Принц ночной крови - Молли Чан Страница 32

– Ли Фэй, – ответила я. – его сын.

Солдат улыбнулся и похлопал меня по спине:

– Многие сыновья записываются вместо отцов. Наша страна не забудет вашей отваги.

– Спасибо.

Я коснулась шелковой повязки на голове, скрывающей метку феникса. Не только проверить, не сбилась ли она, но и просто для того, чтобы слегка успокоиться. Я привыкла притворяться юношей во время своих путешествий, но мне не приходилось проводить с другими мужчинами больше одной или двух ночей в тесном помещении. Женщин в армию не пускали, и если моя тайна раскроется, меня ждет смерть.

Конечно, я еще не готова была расставаться с жизнью, и с того самого момента, как я вошла в ворота лагеря, меня не отпускала тревожная мысль о том, что я замахнулась выше своей головы.

Тренировки еще не начались, а большинство мужчин были уже измазаны в грязи. Клянусь солнцем и луной, какая же от них исходила вонь!

С каждым шагом я напоминала себе: «Если ты хотела жить среди чистых служанок и вежливых евнухов с их нежными улыбками и уважительными речами, следовало остаться в позолоченной клетке».

Всю жизнь меня учили императорскому этикету, и хотя после изгнания из дворца я с радостью выбросила из головы множество правил, все же к некоторым привычкам обычных людей, которые спокойно растут и взрослеют, не сгибаясь под невыносимым весом ожиданий целой империи, тяжело было привыкнуть.

Мне досталось назначение в четвертый отряд третьего батальона. К тому времени, как я нашла нашу казарму, там заняли все койки, кроме одной в самом углу. Я бросила на нее свой мешок, не теряя времени. Здесь было далеко не так тихо, как у входа в лагерь. Несколько человек сидели за столом в центре комнаты, играли в карты и кости. Кто-то еще представлялся друг другу, кто-то устраивался поудобнее на своей койке. Один мужчина совсем рядом со мной подрезал ножом грязные длинные ногти на ногах, не заботясь о том, что обрезки падают ему на кровать.

Меня чуть не вырвало.

Я буквально слышала сердитые голоса дворцовых наставниц: «Чистота и опрятность!»

Когда я вижу, что мужчины сплевывают на землю или громко кашляют, мне всегда вспоминается, как меня ругали за «некрасивое» поведение. Что я на самом деле ненавижу, если подумать – неопрятность самих мужчин или то, что от меня требовали намного больше?

Я опустила взгляд, чтобы на них не смотреть, и начала выкладывать свои вещи на кровать, но тут же замерла, услышав знакомый голос.

– Фэй?

Я обернулась и очутилась лицом к лицу с Луяо, пастухом из моей деревни. Он сидел за низким столиком вместе с еще тремя игроками. Я выругалась себе под нос. Вроде хорошо подготовилась, а совсем не подумала, что встречусь с кем-то знакомым. Сейчас столько тренировочных лагерей, столько разных отрядов… Как же не повезло, что судьба отправила нас в один и тот же.

– Ты что здесь делаешь? – прошипел Луяо, откладывая карты.

– То же, что и ты, – тихо ответила я. – Записалась в армию.

Он нервно огляделся по сторонам и подошел ко мне.

– Девушек в армию не пускают.

– А это что за парнишка? – спросил кто-то из-за игрального стола. Все выжидающе посмотрели на Луяо, ожидая, что он меня представит.

Он же только махнул рукой:

– Да Ша, ходи ты. Я пропущу свою очередь.

Я торопливо сунула в ладонь Луяо круглые монеты.

– Храни это в тайне. Если обо мне узнают, обвинят всю мою семью.

– Если ты понимала, насколько это опасно, зачем записалась? – прошептал он.

– Затем, что иначе пойти пришлось бы моему отцу. Ты хорошо его знаешь. Он преподает в школе твоего младшего брата. У него дыхание сбивается, когда он идет по холму домой. На войне ему не выжить.

Выражение лица Луяо смягчилось, и он оттолкнул мою руку с монетами.

– Я никому тебя не выдам, но армия – не место для девушки. Мой отец воевал, и старшие братья тоже. Что там в бою – в самом лагере ужасно тяжело. Ты долго такого не вынесешь.

– Кажется, ты забыл, кто подстрелил фазана для твоей семьи, – напомнила я с полуулыбкой.

– Ты хорошая лучница, но не солдат.

– Так помоги мне, – прошептала я. – Пожалуйста. Смотри на это как на доброе дело, за которое тобой сможет гордиться твой будущий ребенок. Уверена, Чжанси меня поддержала бы, будь она сейчас здесь.

Губы Луяо дрогнули при упоминании его беременной жены.

– Ладно, но только потому, что Чжанси всю зиму мечтала о запеченном фазане. Так что ты сильно мне подсобила.

Я улыбнулась:

– Во-первых, сумку держи под кроватью, а кровать держи в чистоте. Проверять будут, а ты не хочешь, чтобы тебя отругали, уж поверь. Правила в армии железные, нарушать их нельзя. Если где промахнешься – тебя жестоко накажут, и неважно, насколько хилой ты выглядишь.

Я огляделась.

– А остальных не известили о том, что кровать надо держать в чистоте?

Луяо поморщился:

– Скоро известят. Так вот, во-вторых, лук и колчан отнеси на оружейный склад. Мало ли кто их стянуть попытается, пока ты не видишь.

– Луяо? – позвал его приятель.

Луяо повернулся к нему:

– Да я просто тут говорю с парнишкой из моей деревни. Не ожидал, что он захочет записаться вместо своего отца. Ты взгляни на него. Он от одного ветерка рухнет!

Все захохотали, и кто-то выкрикнул:

– Вы зря коротышек недооцениваете!

– Да бьюсь об заклад, он и первой битвы не переживет, – сказал другой.

– Что там, и первого месяца в лагере, – со смехом бросил третий.

Я нахмурилась. После такого особенно постараюсь выжить.

– Готов принять спор, – ответила я, выпятив грудь и стараясь каждый слог произносить с нажимом, низким голосом. На это уходило много сил, и горло быстро уставало и начинало болеть.

Клянусь предками! Похоже, тяжело мне придется.

Я подошла к столу и бросила на него мешочек монет.

– Спорю, что не только выдержу первую битву, но и всех вас переживу.

Солдаты растерянно моргнули, а затем расплылись в улыбке.

– Ты мне нравишься, – сказал тот, кто улыбнулся первым.

– Меня зовут Фэй, – представилась я.

– Яндун, – ответил самый крупный из них.

– А Ду, – вставил другой.

– Да Ша!

28

Оружейный склад находился рядом с конюшней, и когда я проходила мимо