт магической силы клятв небесных всадников. Которая сдерживает молодняк в альковах. Которая скрепляет всадника со своим драконом, и их жизни становятся единым целым. Ты всё это знаешь. Поверь, учитель не шутит о потенциальных последствиях для нас.

Я думала, Хубрик заодно со мной.

Хубрик заодно со Светоносными и Доминионом. Ты его вассал. По мнению наставника, безоговорочная поддержка — в первую очередь твой долг.

— Драконы измотаны. Враг побеждён. Закончим с похоронами, наведём порядок и разобьём лагерь. Идти больше некуда. Поэтому расположимся здесь. — Голос Хубрика, которому пришлось поругаться с Саветт и припугнуть меня, был преисполнен острой горечи, и я почти поверила в то, что он жалел о случившемся.

Если ты ещё не поняла, как сильно он страдает, тебе есть куда расти.

Глава десятая

Отдав дань уважения жертвам ифрита, мы стали лагерем и приготовили ужин (в полном молчании). Каждый из нас стремился к своей цели, известной остальным. Саветт, Рактаран и я — отправиться к Речным Подошвам, Хубрик — доставить депешу Доминару. Я не могла оставить учителя. Учитель не желал оставлять Избранную.

В какой-то момент — я не помню, что предшествовало этой реплике, — Рактаран обронил: «Как вы намереваетесь помешать нам?»

Затем повисла тишина, сдобренная горечью обиды и холодом гнева. Хубрик обыскал развалины и достал оттуда бутыль с непонятным содержимым, но ни с кем не поделился. Он сидел и пил перед костром, пока тени не переросли в тёмную ночь.

Рактаран и Саветт соорудили палатку и забрались внутрь. Когда я проходила мимо неё, мой слух уловил обрывки шепотков, что-то горячо обсуждавших. Решатся ли они продолжить путь в одиночку, как и планировали? Если да, то будут предоставлены сами себе, и ничто